Niddah 19a — Talmud Bavli — Tractate Niddah

וְאֵינָהּ יוֹדַעַת מָה הִפִּילָה, רַבִּי יְהוּדָה סָבַר: זִיל בָּתַר רוֹב חֲתִיכוֹת, וְרוֹב חֲתִיכוֹת שֶׁל אַרְבַּע מִינֵי דָּמִים הָוְיָין. וְרַבָּנַן סָבְרִי: זִיל בָּתַר רוֹב חֲתִיכוֹת לָא אָמְרִינַן.

and she herself does not know exactly what the appearance of the piece of flesh that she miscarried was, e.g., if it was lost. In this case Rabbi Yehuda holds: Follow the majority of miscarriages of amorphous pieces of flesh, and the majority of pieces of flesh have the appearance of one of the four types of impure blood. And the Rabbis hold: We do not say: Follow the majority of miscarriages of amorphous pieces of flesh. Therefore, Rabbi Yoḥanan’s mention of three cases is meant to exclude this statement of Rabbi Yehuda, who rules that the woman is definitely impure based on a majority.

и сама она не знает точно, каким был вид того куска плоти, который она выкинула, — например, если он потерялся. В этом случае Рабби Йехуда считает: следуй большинству выкидышей бесформенных кусков плоти, а большинство кусков плоти имеет вид одного из четырёх видов нечистой крови. А Мудрецы считают: мы не говорим «следуй большинству» в отношении выкидышей бесформенных кусков плоти. Поэтому упоминание Рабби Йохананом трёх случаев призвано исключить это утверждение Рабби Йехуды, который постановляет, что женщина определённо нечиста на основании большинства.

מַתְנִי' חֲמִשָּׁה דָּמִים טְמֵאִים בָּאִשָּׁה, הָאָדוֹם, וְהַשָּׁחוֹר, וּכְקֶרֶן כַּרְכּוֹם, וּכְמֵימֵי אֲדָמָה, וְכַמָּזוּג. בֵּית שַׁמַּאי אוֹמְרִים: אַף כְּמֵימֵי תִלְתָּן, וּכְמֵימֵי בָּשָׂר צָלִי, וּבֵית הִלֵּל מְטַהֲרִים. הַיָּרוֹק — עֲקַבְיָא בֶּן מַהֲלַלְאֵל מְטַמֵּא, וַחֲכָמִים מְטַהֲרִין.

MISHNA: There are five distinct colors of ritually impure blood in a woman: Red, and black, and like the bright color of the crocus [karkom] flower, and like water that inundates red earth, and like diluted wine. Beit Shammai say: Even blood like the water in which a fenugreek plant is soaked, and like the liquid that drips from roast meat, are ritually impure, and Beit Hillel deem blood of those colors ritually pure. With regard to blood that is green, Akavya ben Mahalalel deems it impure and the Rabbis deem it pure.

МИШНА: Есть пять различных цветов ритуально нечистой крови у женщины: красный, и чёрный, и подобный яркому цвету цветка крокуса [карком], и подобный воде, затопившей красную землю, и подобный разбавленному вину. Бейт Шаммай говорят: Даже кровь, подобная воде, в которой замачивали пажитник, и подобная жидкости, капающей с жареного мяса, — ритуально нечиста; а Бейт Гилель считают кровь этих цветов ритуально чистой. Относительно крови зелёного цвета Акавья бен Махалалель считает её нечистой, а Мудрецы считают её чистой.

אָמַר רַבִּי מֵאִיר: אִם אֵינוֹ מְטַמֵּא מִשּׁוּם כֶּתֶם, מְטַמֵּא מִשּׁוּם מַשְׁקֶה. רַבִּי יוֹסֵי אוֹמֵר: לֹא כָּךְ וְלֹא כָּךְ.

Rabbi Meir said: Even if the green blood does not transmit impurity due to the halakhot of a blood stain or the blood of a menstruating woman, it is blood in that it renders food susceptible to ritual impurity due to its status as one of the seven liquids that render food susceptible to impurity. Rabbi Yosei says: Neither in this sense, as the blood of a menstruating woman according to Akavya ben Mahalalel, nor in that sense, as a liquid that renders food susceptible to impurity according to Rabbi Meir, is green blood considered blood.

