דף 6
Shabbat 6b
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
לֶחִי מִכָּאן, וְלֶחִי מִכָּאן, אוֹ קוֹרָה מִכָּאן וְקוֹרָה מִכָּאן, וְנוֹשֵׂא וְנוֹתֵן בָּאֶמְצַע. אָמְרוּ לוֹ: אֵין מְעָרְבִין רְשׁוּת הָרַבִּים בְּכָךְ!
a ten-handbreadth high post from here, perpendicular to the public domain. This creates a symbolic wall which, in the halakhot of alleyways, has the legal status of a wall. And, he may place an additional post from here, on the other side, and that has the same legal status as if he closed the public domain on all of its sides. Or, he can implement a different solution appropriate for alleyways by placing a beam extending from here, from one end of one house, to the end of the house opposite it. This creates a symbolic partition across the width of the street. And, he may place a beam extending from here, from the other side of the house. According to Rabbi Yehuda, in that way, one is permitted to carry objects and place them in the area between the symbolic partitions, as he would in a private domain. The Rabbis said to him: One may not place an eiruv in the public domain in that way. One who seeks to transform a public domain into a private domain must erect actual partitions.
Гмара задаёт вопрос о формулировке Тосефты: это полноценный частный домен. И почему его назвали полноценным? Гмара отвечает: чтобы не подумали: когда мудрецы расходятся во мнении с Рабби Йехудой и говорят, что это не частный домен? Это относится только к запрету переносить там в Шаббат. С помощью этих перегородок он не становится полноценным частным доменом до такой степени, чтобы там разрешалось переносить. Однако, возможно, в отношении запрета бросать из публичного домена в это место мудрецы согласны с Рабби Йехудой, что область между перегородками считается частным доменом по закону Торы и это запрещено. Поэтому тана учил нас, что по мнению мудрецов это вовсе не частный домен.
וְאַמַּאי קָרוּ לֵיהּ ״גְּמוּרָה״? מַהוּ דְתֵימָא: כִּי פְּלִיגִי רַבָּנַן עֲלֵיהּ דְּרַבִּי יְהוּדָה דְּלָא הָוֵי רְשׁוּת הַיָּחִיד, הָנֵי מִילֵּי לְטַלְטֵל, אֲבָל לִזְרוֹק מוֹדוּ לֵיהּ — קָא מַשְׁמַע לַן.
The Gemara questions the language of the Tosefta: This is a full-fledged private domain. And why did they call it full-fledged? The Gemara answers: Lest you say: When do the Rabbis disagree with Rabbi Yehuda and say that it is not the private domain? This applies only with regard to the prohibition to carry there on Shabbat. By means of these partitions, it was not rendered a full-fledged private domain to the point that one is permitted to carry there. However, conceivably, with regard to the prohibition of throwing from the public domain to this place, the Rabbis agree with Rabbi Yehuda that the area between the partitions would be considered a private domain by Torah law and it would be prohibited. Therefore, the tanna taught us that according to the Rabbis it is not a private domain at all.
В Тосефте также было изучено относительно определения публичного домена, что Учитель сказал с особым ударением: это публичный домен. Гмара спрашивает: зачем было добавлено это ударение? Гмара отвечает: здесь Тосефта исключает другую галаху Рабби Йехуды. Как мы изучили в Мишне: мудрецы разрешили тем, кто поднимается в Иерусалим на праздник, ставить столбы, служащие символическими границами вокруг колодцев, чтобы сделать колодцы и их окрестности частным доменом. Таким образом паломники могли брать воду из колодцев даже в Шаббат, так как они становились частными доменами. Рабби Йехуда говорит: если путь публичного домена проходит через область колодцев и столбов и мешает им, его нужно отклонить в стороны, чтобы прохожие не проходили там. По его мнению, большое количество людей, проходящих через эту область, отменяет частный домен, образованный только символическими границами. Мудрецы же говорят: не нужно отклонять путь публичного домена. Ударение в Тосефте: это публичный домен, учит, что только перечисленные там конкретные области относятся к публичному домену; однако колодец, вокруг которого установлены ограждения, уже не считается публичным доменом, даже если толпы продолжают ходить через эту область.
