דף 41
Shabbat 41a
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
דְּלֵית לֵיהּ גִּידּוּדֵי, הָא דְּאִית לֵיהּ גִּידּוּדֵי.
that does not have embankments surrounding it. Since there are no partitions, it appears like an ocean or a river. That incident involving Rabbi Abbahu occurred in a place that has embankments and looks like a vessel. Therefore, the Sages did not prohibit it.
где нет насыпей вокруг. Поскольку нет перегородок, это выглядит как океан или река. Случай с Рабби Абаху произошёл в месте, где есть насыпи и оно выглядит как сосуд. Поэтому мудрецы не запретили это.
וְאָמַר רַבִּי זֵירָא: אֲנָא חֲזִיתֵיהּ לְרַבִּי אֲבָהוּ שֶׁהִנִּיחַ יָדָיו כְּנֶגֶד פָּנָיו שֶׁל מַטָּה, וְלָא יָדַעְנָא אִי נְגַע אִי לָא נְגַע. פְּשִׁיטָא דְּלָא נְגַע, דְּתַנְיָא רַבִּי אֱלִיעֶזֶר אוֹמֵר: כׇּל הָאוֹחֵז בָּאַמָּה וּמַשְׁתִּין — כְּאִילּוּ מֵבִיא מַבּוּל לָעוֹלָם.
After citing what Rabbi Zeira related with regard to Rabbi Abbahu, the Gemara cites that Rabbi Zeira said: I saw that Rabbi Abbahu, while he was bathing, placed his hands over his genitals for the sake of modesty, and I do not know whether he touched them or did not touch them. The Gemara questions Rabbi Zeira’s uncertainty. It is obvious that he did not touch his genitals, as it was taught in a baraita: Rabbi Eliezer says: One who holds his penis and urinates it is as if he were bringing a flood to the world. He is liable to become aroused by that contact and that is an extremely severe transgression, comparable to the transgressions violated in the generation of the flood.
После цитирования того, что сказал Рабби Зейра о Рабби Абаху, Гмара приводит, что Рабби Зейра сказал: Я видел, что Рабби Абаху, когда купался, прикрывал руки над своими гениталиями ради скромности, и я не знаю, касался ли он их или нет. Гмара спрашивает о неуверенности Рабби Зейры. Очевидно, что он не касался своих гениталий, так как в Барайте учено: Рабби Элиэзер говорит: Тот, кто держит свой пенис и мочится, подобен тому, кто приносит потоп миру. Он подлежит возбуждению от этого контакта, и это чрезвычайно тяжкое нарушение, сравнимое с грехами поколения потопа.
אָמַר אַבָּיֵי: עֲשָׂאוּהָ כְּבוֹלֶשֶׁת. דִּתְנַן: בּוֹלֶשֶׁת שֶׁנִּכְנְסָה לָעִיר, בִּשְׁעַת שָׁלוֹם — חָבִיּוֹת פְּתוּחוֹת אֲסוּרוֹת, סְתוּמוֹת מוּתָּרוֹת. בִּשְׁעַת מִלְחָמָה — אֵלּוּ וְאֵלּוּ מוּתָּרוֹת, לְפִי שֶׁאֵין פְּנַאי לְנַסֵּךְ. אַלְמָא כֵּיוָן דִּבְעִיתִי לָא מְנַסְּכִי. הָכָא נָמֵי, כֵּיוָן דִּבְעִית לָא אָתֵי לְהַרְהוֹרֵי. הָכָא מַאי בִּיעֲתוּתָא? בִּיעֲתוּתָא דְנַהְרָא.
Abaye said: Nevertheless, no proof can be cited from that baraita. Perhaps the Sages rendered the legal status of this situation like that of a military unit, as we learned in a mishna: A military unit that entered a city, if it entered during peacetime, after the soldiers leave, the open barrels of wine are prohibited and the wine in them may not be drunk due to suspicion that the gentile soldiers may have poured this wine as a libation for idolatry. The sealed barrels are permitted. However, if the unit entered in wartime, both are permitted because in wartime there is no respite to pour wine for idolatry, and one can be certain that the soldiers did not do so. Apparently, since they are afraid, they do not pour libations. Here too, in the case of bathing, since he is afraid, he will not come to have impure thoughts. The Gemara asks: And what fear is there here that would prevent one bathing from having impure thoughts? The Gemara answers: Fear of the river. Since he needs to be careful that the water does not wash him away, he is too distracted to think of other matters.