Рабби Меир сказал: Даже если зелёная кровь не передаёт нечистоту по галахот пятна крови или крови Нидда, она является кровью в том смысле, что делает пищу восприимчивой к ритуальной нечистоте, поскольку имеет статус одной из семи жидкостей, делающих пищу восприимчивой к нечистоте. Рабби Йосей говорит: Ни в этом смысле — как кровь Нидда по мнению Акавьи бен Махалалеля, — ни в том смысле — как жидкость, делающая пищу восприимчивой к нечистоте по мнению Рабби Меира, — зелёная кровь не считается кровью.

אֵיזֶהוּ אָדוֹם — כְּדַם הַמַּכָּה; שָׁחוֹר — כְּחֶרֶת; עָמוֹק מִכֵּן — טָמֵא, דֵּיהֶה מִכֵּן — טָהוֹר; וּכְקֶרֶן כַּרְכּוֹם — כַּבָּרוּר שֶׁבּוֹ;

The mishna asks: What is the red color that is impure? It is as red as the blood that flows from a wound. What is the black color that is impure? It is blood as black as ḥeret. If the black is deeper than that, the blood is ritually impure; if the black is lighter than that, the blood is ritually pure. And what is the color that is like the bright color of the crocus flower that is impure? It is like the brightest part in the flower, which is harvested to produce the orange-colored spice saffron.

Мишна спрашивает: Каков красный цвет, который нечист? Он красен, как кровь, текущая из раны. Каков чёрный цвет, который нечист? Это кровь чёрная, как херет. Если чёрный темнее этого — кровь ритуально нечиста; если чёрный светлее этого — кровь ритуально чиста. А каков цвет, подобный яркому цвету крокуса, который нечист? Он подобен самой яркой части цветка, которую собирают для получения оранжевой пряности шафрана.

וּכְמֵימֵי אֲדָמָה — מִבִּקְעַת בֵּית כֶּרֶם, וּמֵיצֵף מַיִם; וְכַמָּזוּג — שְׁנֵי חֲלָקִים מַיִם וְאֶחָד יַיִן מִן הַיַּיִן הַשָּׁרוֹנִי.

And what is the color that is like water that inundates red earth that is impure? It is specifically earth from the Beit Kerem Valley and specifically when one inundates the earth with enough water until it pools on the surface. And what is the color that is like diluted wine that is impure? It is specifically when the dilution consists of two parts water and one part wine, and specifically when it is from the wine of the Sharon region in Eretz Yisrael.

А каков цвет, подобный воде, затопившей красную землю, который нечист? Это именно земля из долины Бейт-Керем и именно когда заливают землю таким количеством воды, что она собирается лужей на поверхности. А каков цвет, подобный разбавленному вину, который нечист? Это именно когда разбавление состоит из двух частей воды и одной части вина, и именно когда это из вина области Шарон в Эрец Исраэль.

גְּמָ' מְנָלַן דְּאִיכָּא דָּם טָהוֹר בָּאִשָּׁה? דִּלְמָא כֹּל דָּם דְּאָתֵי מִינַּהּ טָמֵא!

GEMARA: The fact that the mishna discusses the colors of ritually impure blood in a woman indicates that there is blood that is not impure. The Gemara asks: From where do we derive that there is pure blood in a woman? Perhaps any type of blood that emerges from a woman is impure?

ГМАРА: То, что Мишна обсуждает цвета ритуально нечистой крови у женщины, указывает, что существует кровь, которая не нечиста. Гмара спрашивает: Откуда мы выводим, что у женщины существует чистая кровь? Может быть, всякая кровь, выходящая у женщины, нечиста?

אָמַר רַבִּי חָמָא בַּר יוֹסֵף, אָמַר רַבִּי אוֹשַׁעְיָא, אֲמַר קְרָא: ״כִּי יִפָּלֵא מִמְּךָ דָבָר לַמִּשְׁפָּט בֵּין דָּם לְדָם״, בֵּין דָּם טָהוֹר לְדָם טָמֵא.

