Niddah 49b — Talmud Bavli — Tractate Niddah

רַבִּי יְהוּדָה אוֹמֵר: כּוֹפֵף אׇזְנֵי קְדֵרָה לְתוֹכָהּ וּמֵצִיף עָלֶיהָ מַיִם, וְאִם כּוֹנֵס — בְּיָדוּעַ שֶׁכּוֹנֵס מַשְׁקֶה, וְאִם לָאו — בְּיָדוּעַ שֶׁמּוֹצִיא מַשְׁקֶה.

Rabbi Yehuda says that the method for determining whether an earthenware vessel contains a hole that allows liquid to enter is as follows: One takes the handles of the pot and turns it over,placing it upside down in an empty tub, and he then covers the pot with water. If water enters the pot, it is known that it contains a hole that enables liquid to enter, and if the water does not enter the pot, it is known that the vessel contains a small hole that enables only the exit of liquids.

Рабби Йехуда говорит, что способ определить, имеет ли глиняный сосуд отверстие, позволяющее жидкости входить, таков: берут кувшин за ручки и переворачивают его, помещая вверх дном в пустой чан, а затем покрывают кувшин водой. Если вода входит в кувшин, известно, что в нём есть отверстие, позволяющее жидкости входить; а если вода не входит в кувшин, известно, что сосуд имеет малое отверстие, позволяющее лишь вытекание жидкостей.

אוֹ שׁוֹפְתָהּ עַל גַּבֵּי הָאוּר, אִם הָאוּר מַעֲמִידָהּ — בְּיָדוּעַ שֶׁמּוֹצִיא מַשְׁקֶה, וְאִם לָאו — בְּיָדוּעַ שֶׁמַּכְנִיס מַשְׁקֶה.

Or one can determine the size of the hole by the following method: One places the pot, with liquid in it, on the fire. If the fire holds the liquid back and does not allow it to exit the vessel, then it is known that the vessel contains a small hole that enables only the exit of liquids. And if the fire does not hold the liquid back and does not prevent it from exiting the vessel, then it is known that it contains a hole that enables liquid to enter.

Или можно определить величину отверстия следующим способом: ставят кувшин, с жидкостью в нём, на огонь. Если огонь удерживает жидкость и не даёт ей вытекать из сосуда, то известно, что сосуд имеет малое отверстие, позволяющее лишь вытекание жидкостей. А если огонь не удерживает жидкость и не препятствует её вытеканию из сосуда, то известно, что в нём есть отверстие, позволяющее жидкости входить.

רַבִּי יוֹסֵי אוֹמֵר: אַף לֹא שׁוֹפְתָהּ עַל גַּבֵּי הָאוּר, מִפְּנֵי שֶׁהָאוּר מַעֲמִידָהּ, אֶלָּא שׁוֹפְתָהּ עַל גַּבֵּי הָרֶמֶץ. אִם רֶמֶץ מַעֲמִידָהּ — בְּיָדוּעַ שֶׁמּוֹצִיא מַשְׁקֶה, וְאִם לָאו — בְּיָדוּעַ שֶׁכּוֹנֵס מַשְׁקֶה. הָיָה טוֹרֵד טִיפָּה אַחַר טִיפָּה — בְּיָדוּעַ שֶׁכּוֹנֵס מַשְׁקֶה.

Rabbi Yosei says: One should not place the pot with liquid in it on the fire. This is not a reliable test for determining the size of the hole, as it is possible that the hole is actually large enough to enable liquid to enter, but nevertheless the fire prevents the liquid from exiting. Rather, one places the pot with liquid in it on hot ash. If the hot ash holds the liquid back and does not allow it to exit the vessel, then it is known that the vessel contains a small hole that enables only the exit of liquids. But if the hot ash does not hold the liquid back and does not prevent it from exiting the vessel, it is known that it contains a hole that enables liquid to enter. Another manner of testing is to fill the vessel with liquid. If it drips one drop after another drop, it is known that it contains a hole that enables liquid to enter.