אָמַר מָר: ״זוֹ הִיא רְשׁוּת הָרַבִּים״. לְמַעוֹטֵי מַאי? לְמַעוֹטֵי אִידַּךְ דְּרַבִּי יְהוּדָה. דִּתְנַן, רַבִּי יְהוּדָה אוֹמֵר: אִם הָיְתָה דֶּרֶךְ רְשׁוּת הָרַבִּים מַפְסַקְתָּן — יְסַלְּקֶנָּה לִצְדָדִין. וַחֲכָמִים אוֹמְרִים: אֵינוֹ צָרִיךְ.
It was also taught in the Tosefta with regard to the definition of a public domain that the Master said, with added emphasis: This is the public domain. The Gemara asks: What was this emphasis added to exclude? The Gemara answers: Here, the Tosefta came to exclude another halakha of Rabbi Yehuda. As we learned in a mishna: The Sages permitted those ascending to Jerusalem on the Festival pilgrimage to place posts serving as symbolic boundaries around the wells, in order to render the wells and their surroundings a private domain. That way, the pilgrims could draw water from the wells even on Shabbat, as they became private domains. Rabbi Yehuda says: If the path of the public domain passes through the area of the wells and the posts and obstructs them, he must divert it to the sides, so that the passersby will not pass through there. In his opinion, many people passing through that area negates the private domain formed merely by means of symbolic boundaries. And the Rabbis say: He need not divert the path of the public domain. The emphasis in the Tosefta: This is the public domain, teaches that only the specific areas listed there fall into the category of a public domain; however, a well around which partitions were established is no longer in the realm of public domain, even if the multitudes continue to walk through that area.
Гмара спрашивает: а почему его называют полноценным? Гмара отвечает: это ударение было излишним. Но поскольку он учил первую часть Тосефты с термином «полноценный», он также учил вторую часть с этим термином для единообразия.
וְאַמַּאי קָרוּ לֵיהּ ״גְּמוּרָה״? אַיְּידֵי דִּתְנָא רֵישָׁא ״גְּמוּרָה״, תְּנָא נָמֵי סֵיפָא ״גְּמוּרָה״.
The Gemara asks: And why do they call it full-fledged? The Gemara answers: This emphasis was unnecessary. But, since he taught the first clause of the Tosefta employing the term full-fledged, he also taught the latter section employing the term full-fledged in the interest of uniformity.
Относительно мест, характеризуемых как публичный домен, Гмара спрашивает: включают ли пустыню в число мест, считающихся публичным доменом? Разве не было изучено в другой барайте: что такое публичный домен? Главная улица, большая площадь, открытые переулки и пустыня? Абая сказал: это несложно, так как здесь, где перечислена пустыня среди публичных доменов, речь идёт о времени, когда Израиль жил в пустыне, и это была территория, посещаемая толпами. А здесь, где пустыня не перечислена среди публичных доменов, речь идёт о нынешнем времени, когда толпы там не собираются.
וְלַחֲשׁוֹב נָמֵי מִדְבָּר, דְּהָא תַּנְיָא: אֵיזוֹ הִיא רְשׁוּת הָרַבִּים? — סְרַטְיָא וּפְלַטְיָא גְּדוֹלָה, וּמְבוֹאוֹת הַמְפוּלָּשִׁין, וְהַמִּדְבָּר! אָמַר אַבָּיֵי: לָא קַשְׁיָא, כָּאן בִּזְמַן שֶׁיִּשְׂרָאֵל שְׁרוּיִין בַּמִּדְבָּר. כָּאן בִּזְמַן הַזֶּה.
