Niddah 59b — Talmud Bavli — Tractate Niddah

מַתְנִי' הָאִשָּׁה שֶׁהִיא עוֹשָׂה צְרָכֶיהָ וְרָאֲתָה דָּם, רַבִּי מֵאִיר אוֹמֵר: אִם עוֹמֶדֶת — טְמֵאָה, וְאִם יוֹשֶׁבֶת — טְהוֹרָה. רַבִּי יוֹסֵי אוֹמֵר: בֵּין כָּךְ וּבֵין כָּךְ טְהוֹרָה.

MISHNA: In the case of a woman who is urinating and saw blood intermingled with the urine, Rabbi Meir says: If she urinated while standing she is ritually impure, as the blood could have originated in the uterus. And if she is sitting, she is ritually pure, as it is clear that the blood is from a wound. Rabbi Yosei says: Whether she urinates in this manner, i.e., standing, or whether she urinates in that manner, i.e., sitting, she is ritually pure.

МИШНА: В случае женщины, которая мочилась и увидела кровь, смешанную с мочой, Рабби Меир говорит: Если она мочилась стоя, она нечиста, поскольку кровь могла выйти из матки. А если она сидит, она чиста, поскольку ясно, что кровь из раны. Рабби Йосей говорит: Мочится ли она таким образом, то есть стоя, или мочится ли она тем образом, то есть сидя, — она чиста.

אִישׁ וְאִשָּׁה שֶׁעָשׂוּ צׇרְכֵיהֶן לְתוֹךְ הַסֵּפֶל, וְנִמְצָא דָּם עַל הַמַּיִם — רַבִּי יוֹסֵי מְטַהֵר, וְרַבִּי שִׁמְעוֹן מְטַמֵּא, שֶׁאֵין דֶּרֶךְ הָאִישׁ לְהוֹצִיא דָּם, אֶלָּא שֶׁחֶזְקַת דָמִים מִן הָאִשָּׁה.

In the case of a man and a woman who urinated into a basin [hasefel], and blood is found on the water in the basin, Rabbi Yosei deems her ritually pure. Even when it is clear that it is the blood of a woman who urinated, and there is only one uncertainty, Rabbi Yosei deems her ritually pure. In this case, there is a compound uncertainty: Did the blood originate with the man or with the woman, and did the blood come from the uterus or from a wound? And Rabbi Shimon deems her ritually impure, because there is only one uncertainty, as it is not the typical manner of the man to discharge blood with his urine; rather, the presumptive status of the blood is that it was discharged from the woman.

В случае мужчины и женщины, которые мочились в таз [hasefel], и кровь найдена на воде в тазу, Рабби Йосей считает её чистой. Даже когда ясно, что это кровь женщины, которая мочилась, и есть только одно сомнение, Рабби Йосей считает её чистой. В данном случае есть составное сомнение: вышла ли кровь от мужчины или от женщины, и вышла ли кровь из матки или из раны? А Рабби Шимон считает её нечистой, потому что имеется только одно сомнение, так как мужчине не свойственно выделять кровь вместе с мочой; напротив, презумпция относительно крови такова, что она вышла от женщины.

גְּמָ' מַאי שְׁנָא עוֹמֶדֶת, דְּאָמְרִינַן: מֵי רַגְלַיִם הֲדוּר לְמָקוֹר וְאַיְיתִי דָּם? יוֹשֶׁבֶת נָמֵי נֵימָא: מֵי רַגְלַיִם הֲדוּר לְמָקוֹר וְאַיְיתִי דָּם!

GEMARA: The mishna teaches that in a case where a woman finds blood in her urine Rabbi Meir distinguishes between a case where she is standing and a case where she is sitting. The Gemara asks: What is different about a situation where she is standing? The difference is that we say that while she was urinating the urine returned to the uterus and brought blood from there, which renders her impure. But if so, when she is sitting as well, let us say that the urine returns to the uterus and brings blood. Why does Rabbi Meir deem her ritually pure in that case?

ГМАРА: Мишна учит, что в случае, когда женщина обнаруживает кровь в своей моче, Рабби Меир различает случай, когда она стоит, и случай, когда она сидит. Гмара спрашивает: Чем отличается ситуация, когда она стоит? Отличие в том, что мы говорим: пока она мочилась, моча вернулась к матке и принесла оттуда кровь, что делает её нечистой. Но если так, то и когда она сидит, скажем, что моча возвращается к матке и приносит кровь. Почему Рабби Меир считает её чистой в этом случае?