Rabbi Ḥama bar Yosef says that Rabbi Oshaya says: The verse states with regard to those who come before the court: “If there arise a matter too hard for you in judgment, between blood and blood, between plea and plea, and between leprous mark and leprous mark, even matters of controversy within your gates, then you shall arise, and get up unto the place that the Lord your God shall choose” (Deuteronomy 17:8). When the verse states: “Between blood and blood,” it means between pure blood and impure blood, which demonstrates that there must be types of pure blood that are emitted by a woman.

Рабби Хама бар Йосеф говорит от имени Рабби Ошайи: Стих говорит о приходящих к суду: «Если окажется для тебя слишком трудным дело в суде — между кровью и кровью, между тяжбой и тяжбой, и между язвой проказы и язвой проказы, — дела споров в твоих вратах, то встань и поднимись на место, которое изберёт Господь, Бог твой» (Дварим 17:8). Когда стих говорит: «между кровью и кровью», это означает: между чистой кровью и нечистой кровью, что показывает, что должны существовать виды чистой крови, выделяемой женщиной.

אֶלָּא מֵעַתָּה, בֵּין נֶגַע לָנֶגַע, הָכִי נָמֵי בֵּין נֶגַע טָמֵא לְנֶגַע טָהוֹר? וְכִי תֵימָא הָכִי נָמֵי — נֶגַע טָהוֹר מִי אִיכָּא? וְכִי תֵימָא ״כֻּלּוֹ הָפַךְ לָבָן טָהוֹר הוּא״ — הָהוּא ״בּוֹהַק״ מִקְּרֵי!

The Gemara raises a difficulty: If that is so, then does the other expression in the verse: “Between leprous mark and leprous mark,” also mean: Between a pure leprous mark and an impure leprous mark? And if you would say that indeed, this is what it means, is there a type of pure leprous mark? And if you would say that there is in fact a pure leprous mark, according to the verse: “Then the priest shall look; and behold, if the leprosy has covered all his flesh, he shall pronounce pure the one that has the leprous mark; it is all turned white: He is pure” (Leviticus 13:13), that mark is not classified as a leprous mark; rather, it is called a paleness, as a leprous mark is by definition impure.

Гмара возражает: Если так, то выражение в стихе «между язвой проказы и язвой проказы» также означает: между чистой язвой проказы и нечистой язвой проказы? А если ты скажешь, что действительно таков смысл, — существует ли вид чистой язвы проказы? А если ты скажешь, что действительно существует чистая язва проказы, — согласно стиху: «И осмотрит коэн, и вот, если проказа покрыла всю его плоть, он объявит чистым поражённого проказой: всё стало белым — он чист» (Ваикра 13:13), — то это поражение не классифицируется как язва проказы; скорее, оно называется побледнением, поскольку язва проказы по определению нечиста.

אֶלָּא: בֵּין נִגְעֵי אָדָם לְנִגְעֵי בָתִּים וּלְנִגְעֵי בְגָדִים, וְכוּלָּן טְמֵאִין. הָכָא נָמֵי: בֵּין דַּם נִדָּה לְדַם זִיבָה, וְכוּלָּן טְמֵאִין!

Rather, the phrase “between leprous mark and leprous mark” must mean the following: Between the leprous marks that afflict man (see Leviticus 13:1–46) and the leprous marks of houses (see Leviticus 14:33–53) and the leprous marks of garments (see Leviticus 13:47–59), as different halakhot pertain to these categories of leprous marks, and yet they are all ritually impure. Therefore, here too, when the verse states: “Between blood and blood,” it means: Between the blood of a menstruating woman and the blood of a discharge [ziva], and they are all ritually impure. If so, this verse cannot be cited as proof that there is a type of blood emitted by a woman that is pure.

Напротив, выражение «между язвой проказы и язвой проказы» должно означать следующее: между язвами проказы человека (см. Ваикра 13:1–46), и язвами проказы домов (см. Ваикра 14:33–53), и язвами проказы одежд (см. Ваикра 13:47–59), поскольку к этим категориям язв проказы относятся разные галахот, и при этом все они ритуально нечисты. Следовательно, и здесь, когда стих говорит: «между кровью и кровью», он означает: между кровью Нидда и кровью зива, — и все они ритуально нечисты. Если так, этот стих нельзя привести как доказательство того, что существует вид крови, выделяемой женщиной, который чист.