With regard to the places characterized as the public domain, the Gemara asks: And include the desert among the places considered a public domain? Wasn’t it taught in a different baraita: What is the public domain? A main street, and a large plaza, and open alleyways, and the desert? Abaye said: This is not difficult, as here, where it enumerated the desert among the public domains, it refers to the time when Israel was dwelling in the desert, and it was an area frequented by the multitudes. And here, where the desert was not enumerated among the public domains, refers to this time, when multitudes do not congregate there.
В Тосефте также было изучено, что Учитель сказал: если он вынес предмет в Шаббат из частного домена в публичный или наоборот, если он внёс, если он сделал это неумышленно, он обязан принести жертвоприношение за грех. Если он сделал это сознательно и не было свидетелей его действия и он не был предупреждён, он наказуем каретом от руки Небес. Если он был предупреждён и были свидетели его проступка, он наказывается судом и камнями. Гмара спрашивает: неумышленно он обязан принести жертвоприношение; очевидно, что тот, кто нарушает серьёзное нарушение — осквернение Шаббата неумышленно — обязан принести жертвоприношение. Гмара отвечает: тане было необходимо учить, что если он сделал это сознательно, он наказуем каретом и камнями. Поскольку нужно было привести эти случаи, так как они содержат новый элемент, он также привёл случай, когда он сделал это неумышленно, чтобы завершить картину.
אָמַר מָר: אִם הוֹצִיא וְהִכְנִיס בְּשׁוֹגֵג — חַיָּיב חַטָּאת, בְּמֵזִיד — עָנוּשׁ כָּרֵת, וְנִסְקָל. בְּשׁוֹגֵג חַיָּיב חַטָּאת, פְּשִׁיטָא! בְּמֵזִיד עָנוּשׁ כָּרֵת וְנִסְקָל אִצְטְרִיכָא לֵיהּ.
It was also taught in the Tosefta that the Master said: If he carried out an object on Shabbat from the private domain to the public domain or vice versa, if he carried in, if he did so unwittingly, he is liable to bring a sin-offering. If he did so intentionally and there were no witnesses to his act and he was not forewarned, he is punishable from the hand of Heaven with the punishment of karet. If he was forewarned and there were witnesses to his transgression, he is punished by the court and stoned. The Gemara asks: Unwittingly, he is liable to bring a sin-offering; it is obvious that one who violates the serious transgression of desecrating the Shabbat unwittingly is liable to bring a sin-offering. The Gemara answers: It was necessary for the tanna to teach that if he did so intentionally he is punishable with karet and stoned. Since he needed to cite those cases because they involve a novel element, he also cited the case where he performed the transgression unwittingly, in order to complete the picture.
Гмара спрашивает: это тоже очевидно, так как Тора ясно говорит, что тот, кто оскверняет Шаббат сознательно без свидетелей и предупреждения, наказуем каретом, а если есть свидетели и предупреждение — казнён камнями. Гмара отвечает: это учит нас согласно заявлению Рава, который сказал: я нашёл скрытую свиток в доме Рабби Хии, в котором кратко изложены вопросы Устной Торы, и в ней было написано: Иси бен Йехуда говорит: основные категории запрещённой работы в Шаббат — сорок минус одна, и он подлежит ответственности только за одну. Это выражение неясно, и кажется, что оно означает, что тот, кто совершает все запрещённые работы, подлежит ответственности только за одну жертву за грех.
הָא נָמֵי פְּשִׁיטָא! הָא קָא מַשְׁמַע לַן כִּדְרַב, דְּאָמַר רַב: מָצָאתִי מְגִלַּת סְתָרִים בֵּי רַבִּי חִיָּיא וְכָתוּב בָּהּ: אִיסִי בֶּן יְהוּדָה אוֹמֵר: אֲבוֹת מְלָאכוֹת אַרְבָּעִים חָסֵר אַחַת, וְאֵינוֹ חַיָּיב אֶלָּא אַחַת.