אָמַר שְׁמוּאֵל: בִּמְזַנֶּקֶת. מְזַנֶּקֶת נָמֵי, דִּלְמָא בָּתַר דְּתַמּוּ מַיָּא אֲתָא דָּם?

Shmuel says, in answer to this question: This mishna is referring specifically to a case where the urine flows in a steady stream, without the woman straining. In such a situation, when she is sitting and the urine flows in a steady stream, the stream of urine does not return to the uterus and bring blood. By contrast, if she is standing the urine does not flow in a steady stream, and she must strain to urinate. When she strains to urinate, the urine can bring blood from the uterus with it, whether she is standing or sitting. The Gemara objects: But in a case where she is sitting as well, when the urine flows in a steady stream, perhaps after the urine has finished, blood will come naturally from the uterus, and the flow of blood will mix with the urine?

Шмуэль говорит в ответ на этот вопрос: Эта Мишна относится именно к случаю, когда моча течёт непрерывной струёй, без того чтобы женщина тужилась. В такой ситуации, когда она сидит и моча течёт ровной струёй, струя мочи не возвращается к матке и не приносит кровь. Напротив, если она стоит, моча не течёт ровной струёй, и ей приходится тужиться, чтобы помочиться. Когда она тужится, моча может принести с собой кровь из матки — стоит ли она или сидит. Гмара возражает: Но и в случае, когда она сидит, когда моча течёт ровной струёй, возможно, после окончания мочеиспускания кровь естественным образом выйдет из матки, и поток крови смешается с мочой?

אָמַר רַבִּי אַבָּא: בְּיוֹשֶׁבֶת עַל שְׂפַת הַסֵּפֶל, וּמְזַנֶּקֶת בְּתוֹךְ הַסֵּפֶל, וְנִמְצָא דָּם בְּתוֹךְ הַסֵּפֶל, דְּאִם אִיתָא דְּבָתַר דְּתַמּוּ מַיָּא אֲתָא — עַל שְׂפַת הַסֵּפֶל אִיבְּעִי לֵיהּ לְאִשְׁתְּכוֹחֵי.

Rabbi Abba says: This is no concern, as the mishna is referring to a case where she is sitting on the edge of the basin and urinates in a steady flow into the basin, and the blood is found only inside the basin. As, if it is so that after the stream of urine finished the blood came naturally from her uterus, the blood should have been found on the edge of the basin. Since the blood is found only inside the basin it is clear that it came with the urine, not separately.

Рабби Абба говорит: Этого опасения нет, так как Мишна относится к случаю, когда она сидит на краю таза и мочится ровной струёй в таз, и кровь обнаружена только внутри таза. Ибо если бы было так, что после окончания струи мочи кровь естественным образом вышла из её матки, кровь должна была бы быть найдена на краю таза. Поскольку кровь найдена только внутри таза, ясно, что она вышла вместе с мочой, а не отдельно.

אָמַר שְׁמוּאֵל, וְאָמְרִי לַהּ אָמַר רַב יְהוּדָה אָמַר שְׁמוּאֵל: הֲלָכָה כְּרַבִּי יוֹסֵי, וְכֵן אוֹרִי לֵיהּ רַבִּי אַבָּא לְקָלָא הֲלָכָה כְּרַבִּי יוֹסֵי.

Shmuel said, and some say that Rav Yehuda said that Shmuel said: The halakha is in accordance with the opinion of Rabbi Yosei. And similarly, Rabbi Abba ruled for a Sage called Kala, who inquired into this matter, that the halakha is in accordance with the opinion of Rabbi Yosei.

Шмуэль сказал, а некоторые говорят, что Рав Йехуда сказал от имени Шмуэля: Галаха соответствует мнению Рабби Йосея. И также Рабби Абба постановил для мудреца по имени Кала, который спрашивал об этом деле, что Галаха соответствует мнению Рабби Йосея.

אִישׁ וְאִשָּׁה [וְכוּ׳]. אִיבַּעְיָא לְהוּ: אִישׁ וְאִשָּׁה עוֹמְדִין, מָה לִי אָמַר רַבִּי מֵאִיר?