הַאי מַאי? בִּשְׁלָמָא הָתָם, אִיכָּא לְאִפְּלוֹגֵי [זָקֵן מַמְרֵא וְרַבָּנַן] בְּנִגְעֵי אָדָם, וּבִפְלוּגְתָּא דְּרַבִּי יְהוֹשֻׁעַ וְרַבָּנַן.

The Gemara questions this interpretation: This verse serves as the source for the areas of halakha for which a rebellious elder is liable to receive the death penalty for publicly ruling in contradiction to a decision of the Sanhedrin, as it states: “And the man who does presumptuously, in not listening to the priest that stands to minister there before the Lord your God, or to the judge, that man shall die; and you shall exterminate the evil from Israel” (Deuteronomy 17:12). With this in mind, the Gemara asks: What is this explanation? Granted, there, with regard to leprous marks, even if all the leprous marks are impure, one can disagree with the Sanhedrin with regard to the leprous marks that afflict man, and therefore the rebellious elder could potentially disagree with the court with regard to the issue that is the subject of the dispute of Rabbi Yehoshua and the Rabbis.

Гмара оспаривает это толкование: Этот стих служит источником для областей Галахи, по которым «мамре» (бунтующий старейшина) подлежит смертной казни за публичное постановление, противоречащее решению Санхедрина, как сказано: «А человек, который поступит дерзко, не слушая коэна, стоящего там служить пред Господом, Богом твоим, или судьи, — тот человек умрёт; и истреби зло из Исраэля» (Дварим 17:12). С учётом этого Гмара спрашивает: Что это за объяснение? Ведь там, относительно язв проказы, даже если все язвы проказы нечисты, можно спорить с Санхедрином относительно язв проказы человека; и поэтому бунтующий старейшина потенциально мог бы спорить с судом относительно вопроса, который является предметом спора Рабби Йехошуа и Мудрецов.

דִּתְנַן: אִם בַּהֶרֶת קוֹדֵם לְשֵׂעָר לָבָן — טָמֵא, וְאִם שֵׂעָר לָבָן קוֹדֵם לַבַּהֶרֶת — טָהוֹר, סָפֵק — טָמֵא, וְרַבִּי יְהוֹשֻׁעַ אוֹמֵר: כֵּהָה. וְאָמַר רַבָּה: כֵּהָה וְטָהוֹר.

As we learned in a mishna (Nega’im 4:11): If the snow-white leprous mark [baheret], which is one sign of leprosy, preceded the white hair, which is another sign, he is ritually impure, as stated in the Torah (see Leviticus 13:3). And if the white hair preceded the baheret he is pure, as this is not considered a sign of impurity. If there is uncertainty as to which came first, he is impure. And Rabbi Yehoshua says: It is dull [keha]. And Rabba says, explaining the statement of Rabbi Yehoshua: In the case of uncertainty, the leprous mark is deemed as though it is of a dull shade, and therefore the person is ritually pure.

Как мы учили в Мишне (Негаим 4:11): Если белоснежная язва проказы [бахерет], которая является одним признаком проказы, предшествовала белым волосам, которые являются другим признаком, — он ритуально нечист, как сказано в Торе (см. Ваикра 13:3). А если белые волосы предшествовали бахерет — он чист, поскольку это не считается признаком нечистоты. Если есть сомнение, что было раньше, — он нечист. А Рабби Йехошуа говорит: Она тусклая [кеhа]. И Рабба говорит, объясняя слова Рабби Йехошуа: В случае сомнения язва считается как будто она тусклого оттенка, и поэтому человек ритуально чист.

בְּנִגְעֵי בָתִּים — כִּי הָא פְּלוּגְתָּא דְּרַבִּי אֶלְעָזָר בְּרַבִּי שִׁמְעוֹן וְרַבָּנַן, דִּתְנַן: רַבִּי אֶלְעָזָר בְּרַבִּי שִׁמְעוֹן אוֹמֵר: לְעוֹלָם אֵין הַבַּיִת טָמֵא עַד שֶׁיֵּרָאֶה כִּשְׁנֵי גְרִיסִין עַל שְׁנֵי אֲבָנִים בִּשְׁנֵי כְּותָלִים בְּקֶרֶן זָוִית, אׇרְכּוֹ כִּשְׁנֵי גְרִיסִין וְרׇחְבּוֹ כִּגְרִיס.