Абая сказал: Тем не менее, из этой Барайты нельзя привести доказательство. Возможно, мудрецы приравняли правовой статус этой ситуации к воинскому подразделению, как мы учились в Мишне: Воинское подразделение, вошедшее в город в мирное время, после ухода солдат открытые бочки с вином запрещены, и вино из них нельзя пить из-за подозрения, что языческие солдаты могли налить это вино в качестве идолопоклоннической жертвы. Запечатанные бочки разрешены. Однако если подразделение вошло в военное время, оба варианта разрешены, потому что в военное время нет возможности наливать вино для идолопоклонства, и можно быть уверенным, что солдаты этого не сделали. Очевидно, что из-за страха они не совершают идолопоклонства. Здесь тоже, в случае купания, поскольку он боится, он не придёт к нечистым мыслям. Гмара спрашивает: А какой же страх здесь мешает купающемуся иметь нечистые мысли? Гмара отвечает: Страх реки. Поскольку он должен быть осторожен, чтобы вода не унесла его, он слишком отвлечён, чтобы думать о других вещах.
אִינִי?! וְהָאָמַר רַבִּי אַבָּא אָמַר רַב הוּנָא אָמַר רַב: כׇּל הַמַּנִּיחַ יָדָיו כְּנֶגֶד פָּנָיו שֶׁל מַטָּה כְּאִילּוּ כּוֹפֵר בִּבְרִיתוֹ שֶׁל אַבְרָהָם אָבִינוּ! לָא קַשְׁיָא: הָא כִּי נָחֵית, הָא כִּי סָלֵיק. כִּי הָא דְּרָבָא שָׁחֵי. רַבִּי זֵירָא זָקֵיף. רַבָּנַן דְּבֵי רַב אָשֵׁי, כִּי קָא נָחֲתִי — זָקְפִי, כִּי קָא סָלְקִי — שָׁחוּ.
The Gemara questions the story itself: And is that so? Is it permitted under any circumstances to cover one’s genitals while bathing? Didn’t Rabbi Abba say that Rav Huna said that Rav said: Anyone who places his hands over his genitals is as if he denies the covenant of our father Abraham? It appears as if he is covering himself to obscure the fact that he is circumcised. The Gemara answers: This is not difficult, as there is room to distinguish and say that this, the case where it is prohibited to cover oneself, is when he is descending into the river and there are no people facing him and he need not be concerned with modesty. In that case covering oneself is prohibited as he appears to be renouncing the covenant of Abraham. That, the case where, in certain circumstances, this prohibition does not apply, is when he is emerging from the river. When he emerges, he is facing the people on the riverbank and it is then permitted to cover himself in the interest of modesty, as that which Rava would do. He would bend over when he was naked. Rabbi Zeira would stand upright, in accordance with Rav’s statement that it is prohibited to appear to be renouncing the covenant of Abraham. When the Sages of the school of Rav Ashi descended into the river they stood upright. When they emerged from the river they bent over.
Гмара ставит под сомнение саму историю: И так ли это? Разрешено ли при каких-либо обстоятельствах прикрывать свои гениталии во время купания? Разве не сказал Рабби Абба, что Рав Хуна сказал, что Рав сказал: Кто кладёт руки на свои гениталии, тот как будто отвергает завет нашего отца Авраама? Кажется, он прикрывается, чтобы скрыть факт обрезания. Гмара отвечает: Это несложно, так как можно различать и сказать, что запрет прикрывать себя действует, когда он спускается в реку и перед ним нет людей, и он не должен заботиться о скромности. В таком случае прикрытие запрещено, так как он выглядит как отрекающийся от завета Авраама. А случай, когда в определённых обстоятельствах этот запрет не действует, — когда он выходит из реки. Когда он выходит, он обращён к людям на берегу, и тогда разрешено прикрывать себя ради скромности, как делал Рава. Он наклонялся, когда был наг, а Рабби Зейра стоял прямо, согласно высказыванию Рава, что запрещено выглядеть отрекающимся от завета Авраама. Когда мудрецы школы Рава Аши спускались в реку, они стояли прямо. Когда выходили из реки, они наклонялись.