The Gemara asks: That is also obvious, as the Torah states explicitly that one who desecrates Shabbat intentionally without witnesses and forewarning is punishable by karet, and that when there are witnesses and forewarning he is executed by stoning. The Gemara answers: This came to teach us in accordance with the statement of Rav, as Rav said: I found a hidden scroll in the house of Rabbi Ḥiyya in which matters of Oral Torah were briefly summarized, and in it was written: Isi ben Yehuda says: The primary categories of prohibited labor on Shabbat are forty-less-one, and he is liable only for one. This expression is unclear, and it would seem that it means that one who performs all of the prohibited labors is only liable to bring one sin-offering.
Гмара спрашивает: так ли это? Разве мы не изучили в Мишне: основные категории запрещённой работы — сорок минус одна? Мишна перечисляет эти работы. И мы обсуждали: зачем мне этот подсчёт сорок минус одна? Было бы достаточно, чтобы Мишна просто перечислила запрещённые работы. Рабби Йоханан сказал: число также важно, чтобы научить нас, что если он совершил все запрещённые работы в одном моменте невнимательности, в течение которого он не осознавал запрет, он обязан принести жертву за грех за каждую из запрещённых работ отдельно. Следовательно, высказывание Иси бен Йехуды не может быть понято так, как предполагалось выше.
אִינִי?! וְהָתְנַן: אֲבוֹת מְלָאכוֹת אַרְבָּעִים חָסֵר אַחַת. וְהָוֵינַן בַּהּ: מִנְיָנָא לְמָה לִי? וְאָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: שֶׁאִם עֲשָׂאָן כּוּלָּן בְּהֶעְלֵם אַחַת — חַיָּיב עַל כׇּל אַחַת וְאַחַת.
The Gemara asks: Is that so? Didn’t we learn in the mishna: The primary categories of prohibited labor are forty-less-one? The mishna proceeded to enumerate those labors. And we discussed it: Why do I need this tally of forty-less-one? It would have been sufficient for the mishna to merely list the prohibited labors. And Rabbi Yoḥanan said: The number is also significant, in order to teach us that if he performed all of the prohibited labors within one lapse of awareness, during which he remained unaware of the prohibition involved, he is liable to bring a sin-offering for each and every one of the prohibited labors separately. Consequently, the statement of Isi ben Yehuda cannot be understood as suggested above.
Гмара спрашивает: Так ли это? Разве мы не учили в Мишне: Основные категории запрещённых мелахот — сорок минус одна? Мишна затем перечисляет эти мелахот. И мы обсуждали: Зачем мне этот подсчёт сорок минус одна? Было бы достаточно, чтобы Мишна просто перечислила запрещённые мелахот. И Рабби Йоханан сказал: Число также важно, чтобы научить нас, что если человек совершил все запрещённые мелахот в одном моменте невнимательности, в течение которого он не осознавал запрет, он обязан приносить жертву за грех за каждую из запрещённых мелахот отдельно. Следовательно, высказывание Иси бен Йехуды не может быть понято так, как было предложено выше.
אֶלָּא אֵימָא: אֵינוֹ חַיָּיב עַל אַחַת מֵהֶן. וְהָא קָא מַשְׁמַע לַן: הָא מֵהָנָךְ דְּלָא מְסַפְּקָן.
Rather, say as follows: There are forty prohibited labors less one, and he is not liable for one of them. Among those labors, there is one unspecified exception for which one is not liable to be executed by stoning and merely violates a negative prohibition. That which the Tosefta mentioned with regard to one carrying out on Shabbat being liable for karet and stoning, teaches us: This labor of carrying out from domain to domain, is among those prohibited labors with regard to which there is no uncertainty and it is clear that one is liable for karet and stoning for its violation.