§ The mishna teaches: In the case of a man and a woman who urinated into a basin, and blood is found on the water in the basin, Rabbi Yosei deems her ritually pure. A dilemma was raised before the Sages: In a case where a man and a woman were standing and they urinated into the same basin, and blood was found in the basin, what would Rabbi Meir, who distinguishes between a woman who was sitting and a woman who was standing, say the halakha is?

§ Мишна учит: В случае мужчины и женщины, которые мочились в таз, и кровь найдена на воде в тазу, Рабби Йосей считает её чистой. Перед Мудрецами был поставлен вопрос: в случае, когда мужчина и женщина стояли и мочились в один и тот же таз, и в тазу была найдена кровь, что сказал бы Рабби Меир, который различает женщину, сидевшую, и женщину, стоявшую, — какова Галаха?

כִּי אָמַר רַבִּי מֵאִיר בְּחַד סְפֵקָא, אֲבָל בִּסְפֵק סְפֵקָא לָא מְטַמֵּא, אוֹ דִלְמָא לָא שְׁנָא?

The Gemara clarifies the dilemma: When Rabbi Meir said that a woman who sees blood in her urine while standing is impure, does this apply when there is only one uncertainty, i.e., whether the blood came from a wound or from the uterus? Whereas in a case of a compound uncertainty, i.e., whether the blood came from the man or from the woman, and even if it came from the woman, whether it came from a wound or from her uterus, perhaps Rabbi Meir does not deem her impure? Or perhaps there is no difference between the two cases according to Rabbi Meir.

Гмара уточняет дилемму: Когда Рабби Меир сказал, что женщина, увидевшая кровь в своей моче, будучи стоя, нечиста, относится ли это к случаю, когда есть только одно сомнение, то есть вышла ли кровь из раны или из матки? Тогда как в случае составного сомнения, то есть вышла ли кровь от мужчины или от женщины, и даже если от женщины — вышла ли она из раны или из её матки, — возможно, Рабби Меир не считает её нечистой? Или, возможно, по мнению Рабби Меира нет различия между двумя случаями.

אָמַר רֵישׁ לָקִישׁ: הִיא הִיא. מִמַּאי? מִדְּלָא קָתָנֵי ״רַבִּי מֵאִיר וְרַבִּי יוֹסֵי מְטַהֲרִין״.

Reish Lakish said: Rabbi Meir would rule in this case of a compound uncertainty exactly as he rules in that case of a single uncertainty, i.e., there is no difference between the two cases. Reish Lakish clarifies: From where do I know that this is Rabbi Meir’s opinion? From the fact that the latter clause of the mishna does not teach: Rabbi Meir and Rabbi Yosei deem her pure. Instead, the mishna states merely that Rabbi Yosei deems her pure. This indicates that Rabbi Meir deems her impure even if a man and a woman both urinated into the same basin where the blood was found.

Рейш Лакиш сказал: Рабби Меир постановил бы в этом случае составного сомнения точно так же, как он постановляет в том случае единственного сомнения, то есть между двумя случаями нет различия. Рейш Лакиш поясняет: Откуда я знаю, что это мнение Рабби Меира? Из того, что заключительная часть Мишны не учит: «Рабби Меир и Рабби Йосей считают её чистой». Напротив, Мишна говорит лишь, что Рабби Йосей считает её чистой. Это указывает на то, что Рабби Меир считает её нечистой, даже если мужчина и женщина оба мочились в один и тот же таз, где была найдена кровь.

אִי הָכִי, הַשְׁתָּא רַבִּי מֵאִיר בִּסְפֵק סְפֵקָא מְטַמֵּא, בְּחַד סְפֵקָא מִיבַּעְיָא? לְהוֹדִיעֲךָ כֹּחוֹ דְּרַבִּי יוֹסֵי, דַּאֲפִילּוּ בְּחַד סְפֵקָא מְטַהֵר.

The Gemara raises a difficulty with regard to Reish Lakish’s opinion: If so, i.e., if according to Rabbi Meir a woman is impure even when a man also urinates into the same basin, now that Rabbi Meir deems her impure in a case of compound uncertainty, is it necessary for the mishna to teach his opinion in a case of one uncertainty? The Gemara answers: The mishna formulated the halakha in that manner to convey the far-reaching nature of the opinion of Rabbi Yosei, i.e., that he deems her pure even in a case of one uncertainty.