רַבִּי זֵירָא הֲוָה קָא מִשְׁתְּמִיט מִדְּרַב יְהוּדָה, דְּבָעֵי לְמִיסַּק לְאַרְעָא דְיִשְׂרָאֵל. דְּאָמַר רַב יְהוּדָה: כׇּל הָעוֹלֶה מִבָּבֶל לְאֶרֶץ יִשְׂרָאֵל עוֹבֵר בַּעֲשֵׂה, שֶׁנֶּאֱמַר: ״בָּבֶלָה יוּבָאוּ וְשָׁמָּה יִהְיוּ״. אֲמַר: אֵיזִיל וְאֶשְׁמַע מִינֵּיהּ מִילְּתָא וְאֵיתֵי וְאֶיסַּק. אֲזַל, אַשְׁכְּחֵיהּ דְּקָאֵי בֵּי בָאנֵי וְקָאָמַר לֵיהּ לְשַׁמָּעֵיהּ: הָבִיאוּ לִי נֶתֶר, הָבִיאוּ לִי מַסְרֵק, פִּתְחוּ פּוּמַּיְיכוּ וְאַפִּיקוּ הַבְלָא, וְאִשְׁתוּ מִמַּיָּא דְּבֵי בָאנֵי. אֲמַר: אִילְמָלֵא לֹא בָּאתִי אֶלָּא לִשְׁמוֹעַ דָּבָר זֶה דַּיִּי.
Speaking of bathing and its halakhot, the Gemara relates: Rabbi Zeira was avoiding being seen by his teacher, Rav Yehuda, as Rabbi Zeira sought to ascend to Eretz Yisrael and his teacher disapproved. As Rav Yehuda said: Anyone who ascends from Babylonia to Eretz Yisrael transgresses a positive commandment, as it is stated: “They shall be taken to Babylonia and there they shall remain until the day that I recall them, said the Lord” (Jeremiah 27:22). Based on that verse, Rav Yehuda held that since the Babylonian exile was by divine decree, permission to leave Babylonia for Eretz Yisrael could only be granted by God. Rabbi Zeira did not want to discuss his desire to emigrate with Rav Yehuda, so that he would not be forced to explicitly disobey him. Nevertheless, he said: I will go and hear something from him and then I will leave. He went and found Rav Yehuda standing in the bathhouse and telling his servant: Bring me natron [neter] with which to wash, bring me a comb, open your mouths and let out air, and drink from the water of the bathhouse. Rabbi Zeira said: If I had come only to hear this matter from Rav Yehuda, it would suffice for me.
Говоря о купании и его галахот, Гмара рассказывает: Рабби Зейра избегал быть замеченным своим учителем, Равом Йехудой, так как Рабби Зейра хотел подняться в Эрец Исраэль, а его учитель был против. Как сказал Рав Йехуда: Кто поднимается из Вавилона в Эрец Исраэль, нарушает положительную заповедь, как сказано: «Их уведут в Вавилон, и там они останутся до дня, когда Я их вспомню, — говорит Господь» (Иеремия 27:22). Исходя из этого стиха, Рав Йехуда считал, что поскольку вавилонское изгнание было божественным указом, разрешение покинуть Вавилон и отправиться в Эрец Исраэль может дать только Бог. Рабби Зейра не хотел обсуждать своё желание эмигрировать с Равом Йехудой, чтобы не вынуждать себя явно ему не повиноваться. Тем не менее, он сказал: Я пойду и услышу что-нибудь от него, а потом уйду. Он пришёл и нашёл Рава Йехуду стоящим в бане и говорящим своему слуге: Принеси мне натрон [нетер], чтобы мыть, принеси мне расчёску, откройте рты и выпускайте воздух, и пейте воду из бани. Рабби Зейра сказал: Если бы я пришёл только чтобы услышать это от Рава Йехуды, этого бы мне хватило.