Рабби Йосей говорит: Не следует ставить кувшин с жидкостью в нём на огонь. Это ненадёжная проверка для определения величины отверстия, поскольку возможно, что отверстие на самом деле достаточно велико, чтобы позволять жидкости входить, но всё же огонь препятствует вытеканию жидкости. Лучше поставить кувшин с жидкостью в нём на горячую золу. Если горячая зола удерживает жидкость и не даёт ей вытекать из сосуда, то известно, что сосуд имеет малое отверстие, позволяющее лишь вытекание жидкостей. Но если горячая зола не удерживает жидкость и не препятствует её вытеканию из сосуда, известно, что в нём есть отверстие, позволяющее жидкости входить. Ещё один способ проверки: наполняют сосуд жидкостью. Если он капает — одна капля за другой, — известно, что в нём есть отверстие, позволяющее жидкости входить.

מַאי אִיכָּא בֵּין תַּנָּא קַמָּא לְרַבִּי יְהוּדָה? אָמַר עוּלָּא: כִּינּוּס עַל יְדֵי הַדְּחָק אִיכָּא בֵינַיְיהוּ.

The Gemara asks: What difference is there between the method of testing stated by the first tanna, placing the vessel in a tub of water, and that of Rabbi Yehuda, placing the vessel upside down into the tub and then covering it with water? Ulla said: The difference between their opinions is whether liquid that enters through a hole with difficulty, i.e., as the result of force, is considered entering. According to Rabbi Yehuda, placing the vessel directly into a tub of water constitutes the use of force to a certain degree, and he maintains that if water enters the vessel in such a case, this does not count as liquid entering the vessel. Therefore, he rejects the testing method of the first tanna.

Гмара спрашивает: Какова разница между способом проверки, указанным первым тана, — поместить сосуд в чан с водой, — и способом Рабби Йехуды — поместить сосуд вверх дном в чан, а затем покрыть его водой? Улла сказал: Разница между их мнениями — в том, считается ли «входом» жидкость, которая входит через отверстие с трудом, то есть в результате применения силы. По мнению Рабби Йехуды, прямое помещение сосуда в чан с водой в некоторой степени является применением силы, и он считает, что если вода входит в сосуд в таком случае, это не считается входом жидкости в сосуд. Поэтому он отвергает способ проверки первого тана.

כׇּל אֵבֶר שֶׁיֵּשׁ בּוֹ צִפּוֹרֶן וְכוּ׳. יֵשׁ בּוֹ צִפּוֹרֶן — מְטַמֵּא בְּמַגָּע וּבְמַשָּׂא וּבְאֹהֶל; יֵשׁ בּוֹ עֶצֶם וְאֵין בּוֹ צִפּוֹרֶן — מְטַמֵּא בְּמַגָּע וּבְמַשָּׂא וְאֵינוֹ מְטַמֵּא בְּאֹהֶל.

§ The mishna teaches: In any limb of the body where there is a nail, there is certainly a bone in it as well. But it is possible for there to be limbs that contain a bone without a nail. The Gemara explains the halakhic significance of this distinction. A limb in which there is a nail and which therefore certainly contains a bone has the status of a full-fledged limb. Therefore, it transmits impurity through contact, movement, and in a tent, even if its size is less than that of an olive-bulk. By contrast, if there is a bone in the limb but there is no nail, it transmits impurity through contact and movement even if its size is less than that of an olive-bulk, but it does not transmit impurity in a tent unless its size is that of an olive-bulk.

§ Мишна учит: В любой части тела, где есть ноготь, несомненно есть и кость. Но возможно, что существуют части, содержащие кость, но без ногтя. Гмара объясняет галахическое значение этого различия. Часть, в которой есть ноготь и, следовательно, несомненно есть кость, имеет статус полноценной конечности. Поэтому она передаёт Тума (ритуальную нечистоту) через прикосновение, перемещение и в шатре, даже если её размер меньше объёма маслины. Напротив, если в части есть кость, но нет ногтя, она передаёт Тума через прикосновение и перемещение, даже если её размер меньше объёма маслины, но не передаёт Тума в шатре, если только её размер не равен объёму маслины.

אָמַר רַב חִסְדָּא: דָּבָר זֶה רַבֵּינוּ הַגָּדוֹל אֲמָרוֹ, הַמָּקוֹם יִהְיֶה בְּעֶזְרוֹ. אֶצְבַּע יְתֵרָה שֶׁיֵּשׁ בּוֹ עֶצֶם וְאֵין בּוֹ צִפּוֹרֶן — מְטַמֵּא בְּמַגָּע וּבְמַשָּׂא, וְאֵינוֹ מְטַמֵּא בְּאֹהֶל.