Likewise, with regard to the leprous marks of houses one can find a case where the rebellious elder might dispute the ruling of the Sanhedrin, such as that dispute between Rabbi Elazar, son of Rabbi Shimon, and the Rabbis. As we learned in a mishna (Nega’im 12:3): Rabbi Elazar, son of Rabbi Shimon, says: A house is never deemed impure with leprosy unless the leprous mark will be seen to be the size of two split beans, and it is found on two stones on two walls in a corner between two walls. The length of the mark is that of two split beans, and its width is that of one split bean.

И также относительно язв проказы домов можно найти случай, когда бунтующий старейшина мог бы оспорить постановление Санхедрина, — как, например, в споре между Рабби Элазаром, сыном Рабби Шимона, и Мудрецами. Как мы учили в Мишне (Негаим 12:3): Рабби Элазар, сын Рабби Шимона, говорит: Дом никогда не признаётся нечистым из-за проказы, пока язва проказы не будет видна размером в две расколотые бобины, и не будет находиться на двух камнях на двух стенах, в углу между двумя стенами. Длина язвы — как две расколотые бобины, а ширина — как одна расколотая бобина.

מַאי טַעְמָא דְּרַבִּי אֶלְעָזָר בְּרַבִּי שִׁמְעוֹן? כְּתִיב ״קִיר״ וּכְתִיב ״קִירוֹת״ — אֵיזֶהוּ קִיר שֶׁהוּא כִּשְׁנֵי קִירוֹת? הֱוֵי אוֹמֵר: זֶה קֶרֶן זָוִית.

The Gemara explains: What is the reason for the opinion of Rabbi Elazar, son of Rabbi Shimon? The word “wall” is written in the verse, and the word “walls” is written in the same verse: “And he shall see the leprous mark…in the walls of the house with hollow streaks, greenish or reddish, and their appearance is lower than the wall” (Leviticus 14:37). Which is one wall that is like two walls? You must say: This is a corner between two walls.

Гмара объясняет: Какова причина мнения Рабби Элазара, сына Рабби Шимона? В стихе написано «стена», и в том же стихе написано «стены»: «И увидит он язву проказы… на стенах дома, углублённые полосы, зеленоватые или красноватые, и вид их ниже стены» (Ваикра 14:37). Какая это одна стена, которая подобна двум стенам? Ты должен сказать: Это угол между двумя стенами.

בְּנִגְעֵי בְגָדִים — בִּפְלוּגְתָּא דְּרַבִּי יוֹנָתָן בֶּן אַבְטוּלְמוֹס וְרַבָּנַן, דְּתַנְיָא: רַבִּי יוֹנָתָן בֶּן אַבְטוּלְמוֹס אוֹמֵר: מִנַּיִן לִפְרִיחַת בְּגָדִים שֶׁהִיא טְהוֹרָה?

Similarly, with regard to the leprous marks on garments, it is possible that the rebellious elder disputed the ruling of the Sanhedrin with regard to the issue that is the subject of the dispute between Rabbi Yonatan ben Avtolemos and the Rabbis. As it is taught in a baraita that Rabbi Yonatan ben Avtolemos says: From where is it derived with regard to a case where there is a spread of leprosy in garments that culminates with the garment’s being completely covered with leprous marks, that the garment is pure, just as the halakha is with regard to a leprous mark that fully covers a person?

Подобным образом, относительно язв проказы на одеждах, возможно, бунтующий старейшина спорил с постановлением Санхедрина относительно вопроса, который является предметом спора между Рабби Йонатаном бен Автолемосом и Мудрецами. Как учится в Барайта, что Рабби Йонатан бен Автолемос говорит: Откуда выводится относительно случая, когда распространение проказы в одеждах завершается тем, что одежда полностью покрыта язвами проказы, — что одежда чиста, как Галаха относительно язвы проказы, полностью покрывающей человека?