Гмара затрудняется относительно мнения Рейш Лакиша: Если так, то есть если по мнению Рабби Меира женщина нечиста даже когда мужчина также мочился в тот же таз, теперь, когда Рабби Меир считает её нечистой в случае составного сомнения, нужно ли Мишне учить его мнение в случае одного сомнения? Гмара отвечает: Мишна сформулировала Галаху таким образом, чтобы сообщить далеко идущий характер мнения Рабби Йосея, то есть что он считает её чистой даже в случае одного сомнения.

וְאַדְּמִיפַּלְגִי בְּחַד סָפֵק, לְהוֹדִיעֲךָ כֹּחוֹ דְּרַבִּי יוֹסֵי, לִיפְלְגוּ בִּסְפֵק סְפֵקָא, לְהוֹדִיעֲךָ כֹּחוֹ דְּרַבִּי מֵאִיר! כֹּחַ דְּהֶיתֵּרָא עֲדִיף לֵיהּ.

The Gemara asks: But if so, rather than stating the dispute in a case of one uncertainty, which serves to convey the far-reaching nature of the opinion of Rabbi Yosei, let the tanna teach the dispute in a case of compound uncertainty, in order to convey the far-reaching nature of the opinion of Rabbi Meir. The Gemara answers: It is preferable for the tanna to teach the strength of a lenient ruling. If a tanna can formulate a dispute in a manner that emphasizes the extent of the more lenient opinion, he will do so.

Гмара спрашивает: Но если так, вместо того чтобы излагать спор в случае одного сомнения, что служит для сообщения далеко идущего характера мнения Рабби Йосея, пусть Тана изложит спор в случае составного сомнения, чтобы сообщить далеко идущий характер мнения Рабби Меира. Гмара отвечает: Предпочтительнее Тане учить силу смягчающего постановления. Если Тана может сформулировать спор так, чтобы подчеркнуть степень более мягкого мнения, он так и сделает.

וְרַבִּי יוֹחָנָן אָמַר: כִּי קָאָמַר רַבִּי מֵאִיר בְּחַד סְפֵקָא, אֲבָל בִּסְפֵק סְפֵקָא לָא אָמַר. אִם כֵּן, לִיתְנֵי ״רַבִּי מֵאִיר וְרַבִּי יוֹסֵי מְטַהֲרִין״! אִין הָכִי נָמֵי, וְאַיְּידֵי דְּסָלֵיק מֵרַבִּי יוֹסֵי — פָּתַח בִּדְרַבִּי יוֹסֵי.

And Rabbi Yoḥanan disagreed with Reish Lakish, and said: When Rabbi Meir says that the woman is impure, that applies only to a case of one uncertainty, but in a case of compound uncertainty Rabbi Meir did not say that she is impure. The Gemara raises a difficulty with regard to Rabbi Yoḥanan’s opinion: If so, i.e., if Rabbi Meir deems her pure when both a man and a woman urinate into the same basin, let the mishna teach: Rabbi Meir and Rabbi Yosei deem her pure. Why does the tanna mention only Rabbi Yosei? The Gemara answers: Yes, it is indeed so, that Rabbi Meir agrees with this ruling, but since the mishna left off with the opinion of Rabbi Yosei at the end of the first clause of the mishna, the tanna opened the latter clause with the opinion of Rabbi Yosei as well.

А Рабби Йоханан спорил с Рейш Лакишем и сказал: Когда Рабби Меир говорит, что женщина нечиста, это относится только к случаю одного сомнения; но в случае составного сомнения Рабби Меир не говорил, что она нечиста. Гмара затрудняется относительно мнения Рабби Йоханана: Если так, то есть если Рабби Меир считает её чистой, когда и мужчина, и женщина мочились в один и тот же таз, пусть Мишна учит: «Рабби Меир и Рабби Йосей считают её чистой». Почему Тана упоминает только Рабби Йосея? Гмара отвечает: Да, это действительно так, что Рабби Меир согласен с этим постановлением, но поскольку Мишна завершила мнением Рабби Йосея в конце первой части Мишны, Тана открыл и заключительную часть также мнением Рабби Йосея.