Rav Ḥisda says: The following matter was stated by our great rabbi, Rav, may the Omnipresent come to his assistance. An extra finger on one’s hand in which there is a bone but there is no nail transmits impurity through contact and movement even if its size is less than that of an olive-bulk, but it does not transmit impurity in a tent.

Рав Хисда говорит: Следующее положение было сказано нашим великим рабби — Равом, да поможет ему Всевышний. Лишний палец на руке, в котором есть кость, но нет ногтя, передаёт Тума через прикосновение и перемещение, даже если его размер меньше объёма маслины, но не передаёт Тума в шатре.

אָמַר רַבָּה בַּר בַּר חַנָּה אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: וּכְשֶׁאֵינָהּ נִסְפֶּרֶת עַל גַּב הַיָּד.

Rabba bar bar Ḥana says that Rabbi Yoḥanan said: And this is the halakha, that it must contain both bone and a nail for it to be considered a limb, only in a case where this finger cannot be counted along the back of the hand, i.e., the extra finger is not aligned with the others. But if it is aligned with the other fingers then it is considered like any other limb and imparts impurity in a tent, whether or not it contains a nail.

Рабба бар бар Хана сказал, что Рабби Йоханан сказал: И это — Галаха, что для признания «конечностью» требуется и кость, и ноготь, — только в случае, когда этот палец нельзя посчитать по тыльной стороне кисти, то есть лишний палец не выровнен с другими. Но если он выровнен с другими пальцами, то он считается как любая другая конечность и сообщает Тума в шатре — независимо от того, есть ли в нём ноготь.

כׇּל הַמְטַמֵּא מִדְרָס וְכוּ׳. כֹּל דַּחֲזֵי לְמִדְרָס — מִטַּמֵּא טְמֵא מֵת.

§ The mishna further teaches: Similarly, any item that becomes ritually impure with impurity of a zav imparted by treading becomes ritually impure with impurity imparted by a corpse. The Gemara explains that this means that any item that is fit to become impure with the impurity of a zav imparted by treading is fit to become ritually impure with impurity imparted by a corpse.

§ Мишна далее учит: Так же, всякая вещь, которая становится ритуально нечистой Тума зава, сообщаемой через наступание, становится ритуально нечистой и Тума, сообщаемой трупом. Гмара объясняет, что это означает: всякая вещь, пригодная стать нечистой Тума зава, сообщаемой через наступание, пригодна стать ритуально нечистой и Тума, сообщаемой трупом.

וְיֵשׁ שֶׁמִּטַּמֵּא טְמֵא מֵת וְאֵין מִטַּמֵּא מִדְרָס. לְאֵתוֹיֵי מַאי? לְאֵתוֹיֵי סְאָה וְתַרְקַב.

The mishna continues: And there are vessels that become ritually impure with impurity imparted by a corpse but do not become ritually impure with impurity of a zav imparted by treading. The Gemara asks: What is added by this statement? The Gemara answers: This serves to add a measuring vessel, e.g., the measure of a se’a or a half-se’a [vetarkav].

Мишна продолжает: И есть сосуды, которые становятся ритуально нечистыми от Тума, сообщаемой трупом, но не становятся ритуально нечистыми от Тума зава, сообщаемой через наступание. Гмара спрашивает: Что добавляет это утверждение? Гмара отвечает: Это приходит включить мерный сосуд, например меру сеа или половину сеа [ветаркав].

דְּתַנְיָא: ״וְהַיּוֹשֵׁב עַל הַכְּלִי״, יָכוֹל כָּפָה סְאָה וְיָשַׁב עָלֶיהָ, אוֹ תַּרְקַב וְיָשַׁב עָלָיו, יְהֵא טָמֵא?

As it is taught in a baraita: The verse states with regard to the impurity of the treading of a zav: “And he who sits on any object whereon the zav sits shall wash his clothes and bathe himself in water, and is impure until the evening” (Leviticus 15:6). One might have thought that if a zav turned over a vessel used to measure a se’a and sat on it, or if he turned over a vessel used to measure a half-se’a and sat on it, that vessel should be rendered impure as a seat upon which a zav sat.