נֶאֱמַר ״קָרַחַת״ וְ״גַבַּחַת״ בַּבְּגָדִים, וְנֶאֱמַר ״קֵרַחַת״ וְ״גַבַּחַת״ בָּאָדָם.

It is derived via a verbal analogy: A bareness within [karaḥat] and a bareness without [gabbaḥat] are stated with regard to leprosy of garments: “And the priest shall look, after that the mark is washed; and, behold, if the mark has not changed its color, and the mark has not spread, it is impure; you shall burn it in the fire; it is a fret, whether the bareness be within or without” (Leviticus 13:55); and a bald head [karaḥat] and a bald forehead [gabbaḥat] are stated with regard to leprosy of a person: “But if there is in the bald head, or the bald forehead, a reddish-white mark, it is leprosy breaking out in his bald head, or his bald forehead” (Leviticus 13:42).

Это выводится посредством Гзера Шава: сказаны «плешина изнутри» [karaḥat] и «плешина снаружи» [gabbaḥat] относительно проказы одежды: «И осмотрит коэн после того, как вымоют поражённое место; и вот, если поражённое место не изменило своего цвета и поражённое место не распространилось, оно нечисто; сожги его в огне; это разъедающая язва, будет ли плешина изнутри или снаружи» (Левит 13:55); и сказаны «лысина на темени» [karaḥat] и «лысина на лбу» [gabbaḥat] относительно проказы человека: «А если на лысине, или на лысине лба, есть пятно бело-красноватое, это проказа, разражающаяся на его лысине или на лысине его лба» (Левит 13:42).

מָה לְהַלָּן פָּרַח בְּכוּלּוֹ טָהוֹר, אַף כָּאן נָמֵי פָּרַח בְּכוּלּוֹ טָהוֹר.

Just as there, with regard to a person, if the leprosy spread to his entire body he is pure, as the verse states: “Then the priest shall look; and behold, if the leprosy has covered all his flesh, he shall pronounce pure the one who has the leprous mark; it is all turned white: He is pure” (Leviticus 13:13), so too here, with regard to garments, if the leprosy spread to the entire garment it is pure.

Подобно тому как там, относительно человека, если проказа распространилась на всё его тело, он чист, как говорит стих: «И осмотрит коэн; и вот, если проказа покрыла всю его плоть, он объявит чистым того, у кого поражение; всё обратилось в белое: он чист» (Левит 13:13), — так и здесь, относительно одежды: если проказа распространилась на всю одежду, она чиста.

אֶלָּא הָכָא, אִי דָּם טָהוֹר לֵיכָּא, בְּמַאי פְּלִיגִי?

The Gemara concludes: But here, concerning the phrase “between blood and blood,” if there is no type of pure blood at all, with regard to what issue could the rebellious elder disagree with the Sanhedrin? It must be that this verse is alluding to the fact that there is a type of blood of a woman that is pure.

Гмара заключает: Но здесь, относительно выражения «между кровью и кровью», если вообще не существует никакого вида чистой крови, по какому вопросу мог бы мятежный старейшина спорить с Санхедрином? Следовательно, этот стих намекает на то, что существует вид крови женщины, который чист.

וּמִמַּאי דְּהָנֵי טְהוֹרִין, וְהָנֵי טְמֵאִין? אָמַר רַבִּי אֲבָהוּ: דְּאָמַר קְרָא: ״וַיִּרְאוּ מוֹאָב אֶת הַמַּיִם אֲדוּמִּים כַּדָּם״, לְמֵימְרָא דְּדָם אָדוֹם הוּא? אֵימָא אָדוֹם, וְתוּ לָא!

§ Once it has been established that there are types of blood that are pure and other types that are impure, the Gemara asks: And from where is it derived that those types of blood that are not listed in the mishna are pure, and these ones that are mentioned in the mishna are impure? Rabbi Abbahu said that the verse states: “And the sun shone upon the water, and the Moabites saw the water some way off as red as blood” (II Kings 3:22), which indicates that blood is red. The Gemara asks: Is this to say that blood is red? If so, one can say that only blood that is red like the blood of a wound is ritually impure, and no more colors of blood are impure.

