דף 80
Shabbat 80a
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
תָּנָא: שְׁתֵּי אוֹתִיּוֹת בִּדְיוֹ, שְׁתֵּי אוֹתִיּוֹת בְּקוּלְמוֹס, שְׁתֵּי אוֹתִיּוֹת בְּקַלְמָרִין. בָּעֵי רָבָא: אוֹת אַחַת בִּדְיוֹ, אוֹת אַחַת בְּקוּלְמוֹס, אוֹת אַחַת בְּקַלְמָרִין, מַהוּ? תֵּיקוּ.
A tanna taught in a Tosefta: The measure that determines liability for carrying out ink is equivalent to that which is used to write two letters when he carries out dried ink, and two letters when the ink is in the quill, and two letters in the inkwell [kalmarin]. Rava raised a dilemma: What is the halakha if one carried out sufficient ink to write one letter in the form of dried ink, and sufficient ink to write one letter in the quill, and sufficient ink to write one letter in the inkwell? Do they join together to constitute the measure for liability, or is each considered separately? No resolution was found for this dilemma. Therefore, let it stand unresolved.
Тана учил в Тосефте: мера, определяющая ответственность за вынос чернил, равна той, что используется для написания двух букв, когда выносится высохшие чернила, и двух букв, когда чернила в перье, и двух букв в чернильнице (калмарин). Рава поставил дилемму: какова галаха, если кто-то вынес достаточное количество чернил для написания одной буквы в виде высохших чернил, и достаточное количество для одной буквы в перье, и достаточное количество для одной буквы в чернильнице? Считаются ли они вместе, чтобы составить меру ответственности, или каждое считается отдельно? Решения по этой дилемме не найдено. Поэтому пусть остаётся нерешённой.
אָמַר רָבָא: הוֹצִיא שְׁתֵּי אוֹתִיּוֹת וּכְתָבָן כְּשֶׁהוּא מְהַלֵּךְ — חַיָּיב, כְּתִיבָתָן זוֹ הִיא הַנָּחָתָן. וְאָמַר רָבָא: הוֹצִיא אוֹת אַחַת וּכְתָבָהּ, וְחָזַר וְהוֹצִיא אוֹת אַחַת וּכְתָבָהּ — פָּטוּר. מַאי טַעְמָא? בְּעִידָּנָא דְּאַפְּקַהּ לְבָתְרָיְיתָא, חֲסַר לֵיהּ שִׁיעוּרָא דְקַמַּיְיתָא.
Rava said: One who carried out a measure of ink equivalent to that which is used to write two letters on Shabbat, and he wrote two letters as he walked, even though he did not place the written material in the public domain, he is liable for carrying out the ink. Their writing is their placement. He is liable even without placing the ink on the ground. And Rava said: One who carried out sufficient ink to write one letter and he wrote it, and then proceeded to carry out sufficient ink to write one more letter and he wrote it, is exempt. What is the reason that he is exempt? At the time that he carried out the last drop of ink, he was lacking the first measure of ink. The ink that he carried out first dried slightly in the interim and not enough remained to write one letter.
Рава сказал: тот, кто вынес меру чернил, равную той, что используется для написания двух букв в Шаббат, и написал две буквы, идя, даже если он не положил написанное в публичный домен, несёт ответственность за вынос чернил. Их написание — это их размещение. Он несёт ответственность даже без помещения чернил на землю. И Рава сказал: тот, кто вынес достаточное количество чернил для написания одной буквы и написал её, а затем вынес достаточное количество для ещё одной буквы и написал её, освобождается от ответственности. Почему он освобождается? В момент, когда он вынес последнюю каплю чернил, у него не было первой меры чернил. Чернила, вынесенные сначала, слегка подсохли, и не осталось достаточно для написания одной буквы.