Как учат в Барайта: Писание говорит о Тума от наступания зава: «И тот, кто сидит на какой-либо вещи, на которой сидел зав, пусть вымоет свои одежды и омоется в воде, и нечист до вечера» (Левит 15:6). Можно было бы подумать, что если зав перевернул мерный сосуд на сеа и сел на него, или перевернул мерный сосуд на половину сеа и сел на него, то этот сосуд должен стать нечистым как сиденье, на котором сидел зав.

תַּלְמוּד לוֹמַר ״אֲשֶׁר יֵשֵׁב עָלָיו הַזָּב״ — מִי שֶׁמְיוּחָד לִישִׁיבָה, יָצָא זֶה שֶׁאוֹמְרִים לוֹ: עֲמוֹד וְנַעֲשֶׂה מְלַאכְתֵּנוּ.

Therefore, the verse states: “And he who sits on any object whereon the zav sits” (Leviticus 15:6). The wording of the verse indicates that it is speaking of an object that is designated for sitting, i.e., upon which people generally sit, excluding such a vessel, with regard to which we say to someone sitting on it: Stand up and allow us to use it to do our work, i.e., to measure. This is not defined as a vessel used for sitting, as it serves another function.

Поэтому Писание говорит: «И тот, кто сидит на какой-либо вещи, на которой сидел зав» (Левит 15:6). Формулировка стиха указывает, что речь идёт о вещи, предназначенной для сидения, то есть такой, на которой обычно сидят люди, исключая такой сосуд, о котором мы говорим сидящему на нём: Встань и дай нам использовать его для нашей работы, то есть для измерения. Это не определяется как сосуд для сидения, поскольку он служит другой функции.

מַתְנִי' כׇּל הָרָאוּי לָדוּן דִּינֵי נְפָשׁוֹת — רָאוּי לָדוּן דִּינֵי מָמוֹנוֹת, וְיֵשׁ שֶׁרָאוּי לָדוּן דִּינֵי מָמוֹנוֹת וְאֵינוֹ רָאוּי לָדוּן דִּינֵי נְפָשׁוֹת.

MISHNA: Any person who is fit to adjudicate cases of capital law is fit to adjudicate cases of monetary law, and there are those who are fit to adjudicate cases of monetary law but are unfit to adjudicate cases of capital law.

МИШНА: Всякий человек, который пригоден судить дела о смертной казни, пригоден судить дела о денежных тяжбах; и есть такие, которые пригодны судить дела о денежных тяжбах, но непригодны судить дела о смертной казни.

גְּמָ' אָמַר רַב יְהוּדָה: לְאֵתוֹיֵי מַמְזֵר.

GEMARA: Rav Yehuda said: The statement of the mishna that some are fit to adjudicate cases of monetary law but are unfit to adjudicate cases of capital law serves to add the case of a mamzer. Although he may not adjudicate cases of capital law, nevertheless he may adjudicate cases of monetary law.

ГМАРА: Рав Йехуда сказал: Утверждение Мишны, что некоторые пригодны судить дела о денежных тяжбах, но непригодны судить дела о смертной казни, приходит добавить случай мамзера. Хотя он не может судить дела о смертной казни, тем не менее он может судить дела о денежных тяжбах.

תְּנֵינָא חֲדָא זִימְנָא: הַכֹּל כְּשֵׁרִין לָדוּן דִּינֵי מָמוֹנוֹת, וְאֵין הַכֹּל כְּשֵׁרִין לָדוּן דִּינֵי נְפָשׁוֹת. וְהָוֵינַן בַּהּ, לְאֵתוֹיֵי מַאי? וְאָמַר רַב יְהוּדָה: לְאֵתוֹיֵי מַמְזֵר. חֲדָא לְאֵתוֹיֵי גֵּר, וַחֲדָא לְאֵתוֹיֵי מַמְזֵר.

The Gemara asks: Why is it necessary to teach this here? We already learned this on another occasion, in a mishna (Sanhedrin 32a): All are fit to judge cases of monetary law, but not all are fit to judge cases of capital law. And we discussed it, and asked what is added by the phrase: All are fit to judge. And Rav Yehuda said in response that this serves to add the case of a mamzer. The Gemara answers: One mishna serves to add the case of a convert, and one other mishna serves to add the case of a mamzer.