§ После того как установлено, что есть виды крови чистые и другие виды крови нечистые, Гмара спрашивает: А откуда выводится, что те виды крови, которые не перечислены в Мишне, — чистые, а те, что упомянуты в Мишне, — нечистые? Рабби Аббаху сказал, что стих говорит: «И солнце засияло на воде, и моавитяне увидели воду издали красною, как кровь» (II Царей 3:22), — что указывает: кровь красная. Гмара спрашивает: Разве это означает, что кровь — красная? Если так, можно сказать, что лишь кровь, которая красна как кровь раны, ритуально нечиста, и никакие другие цвета крови не нечисты.

אָמַר רַבִּי אֲבָהוּ: אָמַר קְרָא ״דָּמֶיהָ״ ״דָּמֶיהָ״, הֲרֵי כָּאן אַרְבָּעָה.

Rabbi Abbahu said in response: The verse states, with regard to a menstruating woman: “And she shall be purified from the source of her blood [dameha]” (Leviticus 12:7). The plural form of the word blood, dameha, indicates at least two types of blood. And another verse states: “And if a man shall lie with a woman having her sickness, and shall uncover her nakedness, he has made naked her source, and she has uncovered the source of her blood [dameha]; both of them shall be cut off from among their people” (Leviticus 20:18). The use of the plural form of blood once again indicates another two types, which means that there are four types of blood stated here.

Рабби Аббаху ответил: Стих говорит относительно менструирующей женщины: «И очистится она от источника своей крови [dameha]» (Левит 12:7). Множественное число слова «кровь», dameha, указывает по меньшей мере на два вида крови. И другой стих говорит: «И если мужчина ляжет с женщиной во время её болезни и откроет её наготу, он открыл её источник, и она открыла источник своей крови [dameha]; и будут отсечены оба они из среды народа своего» (Левит 20:18). Употребление множественного числа «крови» ещё раз указывает на другие два вида, а значит, всего здесь названы четыре вида крови.

וְהָא אֲנַן ״חֲמִשָּׁה״ תְּנַן! אָמַר רַבִּי חֲנִינָא: שָׁחוֹר — אָדוֹם הוּא, אֶלָּא שֶׁלָּקָה.

The Gemara asks: But didn’t we learn in the mishna that there are five types of impure blood in a woman, whereas the verses indicate that there are only four? Rabbi Ḥanina says: The black blood mentioned in the mishna is actually red, but its color has faded, which is why it looks black. Therefore, although the mishna lists five kinds of blood, there are only four basic types.

Гмара спрашивает: Но разве мы не учили в Мишне, что у женщины пять видов нечистой крови, тогда как стихи указывают, что их только четыре? Рабби Ханина говорит: Чёрная кровь, упомянутая в Мишне, в действительности красная, но её цвет поблёк, поэтому она выглядит чёрной. Следовательно, хотя Мишна перечисляет пять видов крови, основных видов — только четыре.

תַּנְיָא נָמֵי הָכִי: שָׁחוֹר — כְּחֶרֶת; עָמוֹק מִכֵּן — טָמֵא, דֵּיהֶה אֲפִילּוּ כִּכְחוֹל — טָהוֹר. וְשָׁחוֹר זֶה לֹא מִתְּחִלָּתוֹ הוּא מַשְׁחִיר, אֶלָּא כְּשֶׁנֶּעֱקָר הוּא מַשְׁחִיר. מָשָׁל לְדַם מַכָּה: לִכְשֶׁנֶּעֱקָר הוּא מַשְׁחִיר.

This opinion, that black blood is actually red blood, is also taught in a baraita: The black color of blood that is impure is blood as black as ḥeret. If the black is deeper than that, the blood is ritually impure; if the black is lighter than that, even if it is still as dark as blue, the blood is ritually pure. And this black blood does not blacken from its outset, when it is inside the body; rather, it blackens only when it is removed from the body. This is comparable to the blood of a wound, which is initially red, but when it is removed from the body it blackens.