וְרַבִּי יוֹסֵי בְּחַד סְפֵקָא מְטַהֵר, בִּסְפֵק סְפֵקָא מִיבַּעְיָא? מַהוּ דְּתֵימָא: הָנֵי מִילֵּי דִּיעֲבַד, אֲבָל לְכַתְּחִלָּה לָא, קָא מַשְׁמַע לַן.

The Gemara asks: But as Rabbi Yosei deems her pure in a case of one uncertainty, is it necessary for the mishna to teach his opinion a case of a compound uncertainty? The Gemara answers: It is necessary for the tanna to state that Rabbi Yosei deems her pure in a case of compound uncertainty, lest you say that this statement, that Rabbi Yosei deems her pure, applies only after the fact, if the woman has already touched pure items, but he does not deem her pure ab initio. Therefore, the tanna teaches us that Rabbi Yosei deems her pure even ab initio.

Гмара спрашивает: но ведь поскольку Рабби Йосей признаёт её чистой в случае одного сомнения, нужно ли Мишне учить его мнение в случае составного сомнения? Гмара отвечает: нужно, чтобы тана указал, что Рабби Йосей признаёт её чистой в случае составного сомнения, дабы ты не сказал, что это высказывание — что Рабби Йосей признаёт её чистой — относится лишь постфактум, если женщина уже коснулась чистых предметов, но изначально он не признаёт её чистой. Поэтому тана учит нас, что Рабби Йосей признаёт её чистой даже изначально.

תַּנְיָא כְּוָותֵיהּ דְּרַבִּי יוֹחָנָן: אִישׁ וְאִשָּׁה שֶׁעָשׂוּ צׇרְכֵיהֶן לְתוֹךְ הַסֵּפֶל, וְנִמְצָא דָּם עַל הַמַּיִם — רַבִּי מֵאִיר וְרַבִּי יוֹסֵי מְטַהֲרִין, וְרַבִּי שִׁמְעוֹן מְטַמֵּא.

It is taught in a baraita in accordance with the opinion of Rabbi Yoḥanan: In the case of a man and a woman who urinated into a basin, and blood is found on the water in the basin, Rabbi Meir and Rabbi Yosei deem her ritually pure, and Rabbi Shimon deems her ritually impure, as there is only one uncertainty.

В Барайта преподаётся в соответствии с мнением Рабби Йоханана: в случае, когда мужчина и женщина мочились в таз, и на воде в тазу обнаружена кровь, Рабби Меир и Рабби Йосей признают её ритуально чистой, а Рабби Шимон признаёт её ритуально нечистой, поскольку здесь есть лишь одно сомнение.

אִיבַּעְיָא לְהוּ: אִשָּׁה יוֹשֶׁבֶת, מָה לִי אָמַר רַבִּי שִׁמְעוֹן? כִּי אָמַר רַבִּי שִׁמְעוֹן בְּעוֹמֶדֶת, דִּדְחִיק לַהּ עָלְמָא, אֲבָל יוֹשֶׁבֶת — לָא, אוֹ דִּלְמָא לָא שְׁנָא?

§ The mishna teaches that Rabbi Shimon deems her ritually impure because there is only one uncertainty, as it is not the typical manner of the man to discharge blood with his urine. A dilemma was raised before the Sages: In a case where a woman was sitting and she urinated into a basin, and blood was found in the basin, what would Rabbi Shimon say? The Gemara explains the dilemma: When Rabbi Shimon stated his opinion, was he referring specifically to a woman who is standing, who in general must strain to urinate in such a position, and perhaps as a result the blood came from the uterus? Whereas if she is sitting without straining, in which case Rabbi Meir deems her pure, perhaps Rabbi Shimon agrees that she is not impure. Or perhaps there is no difference between the two cases according to the opinion of Rabbi Shimon.