וְאָמַר רָבָא: הוֹצִיא חֲצִי גְרוֹגֶרֶת אַחַת וְהִנִּיחָה, וְחָזַר וְהוֹצִיא חֲצִי גְרוֹגֶרֶת אַחַת וְהִנִּיחָה — רִאשׁוֹנָה נַעֲשָׂה כְּמִי שֶׁקְּלָטָהּ [כֶּלֶב] אוֹ שֶׁנִּשְׂרְפָה, וּפָטוּר. וְאַמַּאי? הָא מַנְּחָה? הָכִי קָאָמַר: וְאִם קָדַם וְהִגְבִּיהַּ רִאשׁוֹנָה קוֹדֶם הַנָּחַת שְׁנִיָּיה — נַעֲשֵׂית רִאשׁוֹנָה כְּמִי שֶׁנִּקְלְטָה אוֹ שֶׁנִּשְׂרְפָה, וּפָטוּר. וְאָמַר רָבָא: הוֹצִיא חֲצִי גְרוֹגֶרֶת וְהִנִּיחָהּ, וְחָזַר וְהוֹצִיא חֲצִי גְרוֹגֶרֶת וְהֶעֱבִירָהּ דֶּרֶךְ עָלֶיהָ — חַיָּיב. וְאַמַּאי? הָא לָא נָח! כְּגוֹן שֶׁהֶעֱבִירָהּ תּוֹךְ שְׁלֹשָׁה.
And Rava said with regard to a similar issue: One who carried out half of a dried fig on Shabbat and placed it in a different domain, and proceeded to carry out another half of a dried fig and placed it, the first becomes as one that was snatched by a dog or burned and he is exempt, as he did not carry out the measure of a dried fig for which he would be liable. The Gemara wonders: And why is he exempt; isn’t an entire dried fig placed together? Why isn’t he liable for carrying it out? The Gemara explains: This is what Rava is saying: And if he lifted the first half-fig first before placement of the second, i.e., the two half-figs were never placed together, the first becomes as one that was snatched by a dog or burned and he is exempt. And Rava said: One who carried out half of a dried fig on Shabbat and placed it in a different domain, and proceeded to carry out another half of a dried fig and passed the second half-fig over the already placed first half-fig, is liable even though they were never placed together. The Gemara asks: And why is he liable? The second half-fig did not come to rest. The Gemara answers: It is referring to a case where he passed the second half-fig within three handbreadths of the first half-fig. The halakha is that objects less than three handbreadths apart are considered attached.
И Рава сказал по подобному вопросу: тот, кто вынес половину сушёной инжиры в Шаббат и положил её в другой домен, а затем вынес другую половину сушёной инжиры и положил её, первая половина считается как будто её утащила собака или она сгорела, и он освобождается, так как он не вынес меру сушёной инжиры, за которую несёт ответственность. Гмара удивляется: почему он освобождается? Разве не положили целую сушёную инжиру вместе? Почему он не несёт ответственность за вынос? Гмара объясняет: вот что говорит Рава: если он поднял первую половину инжиры перед тем, как положить вторую, то есть две половины никогда не были положены вместе, первая половина считается как утащенная собакой или сгоревшая, и он освобождается. И Рава сказал: тот, кто вынес половину сушёной инжиры в Шаббат и положил её в другой домен, а затем вынес другую половину и провёл её над уже положенной первой половиной, несёт ответственность, хотя они никогда не были положены вместе. Гмара спрашивает: почему он несёт ответственность? Вторая половина не успела остановиться. Гмара отвечает: речь идёт о случае, когда он провёл вторую половину в пределах трёх ладоней от первой. Галаха такова, что предметы, находящиеся менее чем в трёх ладонях друг от друга, считаются соединёнными.
וְהָאָמַר רָבָא: תּוֹךְ שְׁלֹשָׁה לְרַבָּנַן צָרִיךְ הַנָּחָה עַל גַּבֵּי מַשֶּׁהוּ! לָא קַשְׁיָא: כָּאן בְּזוֹרֵק, כָּאן בְּמַעֲבִיר.
The Gemara asks: And didn’t Rava himself say: An object that passes within three handbreadths of the ground, according to the opinion of the Rabbis, must come to rest atop some defined place and if it does not it is not considered placed? The Gemara answers: This is not difficult. Here, where Rava said that it must actually come to rest, it is referring to one who throws the object; here, where proximity alone is sufficient to render him liable, it is referring to one who passes an object in his hand, since he can place the object down at any point.
Гмара спрашивает: Разве не сказал сам Рава: Предмет, который проходит на расстоянии трёх ладоней от земли, по мнению Раббаним, должен остановиться на каком-то определённом месте, и если он этого не делает, то не считается, что он был положен? Гмара отвечает: Это несложно. Здесь, где Рава сказал, что он должен действительно остановиться, речь идёт о том, кто бросает предмет; здесь же, где достаточно только близости, чтобы сделать его ответственным, речь идёт о том, кто передаёт предмет в руке, поскольку он может положить предмет в любой момент.