Это мнение, что чёрная кровь в действительности является красной кровью, также преподано в Барайта: Чёрный цвет крови, которая нечиста, — это кровь, чёрная как ḥeret. Если чёрный темнее этого — кровь ритуально нечиста; если чёрный светлее этого — даже если она всё ещё тёмная, как синева, — кровь ритуально чиста. И эта чёрная кровь не чернеет с самого начала, когда она внутри тела; напротив, она чернеет лишь тогда, когда выходит из тела. Это подобно крови раны: сначала она красная, но когда выходит из тела, она чернеет.

בֵּית שַׁמַּאי אוֹמְרִים: אַף כְּמֵימֵי תִלְתָּן. וְלֵית לְהוּ לְבֵית שַׁמַּאי ״דָּמֶיהָ״ ״דָּמֶיהָ״ — הֲרֵי כָּאן אַרְבָּעָה?

§ The mishna states that Beit Shammai say: Even blood like the water in which a fenugreek plant is soaked, and like the liquid that drips from roast meat, are ritually impure. The Gemara asks: But do Beit Shammai not accept the exposition of Rabbi Abbahu that the two mentions of the plural form of blood: “Dameha” (Leviticus 12:7), and “Dameha” (Leviticus 20:18), indicate that there are four types of blood here?

§ Мишна учит, что Бейт Шаммай говорят: Даже кровь, подобная воде, в которой замачивали пажитник, и подобная жидкости, которая капает из жареного мяса, — ритуально нечиста. Гмара спрашивает: Но разве Бейт Шаммай не принимают толкование Рабби Аббаху, что два упоминания множественного числа «крови» — «dameha» (Левит 12:7) и «dameha» (Левит 20:18) — указывают, что здесь четыре вида крови?

אִיבָּעֵית אֵימָא: לֵית לְהוּ, וְאִיבָּעֵית אֵימָא: אִית לְהוּ. מִי לָא אָמַר רַבִּי חֲנִינָא: שָׁחוֹר — אָדוֹם הוּא, אֶלָּא שֶׁלָּקָה? הָכִי נָמֵי, מִלְקָא הוּא דְּלָקֵי.

The Gemara answers: If you wish, say that Beit Shammai do not accept this opinion of Rabbi Abbahu, and they maintain that there are more than four types of blood in a woman. And if you wish, say instead that Beit Shammai do accept Rabbi Abbahu’s exposition, and the apparent contradiction can be resolved as follows: Didn’t Rabbi Ḥanina say with regard to the black blood mentioned in the mishna that it is not an additional type, as it is actually red but its color has faded? So too, with regard to the colors of blood mentioned by Beit Shammai, that of water in which a fenugreek plant is soaked, and that of the liquid that drips from roast meat, one can say that these are not additional types of blood. Rather, they too were initially red but their color faded.

Гмара отвечает: Если хочешь, скажи, что Бейт Шаммай не принимают это мнение Рабби Аббаху и считают, что у женщины есть более чем четыре вида крови. А если хочешь, скажи иначе: Бейт Шаммай принимают толкование Рабби Аббаху, и кажущееся противоречие разрешается так: разве не сказал Рабби Ханина относительно чёрной крови, упомянутой в Мишне, что это не дополнительный вид, ибо она на самом деле красная, но её цвет поблёк? Так и относительно цветов крови, упомянутых Бейт Шаммай, — цвета воды, в которой замачивали пажитник, и цвета жидкости, которая капает из жареного мяса, — можно сказать, что это не дополнительные виды крови. Напротив, и они изначально были красными, но их цвет поблёк.

וּבֵית הִלֵּל מְטַהֲרִין. הַיְינוּ תַּנָּא קַמָּא!

§ The mishna states: And Beit Hillel deem blood of those colors, i.e., the color of water in which a fenugreek plant is soaked or of the liquid that drips from roast meat, ritually pure. The Gemara asks: Isn’t this opinion of Beit Hillel identical to the opinion of the first tanna?

§ Мишна учит: А Бейт Гилель считают кровь этих цветов — то есть цвета воды, в которой замачивали пажитник, или цвета жидкости, которая капает из жареного мяса, — ритуально чистой. Гмара спрашивает: Разве мнение Бейт Гилель не тождественно мнению первого тана?

אִיכָּא בֵינַיְיהוּ

The Gemara explains: There is a practical difference between them

Гмара объясняет: Между ними есть практическое различие

דף 19

Display Settings

Bookmarks