§ Мишна учит, что Рабби Шимон признаёт её ритуально нечистой, потому что есть лишь одно сомнение, так как не является обычным образом для мужчины выделять кровь вместе с мочой. Перед Мудрецами был поставлен вопрос: в случае, когда женщина сидела и мочилась в таз, и в тазу обнаружили кровь — что скажет Рабби Шимон? Гмара разъясняет сомнение: когда Рабби Шимон высказал своё мнение, говорил ли он именно о женщине, которая стоит, ибо в целом в таком положении ей нужно напрягаться при мочеиспускании, и, возможно, вследствие этого кровь пришла из матки? Тогда как если она сидит без напряжения — в таком случае Рабби Меир признаёт её чистой — возможно, Рабби Шимон согласится, что она не нечиста. Или же, возможно, по мнению Рабби Шимона между двумя случаями нет различия.

תָּא שְׁמַע, דְּתַנְיָא: יוֹשֶׁבֶת — תּוֹלָה, עוֹמֶדֶת — אֵינָהּ תּוֹלָה, דִּבְרֵי רַבִּי מֵאִיר. רַבִּי יוֹסֵי אוֹמֵר: בֵּין כָּךְ וּבֵין כָּךְ — תּוֹלָה. רַבִּי שִׁמְעוֹן אוֹמֵר: בֵּין כָּךְ וּבֵין כָּךְ — אֵינָהּ תּוֹלָה.

The Gemara answers: Come and hear, as it is taught in a baraita: If a woman urinates while sitting and blood is found in the basin, she can attribute the blood to a wound and she is pure, but if she is standing she cannot attribute the blood to a wound, and therefore she is impure; this is the statement of Rabbi Meir. Rabbi Yosei said: Both in this case and in that case she can attribute the blood to a wound and she is pure. Rabbi Shimon said: Both in this case and in that case she cannot attribute the blood to a wound, and she is impure.

Гмара отвечает: приди и услышь, как преподаётся в Барайта: если женщина мочится сидя и в тазу обнаружена кровь — она может отнести кровь к ране, и она чиста; но если она стояла, она не может отнести кровь к ране, и поэтому она нечиста; это слова Рабби Меира. Рабби Йосей сказал: и в этом случае, и в том случае она может отнести кровь к ране, и она чиста. Рабби Шимон сказал: и в этом случае, и в том случае она не может отнести кровь к ране, и она нечиста.

אִיבַּעְיָא לְהוּ: אִישׁ וְאִשָּׁה יוֹשְׁבִין, מָה לִי אָמַר רַבִּי שִׁמְעוֹן? כִּי אָמַר רַבִּי שִׁמְעוֹן — עוֹמֶדֶת דִּדְחִיק לַהּ עָלְמָא, וְיוֹשֶׁבֶת דְּחַד סָפֵק, אֲבָל בִּסְפֵק סְפֵקָא — לָא אָמַר, אוֹ דִלְמָא לָא שְׁנָא?

Another dilemma was raised before the Sages with regard to the opinion of Rabbi Shimon: In a case where a man and a woman were sitting and urinated into the same basin, and blood was found in the basin, what would Rabbi Shimon say? The Gemara clarifies the dilemma: When Rabbi Shimon stated his opinion, was he referring to a woman who is standing, who in general must strain to urinate in such a position and perhaps as a result the blood came from the uterus, or to a case where she alone is sitting, which are cases of only one uncertainty? Whereas in a case of compound uncertainty, i.e., uncertainty whether the blood came from the man or from the woman, and even if it did come from the woman, whether it was from a wound or from her uterus, perhaps he does not say that she is impure. Or perhaps there is no difference between the cases, as it is entirely atypical for a man to discharge blood.

Ещё одно сомнение было поставлено перед Мудрецами относительно мнения Рабби Шимона: в случае, когда мужчина и женщина сидели и мочились в один и тот же таз, и в тазу обнаружили кровь — что скажет Рабби Шимон? Гмара уточняет сомнение: когда Рабби Шимон высказал своё мнение, говорил ли он о женщине, которая стоит, ибо в целом в таком положении ей нужно напрягаться при мочеиспускании и, возможно, вследствие этого кровь пришла из матки, или о случае, когда она одна сидит, — то есть о случаях лишь одного сомнения? Тогда как в случае составного сомнения, т.е. сомнения, пришла ли кровь от мужчины или от женщины, и даже если она пришла от женщины — была ли она из раны или из её матки, — возможно, он не говорит, что она нечиста. Или же, возможно, нет различия между случаями, поскольку для мужчины совершенно нехарактерно выделять кровь.

תָּא שְׁמַע: כֵּיוָן דְּאָמַר רַבִּי שִׁמְעוֹן ״חֶזְקַת דָּמִים מִן הָאִשָּׁה״ — לָא שְׁנָא עוֹמְדִין וְלָא שְׁנָא יוֹשְׁבִין.

The Gemara answers: Come and hear the mishna: Since Rabbi Shimon said that the presumptive status of the blood is that it was discharged from the woman, evidently there is no difference in his opinion whether she was standing or whether she was sitting.

Гмара отвечает: приди и услышь Мишну: поскольку Рабби Шимон сказал, что презумптивный статус крови — что она выделилась у женщины, очевидно, по его мнению нет различия, стояла ли она или сидела.

מַתְנִי' הִשְׁאִילָה חֲלוּקָהּ לְנׇכְרִית אוֹ לְנִדָּה — הֲרֵי זוֹ תּוֹלָה בָּהּ.

MISHNA: In a case where a woman lent her garment to a gentile woman or to a menstruating Jewish woman, and after the borrower returned the garment the owner wore it and then discovered a blood stain, she attributes the blood stain to the gentile or the menstruating woman.

МИШНА: в случае, когда женщина одолжила свою одежду гойке или еврейской женщине — Нидда, и после того как заемщица вернула одежду, хозяйка надела её и затем обнаружила кровяное пятно, она относит кровяное пятно к гойке или к женщине — Нидда.

שָׁלֹשׁ נָשִׁים שֶׁלָּבְשׁוּ חָלוּק אֶחָד, אוֹ שֶׁיָּשְׁבוּ עַל סַפְסָל אֶחָד, וְנִמְצָא עָלָיו דָּם — כּוּלָּן טְמֵאוֹת.

In a case of three women who wore one garment or who sat on one bench [safsal], one after the other, and the garment, or bench, was examined before the first of them donned it, or sat on it, and it was clean, and after the third one removed the garment, or stood up, a blood stain was discovered on the garment or on the bench, all the women are ritually impure.

В случае трёх женщин, которые носили одну одежду или сидели на одной скамье [сафсаль] одна после другой, и одежда или скамья были осмотрены перед тем, как первая из них надела её или села на неё, и это было чисто, а после того как третья сняла одежду или встала, на одежде или на скамье обнаружили кровяное пятно — все женщины ритуально нечисты.

יָשְׁבוּ עַל סַפְסָל שֶׁל אֶבֶן אוֹ עַל הָאִיצְטְבָא שֶׁל מֶרְחָץ — רַבִּי נְחֶמְיָה מְטַהֵר. שֶׁהָיָה רַבִּי נְחֶמְיָה אוֹמֵר: כׇּל דָּבָר שֶׁאֵינוֹ מְקַבֵּל טוּמְאָה — אֵינוֹ מְקַבֵּל כְּתָמִים.

If they sat on a stone bench or on the bench [ha’itzteva] of a bathhouse, neither of which can become ritually impure, the first because it is stone and the second because it is attached to the floor of the bathhouse, and a blood stain was found on one of those benches, Rabbi Neḥemya deems all three women ritually pure, as Rabbi Neḥemya would say: Any item that is not susceptible to ritual impurity is not susceptible to ritual impurity due to blood stains. The decree of impurity due to blood stains was limited to items susceptible to ritual impurity.

Если они сидели на каменной скамье или на скамье [ха’ицтева] бани, ни одна из которых не может становиться ритуально нечистой — первая, потому что она каменная, а вторая, потому что она прикреплена к полу бани, — и на одной из этих скамей найдено кровяное пятно, Рабби Нехемья признаёт всех трёх женщин ритуально чистыми, так как Рабби Нехемья говорил бы: любой предмет, который не восприимчив к ритуальной нечистоте, не восприимчив и к ритуальной нечистоте из‑за кровяных пятен. Установление нечистоты из‑за кровяных пятен было ограничено предметами, восприимчивыми к ритуальной нечистоте.

גְּמָ' אָמַר רַב: בְּנׇכְרִית

GEMARA: Rav says: The ruling of the mishna is stated with regard to a gentile woman

ГМАРА: Рав говорит: постановление Мишны сказано относительно гойки

דף 59

Display Settings

Bookmarks