תָּנוּ רַבָּנַן: הוֹצִיא חֲצִי גְרוֹגֶרֶת וְחָזַר וְהוֹצִיא חֲצִי גְרוֹגֶרֶת, בְּהֶעְלֵם אֶחָד — חַיָּיב, בִּשְׁתֵּי הֶעְלֵמוֹת — פָּטוּר. רַבִּי יוֹסֵי אוֹמֵר: בְּהֶעְלֵם אֶחָד לִרְשׁוּת אַחַת — חַיָּיב, לִשְׁתֵּי רְשׁוּיוֹת — פָּטוּר. אָמַר רַבָּה: וְהוּא שֶׁיֵּשׁ חִיּוּב חַטָּאת בֵּינֵיהֶם. אֲבָל כַּרְמְלִית — לֹא.
The Sages taught: One who carried out half of a dried fig into the public domain on Shabbat and proceeded to carry out another half of a dried fig, within one lapse of awareness, is liable; within two lapses of awareness, he is exempt because in neither lapse did he carry out a measure that would render him liable. Rabbi Yosei says: If he carried out the half-figs within one lapse of awareness to one domain he is liable; to two domains he is exempt. If he carried the two half-figs to two separate sections of the public domain, he is exempt because there is no permitted manner to unite the two halves. Rabba said with regard to Rabbi Yosei’s statement: That is only in a case where there is an area in which there is liability to bring a sin-offering between them. It only applies in a case where there is a private domain between the two sections of the public domain and carrying between them is prohibited by Torah law. However, if the two sections of the public domain were separated by a karmelit, no, he would not be exempt. In that case, there is no Torah prohibition against carrying between the two sections of the public domain through the karmelit, and by Torah law they are not considered separate.
Учёные учили: Тот, кто вынес половину сушёного инжира в публичный домен в Шаббат и затем вынес другую половину сушёного инжира в пределах одного провала сознания, несёт ответственность; при двух провалах сознания он освобождается, поскольку ни в одном из провалов он не вынес меру, которая делала бы его ответственным. Рабби Йосе говорит: Если он вынес половинки инжира в пределах одного провала сознания в один домен, он несёт ответственность; в два домена — освобождается. Если он вынес две половинки в два отдельных участка публичного домена, он освобождается, поскольку нет разрешённого способа объединить две половины. Рабба сказал относительно высказывания Рабби Йосе: Это только в случае, когда между ними есть область, за которую налагается обязанность приносить жертву за грех. Это применимо только в случае, когда между двумя участками публичного домена есть частный домен, и перенос между ними запрещён по закону Торы. Однако, если два участка публичного домена разделены кармелитом, нет, он не освобождается. В этом случае нет запрета Торы на перенос между двумя участками публичного домена через кармелит, и по закону Торы они не считаются отдельными.
אַבָּיֵי אָמַר: אֲפִילּוּ כַּרְמְלִית. אֲבָל פִּיסְלָא — לֹא. וְרָבָא אָמַר: אֲפִילּוּ פִּיסְלָא. וְאָזְדָא רָבָא לְטַעְמֵיהּ, דְּאָמַר רָבָא: רְשׁוּת שַׁבָּת כִּרְשׁוּת גִּיטִּין דָּמְיָא.
Abaye said: Even if they were separated by a karmelit it is not considered one domain, and he is exempt. However, if the two sections were separated by a large beam, no, they are not considered separate. And Rava said: Even if the two sections were separated by a large beam, according to Rabbi Yosei, they are considered separate and he is exempt. The Gemara comments: And Rava follows his line of reasoning stated elsewhere as Rava said: The definition of domain for Shabbat is like the definition of domain for bills of divorce. Just as with regard to bills of divorce, two areas separated by a beam are not considered one domain, so too, with regard to the halakhot of Shabbat, they are not considered one domain.
Абая сказал: Даже если они разделены кармелитом, это не считается одним доменом, и он освобождается. Однако, если два участка разделены большой балкой, нет, они не считаются отдельными. И Рава сказал: Даже если два участка разделены большой балкой, согласно Рабби Йосе, они считаются отдельными, и он освобождается. Гмара комментирует: И Рава следует своей логике, изложенной в другом месте, где Рава сказал: Определение домена для Шаббата такое же, как определение домена для разводных писем. Так же, как в отношении разводных писем два участка, разделённые балкой, не считаются одним доменом, так и в отношении галахот Шаббата они не считаются одним доменом.