Гмара спрашивает: Зачем нужно учить это здесь? Ведь мы уже учили это в другом месте, в Мишне (Санхедрин 32а): Все пригодны судить дела о денежных тяжбах, но не все пригодны судить дела о смертной казни. И мы обсуждали это и спрашивали: что добавляется фразой «все пригодны судить»? И Рав Йехуда сказал в ответ, что это приходит добавить случай мамзера. Гмара отвечает: Одна Мишна приходит добавить случай гера, а другая Мишна приходит добавить случай мамзера.

וּצְרִיכִי, דְּאִי אַשְׁמְעִינַן גֵּר — מִשּׁוּם דְּרָאוּי לָבֹא בַּקָּהָל, אֲבָל מַמְזֵר דְּאֵין רָאוּי לָבֹא בַּקָּהָל, אֵימָא לָא.

The Gemara explains: And both additions are necessary. As, if the mishnayot had taught us only that a convert is fit to judge cases of monetary law, one might have said that the halakha is lenient in the case of a convert because he is fit to enter into the congregation, i.e., marry a Jewish woman. But with regard to a mamzer, who is unfit to enter into the congregation, one might say that he is not fit to judge cases of monetary law.

Гмара объясняет: И оба добавления необходимы. Ибо если бы мишнайот научили нас только тому, что гер пригоден судить дела денежного права, можно было бы сказать, что Галаха снисходительна в случае гера, потому что он пригоден войти в кахаль, т.е. жениться на еврейке. Но относительно мамзера, который непригоден войти в кахаль, можно было бы сказать, что он непригоден судить дела денежного права.

וְאִי אַשְׁמְעִינַן מַמְזֵר — מִשּׁוּם דְּקָאָתֵי מִטִּפָּה כְּשֵׁרָה, אֲבָל גֵּר דְּקָאָתֵי מִטִּפָּה פְּסוּלָה — אֵימָא לָא, צְרִיכָא.

And if the mishnayot had taught us only that a mamzer is fit to judge cases of monetary law, one might have said that the halakha is lenient in the case of a mamzer because he comes from a fit drop of semen, i.e., his father is Jewish. But with regard to a convert, who comes from an unfit drop, as he was born a gentile, one might say that he is not fit to judge cases of monetary law. Therefore, it is necessary to teach the halakhot of both a convert and a mamzer.

И если бы мишнайот научили нас только тому, что мамзер пригоден судить дела денежного права, можно было бы сказать, что Галаха снисходительна в случае мамзера, потому что он происходит из пригодной капли семени, т.е. его отец — еврей. Но относительно гера, который происходит из непригодной капли, поскольку он родился неевреем, можно было бы сказать, что он непригоден судить дела денежного права. Поэтому необходимо обучить галахот и относительно гера, и относительно мамзера.

מַתְנִי' כׇּל הַכָּשֵׁר לָדוּן — כָּשֵׁר לְהָעִיד, וְיֵשׁ שֶׁכָּשֵׁר לְהָעִיד וְאֵינוֹ כָּשֵׁר לָדוּן.

MISHNA: Any person who is fit to adjudicate a case and serve as a judge is fit to testify as a witness, and there are those who are fit to testify but are not fit to adjudicate.

МИШНА: Всякий, кто пригоден разбирать дело и служить судьей, пригоден свидетельствовать как свидетель; и есть такие, кто пригоден свидетельствовать, но не пригоден разбирать дело.

גְּמָ' לְאֵתוֹיֵי מַאי? אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: לְאֵתוֹיֵי סוֹמֵא בְּאַחַת מֵעֵינָיו. וּמַנִּי?

GEMARA: The Gemara asks: What is added by this statement, that some people are fit to testify but not to adjudicate? Rabbi Yoḥanan said: This serves to add one who is blind in one of his eyes. And in accordance with whose opinion is this ruling?

ГМАРА: Гмара спрашивает: Что добавляет это утверждение — что некоторые пригодны свидетельствовать, но не пригодны разбирать дело? Рабби Йоханан сказал: Этим добавляют того, кто слеп на один глаз. И в соответствии с чьим мнением это постановление?

דף 49

Display Settings

Bookmarks