בִּשְׁלָמָא ״הָבִיאוּ נֶתֶר, הָבִיאוּ מַסְרֵק״ — קָמַשְׁמַע לַן דְּבָרִים שֶׁל חוֹל מוּתָּר לְאוֹמְרָם בִּלְשׁוֹן קֹדֶשׁ. ״פִּתְחוּ פּוּמַּיְיכוּ וְאַפִּיקוּ הַבְלָא״ — נָמֵי כְּדִשְׁמוּאֵל, דְּאָמַר שְׁמוּאֵל: הַבְלָא מַפֵּיק הַבְלָא. אֶלָּא ״אִשְׁתוּ מַיָּא דְּבֵי בָאנֵי״ מַאי מְעַלְּיוּתָא? דְּתַנְיָא אָכַל וְלֹא שָׁתָה — אֲכִילָתוֹ דָּם, וְזֶהוּ תְּחִילַּת חוֹלִי מֵעַיִים. אָכַל וְלֹא הָלַךְ אַרְבַּע אַמּוֹת — אֲכִילָתוֹ מַרְקֶבֶת, וְזֶהוּ תְּחִילַּת רֵיחַ רַע. הַנִּצְרָךְ לִנְקָבָיו וְאָכַל — דּוֹמֶה לְתַנּוּר שֶׁהִסִּיקוּהוּ עַל גַּבֵּי אֶפְרוֹ, וְזֶהוּ תְּחִילַּת רֵיחַ זוּהֲמָא. רָחַץ בְּחַמִּין וְלֹא שָׁתָה מֵהֶן — דּוֹמֶה לְתַנּוּר שֶׁהִסִּיקוּהוּ מִבְּחוּץ וְלֹא הִסִּיקוּהוּ מִבִּפְנִים. רָחַץ בְּחַמִּין וְלֹא נִשְׁתַּטֵּף בְּצוֹנֵן — דּוֹמֶה לְבַרְזֶל שֶׁהִכְנִיסוּהוּ לָאוּר וְלֹא הִכְנִיסוּהוּ לְצוֹנֵן. רָחַץ וְלֹא סָךְ — דּוֹמֶה לְמַיִם עַל גַּבֵּי חָבִית.
The Gemara analyzes the lessons learned from this story. Granted, when Rav Yehuda said: Bring me natron, bring me a comb, he was teaching us that mundane matters are permitted to be spoken in the bathhouse, even in the sacred language. When he said: Open your mouths and let out air, that too is in accordance with that which Shmuel said, as Shmuel said: Heat produces heat. The hot air that one inhales causes him to sweat more quickly. However, drink the water of the bathhouse, what benefit is there in doing that? The Gemara answers: As it was taught in a baraita: One who ate and did not drink at all, what he ate becomes blood and that causes the onset of intestinal disease. One who ate and did not walk four cubits after eating, what he ate rots and that causes the onset of bad breath. One who needs to defecate and ate is similar to an oven that was lit on top of its ashes. When ashes from a previous fire are not swept out, and new logs are placed on top of the old ones, it inhibits the burning and dirties the oven, and that causes the onset of odor of the filth of perspiration in a person. As far as our matter is concerned, the baraita teaches: One who bathed in hot water and did not drink from it is like an oven that was lit from the outside and not lit from the inside. The lighting is ineffective and the oven does not heat properly. Rav Yehuda told his servants to drink the hot water while bathing so that they would be heated from the inside and the outside. The baraita continues: One who bathed in hot water and did not rinse afterward with cold water is like iron that was placed in the fire and not placed afterward in cold water, which leaves the iron soft. And one who bathed and did not smear himself with oil afterward is like water that was poured on top of a barrel, and not into it. The water spills outside the barrel.
Гмара анализирует уроки, извлечённые из этой истории. Допустим, когда Рав Йехуда сказал: Принеси мне натрон, принеси мне расчёску, он учил нас, что светские дела разрешено говорить в бане, даже на священном языке. Когда он сказал: Откройте рты и выпускайте воздух, это тоже соответствует тому, что сказал Шмуэль, что тепло порождает тепло. Горячий воздух, который человек вдыхает, заставляет его потеть быстрее. Но пить воду из бани — в чём польза? Гмара отвечает: Как учит Барайта: Тот, кто поел и совсем не пил, то, что он съел, становится кровью, и это вызывает кишечное заболевание. Тот, кто поел и не прошёл четыре локтя после еды, то, что он съел, гниёт, и это вызывает неприятный запах изо рта. Тот, кто хочет испражниться и поел, подобен печи, которую разожгли сверху на золе. Когда зола от предыдущего огня не убрана, и новые дрова положены сверху, это мешает горению и загрязняет печь, вызывая запах пота у человека. Что касается нашего случая, Барайта учит: Тот, кто купался в горячей воде и не пил из неё, подобен печи, которую разожгли снаружи, а не изнутри. Разжигание неэффективно, и печь не нагревается должным образом. Рав Йехуда сказал своим слугам пить горячую воду во время купания, чтобы они нагревались изнутри и снаружи. Барайта продолжает: Тот, кто купался в горячей воде и не ополоснулся потом холодной водой, подобен железу, которое положили в огонь, но не окунули потом в холодную воду, из-за чего железо становится мягким. И тот, кто купался и не намазался потом маслом, подобен воде, вылитой на бочку, а не внутрь её. Вода проливается мимо бочки.
מַתְנִי׳ מוּלְיָאר הַגָּרוּף שׁוֹתִין הֵימֶנּוּ בְּשַׁבָּת. אַנְטִיכֵי, אַף עַל פִּי שֶׁגְּרוּפָה אֵין שׁוֹתִין הֵימֶנָּה.
MISHNA: In this mishna, the Sages discuss two vessels used for heating water. With regard to a mulyar, a bronze vessel into which coals are placed in an outer compartment and water is placed into an adjacent inner compartment, whose coals were swept, one may drink from it on Shabbat. With regard to an antikhi, which is a vessel with a different configuration, even if its coals were swept, one may not drink from it on Shabbat.
МИШНА: В этой Мишне мудрецы обсуждают два сосуда для нагрева воды. Относительно мульяра, бронзового сосуда, в который угли помещаются в наружном отделении, а вода — во внутреннем смежном отделении, угли которого были разгорены, можно пить из него в Шаббат. Относительно антики, сосуда с другой конструкцией, даже если угли были разгорены, пить из него в Шаббат нельзя.
גְּמָ׳ הֵיכִי דָּמֵי מוּלְיָאר הַגָּרוּף? תָּנָא, מַיִם מִבִּפְנִים וְגֶחָלִים מִבְּחוּץ. אַנְטִיכֵי: רַבָּה אָמַר — בֵּי כִירֵי. רַב נַחְמָן בַּר יִצְחָק אָמַר — בֵּי דוּדֵי. מַאן דְּאָמַר בֵּי דוּדֵי כָּל שֶׁכֵּן בֵּי כִירֵי, וּמַאן דְּאָמַר בֵּי כִירֵי אֲבָל בֵּי דוּדֵי — לָא. תַּנְיָא כְּווֹתֵיהּ דְּרַב נַחְמָן: אַנְטִיכֵי אַף עַל פִּי שֶׁגְּרוּפָה וּקְטוּמָה אֵין שׁוֹתִין הֵימֶנָּה מִפְּנֵי שֶׁנְּחוּשְׁתָּהּ מְחַמַּמְתָּהּ.
GEMARA: The Gemara asks: What are the circumstances of a swept mulyar? The Gemara answers: A mulyar is the vessel, explained in the Tosefta on our mishna, that has water on the inside and coals on the outside. With regard to the identity of an antikhi there are different opinions. Rabba said that it refers to a stove. A space is created in the wall of a stove and filled with water. Since the stove is very hot, it is prohibited to use this water. Rav Naḥman bar Yitzhak said: An antikhi is a cauldron, i.e., a vessel made from two cauldrons stacked one on top of the other with coals in the bottom one and water in the upper one. These two different opinions have halakhic implications. The one who says that it is prohibited to use a vessel composed of two cauldrons, all the more so it is prohibited to use the space inside of a stove. And the one who says that it is prohibited to use the space inside a stove, a vessel composed of two cauldrons, no, it is not prohibited. It was taught in a baraita in accordance with the opinion of Rav Naḥman: An antikhi, even if it was swept and covered with ashes, one may not drink from it on Shabbat because its copper heats it. The heating in an antikhi is by means of the coals beneath the water.