כְּחוֹל כְּדֵי לִכְחוֹל עַיִן אַחַת. עַיִן אַחַת הָא לָא כָּחֲלִי! אָמַר רַב הוּנָא: שֶׁכֵּן צְנוּעוֹת כּוֹחֲלוֹת עַיִן אַחַת. מֵיתִיבִי, רַבִּי שִׁמְעוֹן בֶּן אֶלְעָזָר אוֹמֵר: כְּחוֹל, אִם לִרְפוּאָה — כְּדֵי לִכְחוֹל עַיִן אַחַת, אִם לְקַשֵּׁט — בִּשְׁתֵּי עֵינַיִם. תַּרְגְּמַהּ הִילֵּל בְּרֵיהּ דְּרַבִּי שְׁמוּאֵל בַּר נַחְמָנִי: כִּי תַּנְיָא הַהִיא בְּעִירָנִיּוֹת.
We learned in the mishna: The measure that determines liability for carrying out blue eye shadow is equivalent to that which is used to paint one eye blue. The Gemara asks: How could the mishna say one eye? Women do not paint only one eye blue. Rav Huna said: Because modest women, who cover their faces with a veil, paint only the one eye that shows blue. The Gemara raises an objection from a baraita: Rabbi Shimon ben Elazar says: For carrying out blue eye shadow, if it is used for healing, the measure for liability is equivalent to that which is used to paint one eye blue; if it is used to adorn the eye, the measure that determines liability for carrying out is equivalent to that which is used for two eyes. Hillel, son of Rabbi Shmuel bar Naḥmani, explained it: When this baraita was taught it was in reference to village women. Because immodest behavior is less common there, women do not customarily cover their faces.
Мы учили в мишне: Мера, определяющая ответственность за вынос голубых теней для глаз, эквивалентна той, что используется для покраски одного глаза в синий цвет. Гмара спрашивает: Как мишна может говорить об одном глазе? Женщины не красят только один глаз. Рав Хуна сказал: Потому что скромные женщины, которые закрывают лица вуалью, красят только тот глаз, который виден, синий. Гмара приводит возражение из барайты: Рабби Шимон бен Элазара говорит: Для выноса голубых теней, если они используются для исцеления, мера ответственности эквивалентна той, что используется для покраски одного глаза; если они используются для украшения глаза, мера, определяющая ответственность за вынос, эквивалентна той, что используется для двух глаз. Хилель, сын Рабби Шмуэля бар Нахмани, объяснил это так: Когда эта барайта была передана, она относилась к женщинам деревень, где непристойное поведение менее распространено, и женщины обычно не закрывали лица.
(שַׁעֲוָה כְּדֵי לִיתֵּן עַל פִּי נֶקֶב קָטָן. תָּנָא: כְּדֵי לִיתֵּן עַל פִּי נֶקֶב קָטָן שֶׁל יַיִן.)
We learned in the mishna: The measure that determines liability for carrying out wax is equivalent to that which is used to place on the opening of a small hole to seal it. A tanna taught in a Tosefta: Enough to place on the opening of a small hole in a receptacle holding wine. The size of a hole that enables pouring wine is smaller than the size of the hole required when pouring more viscous liquids.
Мы учили в мишне: Мера, определяющая ответственность за вынос воска, эквивалентна той, что используется для покрытия отверстия маленькой дырочки, чтобы её запечатать. Тана учил в Тосефте: Достаточно, чтобы покрыть отверстие маленькой дырочки в сосуде, содержащем вино. Размер дырочки, позволяющей наливать вино, меньше, чем размер дырочки, необходимой для наливания более вязких жидкостей.
דֶּבֶק כְּדֵי לִיתֵּן בְּרֹאשׁ הַשַּׁפְשָׁף. תָּנָא: כְּדֵי לִיתֵּן בְּרֹאשׁ שַׁפְשָׁף שֶׁבְּרֹאשׁ קָנֶה שֶׁל צַיָּידִין.
We learned in the mishna: The measure that determines liability for carrying out glue is equivalent to that which is used to place on the top of a board [shafshaf]. The Sages taught: This means an amount equivalent to that which is used to place on the top of a board that is attached to the top of a hunter’s rod. Hunters would spread glue to trap the birds that land on the board.
Мы учили в мишне: Мера, определяющая ответственность за вынос клея, эквивалентна той, что используется для покрытия верхней части доски [шафшаф]. Учёные учили: Это означает количество, эквивалентное тому, что используется для покрытия верхней части доски, прикреплённой к верхушке охотничьей палки. Охотники наносили клей, чтобы ловить птиц, которые садились на доску.
זֶפֶת וְגׇפְרִית כְּדֵי לַעֲשׂוֹת כּוּ׳. תָּנָא: כְּדֵי לַעֲשׂוֹת נֶקֶב קָטָן.
We learned in the mishna: The measure that determines liability for carrying out tar and sulfur is equivalent to that which is used to seal a hole in a vessel and to make a small hole in that seal. Tar and sulfur were used to seal large cavities in jars. Holes were sometimes made in those seals. A tanna taught in a Tosefta: One is liable for carrying out a measure equivalent to that which can be used to make a large hole into a small hole.
Мы учили в мишне: Мера, определяющая ответственность за вынос смолы и серы, эквивалентна той, что используется для запечатывания отверстия в сосуде и для создания маленькой дырочки в этой печати. Смола и сера использовались для запечатывания больших полостей в кувшинах. Иногда в этих печатях делали отверстия. Тана учил в Тосефте: Ответственность наступает при выносе меры, эквивалентной той, что может использоваться для создания большого отверстия в маленьком отверстии.
חַרְסִית כְּדֵי לַעֲשׂוֹת פִּי כוּר כּוּ׳. לְמֵימְרָא דְּשִׁיעוּרָא דְּרַבִּי יְהוּדָה נְפִישׁ? הָא קַיְימָא לַן דְּשִׁיעוּרָא דְרַבָּנַן נְפִישׁ, דִּתְנַן, רַבִּי יְהוּדָה אוֹמֵר: כְּדֵי לִיטּוֹל הֵימֶנּוּ מִדַּת מִנְעָל לְקָטָן. אֵימָא: כְּדֵי לָסוּד פִּיטְפּוּט כִּירָה קְטַנָּה.
We learned in the mishna: The measure that determines liability for carrying out crushed earthenware is equivalent to that which is used to knead and make an opening for the bellows to be placed in a gold refiners’ crucible. Rabbi Yehuda says: An amount equivalent to that which is used to make a small tripod for the crucible. The Gemara wonders: Is that to say that the measure of Rabbi Yehuda is greater? Don’t we maintain that the measure of the Rabbis is greater, as we learned in a mishna that Rabbi Yehuda says with regard to reeds: The measure for liability is equivalent to that which is used to take the measure of a shoe for a child? That is smaller than the measure determined by the Rabbis. The Gemara answers: Here too, say it does not mean sufficient material to make the entire tripod, but to plaster the cracks in the small tripod of a small stove, which requires a minimal amount of plaster.
Мы учили в мишне: Мера, определяющая ответственность за вынос измельчённой глины, эквивалентна той, что используется для замешивания и создания отверстия для размещения мехов в тигле для очистки золота. Рабби Йехуда говорит: Количество, эквивалентное тому, что используется для изготовления маленького треножника для тигля. Гмара задаётся вопросом: Значит ли это, что мера Рабби Йехуды больше? Разве мы не утверждаем, что мера Раббаним больше, как мы учили в мишне, что Рабби Йехуда говорит относительно тростника: Мера ответственности эквивалентна той, что используется для измерения обуви для ребёнка? Это меньше меры, установленной Раббаним. Гмара отвечает: Здесь тоже скажем, что речь не о достаточном материале для изготовления всего треножника, а о замазывании трещин в маленьком треножнике маленькой печи, что требует минимального количества замазки.
סוּבִּין כְּדֵי לִיתֵּן עַל פִּי כוּר שֶׁל צוֹרְפֵי זָהָב.
We learned in the mishna: The measure that determines liability for carrying out bran is equivalent to that which is used to place on the opening of a gold refiners’ crucible.
Мы учили в мишне: Мера, определяющая ответственность за вынос отрубей, эквивалентна той, что используется для покрытия отверстия тигля для очистки золота.