Скорее, скажи так: существует сорок запрещённых мелахот минус одна, и за одну из них не несёт ответственности. Среди этих мелахот есть одно неопределённое исключение, за которое не карают камнями, а лишь нарушают запрет. То, что Тосефта упомянула о том, что тот, кто выносит в Шаббат, подлежит карету и побиванию камнями, учит нас: эта мелаха — вынос из домена в домен — относится к тем запрещённым мелахот, по которым нет сомнений, и ясно, что за нарушение полагается карета и побивание камнями.
אָמַר מָר: אֲבָל יָם וּבִקְעָה וְהָאִיסְטְווֹנִית וְהַכַּרְמְלִית אֵינָן לֹא כִּרְשׁוּת הַיָּחִיד וְלֹא כִּרְשׁוּת הָרַבִּים. וּבִקְעָה אֵינוֹ לֹא כִּרְשׁוּת הַיָּחִיד וְלֹא כִּרְשׁוּת הָרַבִּים? וְהָא תְּנַן הַבִּקְעָה בִּימוֹת הַחַמָּה, רְשׁוּת הַיָּחִיד לַשַּׁבָּת וּרְשׁוּת הָרַבִּים לַטּוּמְאָה. בִּימוֹת הַגְּשָׁמִים, רְשׁוּת הַיָּחִיד לְכָאן וּלְכָאן!
It was also taught in the Tosefta that the Master said: However, a sea, and a valley, and the colonnade, and the karmelit all enter into the general category of karmelit, which is neither like the public domain nor like the private domain. The Gemara asks: And is a valley neither like the private domain nor like the public domain? Didn’t we learn in a mishna in tractate Teharot: The valley, in the days of summer, which is a time when the multitudes frequent it, nevertheless, it is considered the private domain with regard to the halakhot of Shabbat, as according to the parameters of domains of Shabbat it remains in the realm of a private domain. And, still, it is considered like the public domain with regard to the halakhot of ritual impurity, where there is a distinction between a place frequented by the multitudes and a place that the multitudes do not frequent. While in the rainy season, the winter, when multitudes do not frequent the fields, the valley is considered like the private domain for this, Shabbat, and for that, ritual purity. A valley is a private domain and not a karmelit.
Также в Тосефте учено, что Мастер сказал: однако море, долина, колоннада и кармелит все входят в общий разряд кармелита, который не подобен ни публичному домену, ни частному домену. Гмара спрашивает: а разве долина не подобна ни частному, ни публичному домену? Разве мы не учили в Мишне трактата Тахарот: долина в летние дни, когда множество людей её посещает, всё же считается частным доменом с точки зрения галахот Шаббата, так как по параметрам доменов Шаббата она остаётся в области частного домена. И всё же она считается подобной публичному домену с точки зрения галахот ритуальной нечистоты, где различают место, посещаемое множеством, и место, не посещаемое множеством. А в дождливый сезон, зимой, когда множество не посещает поля, долина считается подобной частному домену как для Шаббата, так и для ритуальной чистоты. Долина — это частный домен, а не кармелит.
אָמַר עוּלָּא: לְעוֹלָם כַּרְמְלִית הָוְיָא, וְאַמַּאי קָרֵי לַהּ רְשׁוּת הַיָּחִיד — לְפִי שֶׁאֵינָהּ רְשׁוּת הָרַבִּים.
Ulla said: Actually, the valley is a karmelit; and why does the mishna call it the private domain? In order to emphasize that it is not the public domain, as the mishna in tractate Teharot did not enter into the details of the halakhot of Shabbat. It merely underscored the distinction between the halakhot of Shabbat and the halakhot of ritual purity.
Улла сказал: на самом деле долина — это кармелит; а почему Мишна называет её частным доменом? Чтобы подчеркнуть, что она не является публичным доменом, поскольку Мишна в трактате Тахарот не вдавалась в подробности галахот Шаббата. Она лишь подчёркивала различие между галахами Шаббата и галахами ритуальной чистоты.
רַב אָשֵׁי אָמַר:
Rav Ashi said:
Рав Аши сказал: