Niddah 67a — Talmud Bavli — Tractate Niddah

בְּנָמֵל, אַף עַל גַּב דְּהַשְׁתָּא לֵיכָּא — אֵימַר בְּרִדְיוֹנֵי נְפַל.

in a port [banamal], where the boats are drawn up onto shore, as there is a lot of mud there, which can stick to her and interpose between her and the water. Even though now, after the immersion, there is no mud stuck to her feet or body, one can say that perhaps while she walked back after immersing the mud fell off. Since one cannot be certain that there was no mud stuck to her body while she immersed, she may not immerse in a port.

в порту [банамаль], где лодки вытягивают на берег, так как там много грязи, которая может прилипнуть к ней и стать хацицой (преградой) между ней и водой. И хотя теперь, после твилы, к её ногам или телу не прилипла грязь, можно сказать, что, возможно, пока она шла обратно после твилы, грязь отпала. Поскольку нельзя быть уверенным, что во время твилы к её телу не была прилеплена грязь, ей нельзя совершать твилу в порту.

אֲבוּהּ דִּשְׁמוּאֵל עֲבַד לִבְנָתֵיהּ מִקְוָואוֹת בְּיוֹמֵי נִיסָן, וּמַפָּצֵי בְּיוֹמֵי תִּשְׁרֵי.

The Gemara relates that Shmuel’s father prepared ritual baths for his daughters in the days of Nisan, by digging holes and letting them fill with natural rainwater, and he placed mats in the Euphrates River in the days of Tishrei. Since the water was shallow and the riverbed was muddy, he placed mats on the riverbed so that they could immerse without getting dirty.

Гмара рассказывает, что отец Шмуэля готовил миквы для своих дочерей в дни Нисана, выкапывая ямы и позволяя им наполняться естественной дождевой водой, а в дни Тишрея он клал циновки в реку Евфрат. Поскольку вода была мелкой и дно реки было грязным, он клал циновки на дно, чтобы они могли совершать твилу, не пачкаясь.

אָמַר רַב גִּידֵּל, אָמַר רַב: נָתְנָה תַּבְשִׁיל לִבְנָהּ, וְטָבְלָה וְעָלְתָה — לֹא עָלְתָה לָהּ טְבִילָה, אַף עַל גַּב דְּהַשְׁתָּא לֵיכָּא, אֵימַר בְּרִדְיוֹנֵי נְפַל.

The Gemara cites a similar halakha involving the interposition of an item during immersion. Rav Giddel says that Rav says: If a woman gave a cooked dish to her son, and afterward she immersed in a ritual bath and ascended from the ritual bath, the immersion is ineffective for her. The reason is that even though now, after the immersion, there is no food stuck to her body, one can say that perhaps as she walked back after immersing the food fell off. Since one cannot be certain that there was no food stuck to her body while she immersed, she should not handle food immediately before immersing.

Гмара приводит похожую галаху о хацице во время твилы. Рав Гиддель говорит, что Рав говорит: если женщина дала своему сыну приготовленное блюдо, а затем совершила твилу в микве и вышла из миквы, то эта твила для неё недействительна. Причина в том, что хотя теперь, после твилы, на её теле нет прилипшей еды, можно сказать, что, возможно, когда она шла обратно после твилы, еда отпала. Поскольку нельзя быть уверенным, что во время твилы к её телу не была прилеплена еда, ей не следует заниматься пищей непосредственно перед твилой.

אָמַר רָמֵי בַּר אַבָּא: הָנֵי רִבְדֵי דְּכוּסִילְתָּא, עַד תְּלָתָא יוֹמֵי — לָא חָיְיצִי, מִכָּאן וְאֵילָךְ — חָיְיצִי.

Rami bar Abba said: With regard to these bloodletting incisions [ravdei dekhusilta], until three days have passed since the bloodletting, when they have not yet formed a hard scab, they do not interpose and invalidate an immersion. From this point forward they interpose, as the scab is too hard for the water to penetrate.

Рами бар Абба сказал: что касается этих разрезов для кровопускания [равдей дехусильта], пока не прошло три дня после кровопускания, когда на них ещё не образовалась твёрдая корка, они не являются хацицой и не делают твилу недействительной. С этого момента и далее они являются хацицой, так как корка слишком твёрдая, чтобы вода проникала через неё.

אָמַר מָר עוּקְבָא: לִפְלוּף שֶׁבָּעַיִן, לַח — אֵינוֹ חוֹצֵץ, יָבֵשׁ — חוֹצֵץ. אֵימָתַי נִקְרָא יָבֵשׁ? מִשָּׁעָה שֶׁמַּתְחִיל לִירַק.

Mar Ukva said: With regard to mucus that is in the eye, if it is moist, it does not interpose and invalidate an immersion. But if the mucus is dry and hard it interposes. When is it called dry? It is called dry from the time that it begins to turn yellow.

Мар Уква сказал: что касается слизи, находящейся в глазу, если она влажная, она не является хацицой и не делает твилу недействительной. Но если слизь сухая и твёрдая, она является хацицой. Когда она называется сухой? Она называется сухой с того времени, как начинает желтеть.

אָמַר שְׁמוּאֵל: כְּחוֹל שֶׁבְּתוֹךְ הָעַיִן — אֵינוֹ חוֹצֵץ, וְשֶׁעַל גַּבֵּי הָעַיִן — חוֹצֵץ. אִם הָיוּ עֵינֶיהָ פּוֹרְחוֹת — אֲפִילּוּ עַל גַּבֵּי הָעַיִן אֵינוֹ חוֹצֵץ.

Shmuel says: Eye shadow that is in the eye does not interpose and invalidate an immersion. But eye shadow that is on or around the eye interposes. And if the woman’s eyes were constantly blinking, then even eye shadow that is on or around the eye does not interpose, as the constant blinking removes the eye shadow.

Шмуэль говорит: сурьма (краска для глаз), находящаяся в глазу, не является хацицой и не делает твилу недействительной. Но сурьма, находящаяся на глазу или вокруг глаза, является хацицой. А если глаза женщины постоянно моргают, то даже сурьма, находящаяся на глазу или вокруг глаза, не является хацицой, поскольку постоянное моргание удаляет сурьму.

אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: פָּתְחָה עֵינֶיהָ בְּיוֹתֵר, אוֹ עַצְמָהּ עֵינֶיהָ בְּיוֹתֵר — לֹא עָלְתָה לָהּ טְבִילָה.

Rabbi Yoḥanan says: If a woman opened her eyes very wide or closed her eyes very tightly while immersing, this immersion is ineffective for her. Such open or closed eyelids prevent the water from reaching the creases around the eyes.

Рабби Йоханан говорит: если женщина во время твилы очень широко открыла глаза или очень плотно закрыла глаза, эта твила для неё недействительна. Такие открытые или закрытые веки препятствуют воде достигнуть складок вокруг глаз.

אָמַר רֵישׁ לָקִישׁ: הָאִשָּׁה לֹא תִּטְבּוֹל אֶלָּא דֶּרֶךְ גְּדִילָתָהּ, כְּדִתְנַן: הָאִישׁ נִרְאָה כְּעוֹדֵר וּמוֹסֵק זֵיתִים, אִשָּׁה נִרְאֵת כְּאוֹרֶגֶת וְכִמְנִיקָה אֶת בְּנָהּ.

Reish Lakish says: A woman may immerse herself in a ritual bath only in the manner that she grows, i.e., she may not force her arms to her sides or close her legs tightly. She is not obligated to spread her limbs widely, but simply stand in her normal manner. As we learned in a mishna (Nega’im 2:4): When a man has a leprous mark between his legs and stands before a priest for inspection, he should appear like one who is hoeing, i.e., with his legs slightly apart, and if it is under his arm, he should appear like one who is harvesting olives, with his arms slightly raised. If the mark is not visible when he is standing in that manner, it is not impure. By contrast, a woman with a leprous mark between her legs should appear like one who is weaving, and if the mark is beneath her breast she should appear like a woman who is nursing her son.

Рейш Лакиш говорит: женщина может совершать твилу в микве только таким образом, как она растёт, то есть она не должна прижимать руки к бокам или плотно сжимать ноги. Она не обязана широко разводить свои конечности, но просто стоять в своём обычном положении. Как мы учили в Мишне (Негаим 2:4): когда у мужчины есть язва цараат между ногами и он становится перед коэном для осмотра, он должен выглядеть как тот, кто мотыжит, то есть с немного расставленными ногами; а если она под его рукой, он должен выглядеть как тот, кто собирает оливки, с слегка приподнятыми руками. Если язва не видна, когда он стоит таким образом, она не является нечистой. Напротив, женщина с язвой цараат между ногами должна выглядеть как та, кто ткет; а если язва под её грудью, она должна выглядеть как женщина, кормящая своего сына.

אָמַר רַבָּה בַּר רַב הוּנָא: נִימָא אַחַת קְשׁוּרָה חוֹצֶצֶת,

Rabba bar Rav Huna says: A single hair tied in a knot interposes and invalidates an immersion.

Рабба бар Рав Хуна говорит: один волос, завязанный в узел, является хацицой и делает твилу недействительной.

דף 67

Display Settings

Bookmarks