ГМАРА: Гмара спрашивает: Каковы обстоятельства разгоревшегося мульяра? Гмара отвечает: Мулъяр — это сосуд, объяснённый в Тосефте к нашей Мишне, в котором вода находится внутри, а угли — снаружи. Относительно идентичности антики существуют разные мнения. Рабба сказал, что это относится к печи. В стене печи создаётся пространство, заполненное водой. Поскольку печь очень горячая, использование этой воды запрещено. Рав Нахьман бар Ицхак сказал: Антика — это котёл, то есть сосуд, состоящий из двух котлов, поставленных один на другой, с углями в нижнем и водой в верхнем. Эти два разных мнения имеют галахические последствия. Тот, кто говорит, что запрещено использовать сосуд, состоящий из двух котлов, тем более запрещено использовать пространство внутри печи. А тот, кто говорит, что запрещено использовать пространство внутри печи, сосуд из двух котлов — нет, не запрещено. В Барайте, согласно мнению Рава Нахьмана, учено: Антика, даже если была разгорена и покрыта золой, из неё нельзя пить в Шаббат, потому что её медь нагревается. Нагрев в антике происходит за счёт углей под водой.
מַתְנִי׳ הַמֵּיחַם שֶׁפִּינָּהוּ לֹא יִתֵּן לְתוֹכוֹ צוֹנֵן בִּשְׁבִיל שֶׁיֵּחַמּוּ. אֲבָל נוֹתֵן הוּא לְתוֹכוֹ אוֹ לְתוֹךְ הַכּוֹס כְּדֵי לְהַפְשִׁירָן.
MISHNA: The Sages added to the laws of leaving food on a source of heat and cooking food on Shabbat: An urn that was emptied of its hot water on Shabbat, one may not place cold water into it so that the cold water will be heated. However, one may place cold water into an urn or into a cup that were emptied of their hot water in order to warm it but not in order to heat it.
МИШНА: Мудрецы добавили к законам о том, что оставлять пищу на источнике тепла и готовить пищу в Шаббат: Урна, из которой в Шаббат была вылита горячая вода, нельзя наливать холодную воду, чтобы она нагрелась. Однако можно наливать холодную воду в урну или чашку, из которых была вылита горячая вода, чтобы её согреть, но не чтобы нагреть.
גְּמָ׳ מַאי קָאָמַר? אָמַר רַב אַדָּא בַּר מַתְנָא, הָכִי קָאָמַר: הַמֵּיחַם שֶׁפִּינָּה מִמֶּנּוּ מַיִם חַמִּין לֹא יִתֵּן לְתוֹכָן מַיִם מוּעָטִים כְּדֵי שֶׁיֵּחַמּוּ, אֲבָל נוֹתֵן לְתוֹכוֹ מַיִם מְרוּבִּים כְּדֵי לְהַפְשִׁירָן.
GEMARA: The mishna seems to contradict itself. The first statement completely prohibits placing water into an urn, and later it was partially permitted. The Gemara asks: What is the mishna saying? Rav Adda bar Mattana said that it said the following: An urn that was emptied of its hot water, one may not put a small amount of water into it so that it will become very hot. However, one may put a large quantity of water into it in order to warm it. A large quantity of cold water will not be heated in those circumstances.
ГМАРА: Мишна кажется противоречивой. В первом утверждении полностью запрещается наливать воду в урну, а позже это частично разрешается. Гмара спрашивает: Что говорит мишна? Рав Адда бар Маттана сказал, что она говорит следующее: В урну, из которой вылита горячая вода, нельзя наливать малое количество воды, чтобы она сильно нагрелась. Однако можно наливать большое количество воды, чтобы её согреть. Большое количество холодной воды в этих условиях не нагреется.