דף 67
Yevamot 67b
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
אֵין חוֹשְׁשִׁין לְמִיעוּטָא. וְאִיבָּעֵית אֵימָא: לְעוֹלָם קָסָבַר חוֹשְׁשִׁין לְמִיעוּטָא, דְּעָבְדִינַן לֵיהּ תַּקַּנְתָּא כְּרַב נַחְמָן אָמַר שְׁמוּאֵל.
that we are not concerned about the minority of cases. Only a minority of fetuses are male inheritors, as roughly half are female, and some are stillborn. Therefore, the majority of fetuses will not become male children. And if you wish, say that actually he holds that we are concerned about the minority. However, we make an arrangement for the slaves, in accordance with what Rav Naḥman said that Shmuel said.
что мы не опасаемся меньшинства случаев. Лишь меньшинство плодов становится наследующими сыновьями, поскольку примерно половина — женского пола, а некоторые рождаются мертвыми. Поэтому большинство плодов не станут сыновьями‑мужчинами. А если хочешь, скажи, что на самом деле он считает, что мы опасаемся меньшинства. Однако мы устраиваем порядок для рабов — в соответствии с тем, что сказал Рав Нахман от имени Шмуэля.
דְּאָמַר רַב נַחְמָן אָמַר שְׁמוּאֵל: יְתוֹמִים שֶׁבָּאוּ לַחֲלוֹק בְּנִכְסֵי אֲבִיהֶם, בֵּית דִּין מַעֲמִידִין לָהֶם אַפּוֹטְרוֹפּוֹס, וּבוֹרֵר לָהֶם חֵלֶק יָפֶה. הִגְדִּילוּ — יְכוֹלִין לְמַחוֹת. וְרַב נַחְמָן דִּידֵיהּ אָמַר: הִגְדִּילוּ — אֵין יְכוֹלִין לְמַחוֹת, דְּאִם כֵּן מָה כֹּחַ בֵּית דִּין יָפֶה.
This is as Rav Naḥman said that Shmuel said: With regard to minor orphans who came to court to divide up their father’s property, the court appoints for each of them a steward [apotropos], and he selects for them a fine share. When the orphans have grown up, they may object to the manner in which the property was divided and redistribute it. And Rav Naḥman himself said that when they have grown up they may not object, as, if they may object, what good is the power of the court? Here too, an appointed steward selects a share of the inheritance on behalf of the fetus, and this share does not include any of the slaves. Therefore, the slaves may partake of teruma. However, if all of the children are females, this arrangement is impossible because if the fetus is a son all the property belongs to him.
Так как сказал Рав Нахман, что Шмуэль сказал: относительно малолетних сирот, пришедших в суд разделить имущество отца, суд назначает каждому из них попечителя [апотропос], и тот выбирает для них хорошую долю. Когда сироты вырастут, они могут возразить на то, как было разделено имущество, и разделить заново. А сам Рав Нахман сказал: когда они вырастут, они не могут возражать, ибо если они могут возражать, то в чем сила суда? И здесь тоже: назначенный попечитель выбирает долю наследства от имени плода, и в эту долю не включают никаких рабов. Поэтому рабы могут есть труму. Однако если все дети — женщины, такой порядок невозможен, потому что если плод — сын, то все имущество принадлежит ему.
לֵימָא דְּרַב נַחְמָן תַּנָּאֵי הִיא? לָא, דְּכוּלֵּי עָלְמָא אִית לְהוּ דְּרַב נַחְמָן. וְהָכָא בְּחוֹשְׁשִׁין לְמִיעוּטָא קָמִיפַּלְגִי.
Based on the use of Rav Naḥman’s ruling to explain Rabbi Shimon’s opinion, the Gemara suggests: Let us say that Rav Naḥman’s opinion is corresponding to one side of a dispute between tanna’im, as the Rabbis disagree with Rabbi Shimon. The Gemara rejects this suggestion: No; it is possible that everyone in the dispute accepts Rav Naḥman’s ruling, and here they disagree only with regard to whether we are concerned about the minority, as previously suggested, in a case where the arrangement was not made.
Исходя из того, что постановление Рава Нахмана используется для объяснения мнения Рабби Шимона, Гмара предлагает: скажем, что мнение Рава Нахмана соответствует одной стороне спора между танаим, поскольку Мудрецы спорят с Рабби Шимоном. Гмара отвергает это предположение: нет; возможно, что все участники спора принимают постановление Рава Нахмана, а здесь они спорят лишь о том, опасаемся ли мы меньшинства случаев, как было предложено ранее, — в ситуации, когда такой порядок не был устроен.
רַבִּי יִשְׁמָעֵאל בְּרַבִּי יוֹסֵי אוֹמֵר מִשּׁוּם אָבִיו: הַבַּת מַאֲכֶלֶת, הַבֵּן אֵינוֹ מַאֲכִיל. מַאי שְׁנָא בֵּן דְּלֹא מַאֲכִיל — מִשּׁוּם חֶלְקוֹ שֶׁל עוּבָּר? בַּת נָמֵי לֹא תַּאֲכִיל — מִפְּנֵי חֶלְקוֹ שֶׁל עוּבָּר!
It was taught in the previous clause of the baraita that Rabbi Yishmael, son of Rabbi Yosei, says in the name of his father: If the priest left behind a daughter, she enables the slaves to partake of teruma; however, a son does not enable them to partake of it. The Gemara asks: What is different about a son, who does not enable them to partake, due to the fetus’s share, as it owns a share of the property if it is a male? A daughter should not enable them to partake either, due to the fetus’s share.
Было taught в предыдущей части Барайты, что Рабби Йишмаэль, сын Рабби Йоси, говорит от имени своего отца: если Коэн оставил дочь, она дает рабам право есть труму; однако сын не дает им права есть. Гмара спрашивает: чем отличается сын, который не дает им права есть, — из‑за доли плода, поскольку он владеет долей имущества, если он мужчина? Тогда и дочь не должна давать им права есть — из‑за доли плода.
אָמַר אַבָּיֵי: הָכָא בִּנְכָסִים מוּעָטִים עָסְקִינַן. וּכְגוֹן דְּאִיכָּא בֵּן בַּהֲדֵי בַּת,
Abaye said: Here we are dealing with a case of an inheritance of insufficient property that is enough only to sustain the daughters until they come of age. With regard to this case, the Sages instituted that the daughters receive their sustenance while the sons get nothing. This is also a case where there is a surviving son together with the daughter.
Абая сказал: здесь мы имеем дело со случаем наследства «недостаточного имущества», которого хватает лишь на содержание дочерей до совершеннолетия. Относительно такого случая Мудрецы установили, что дочери получают содержание, а сыновья не получают ничего. И это также случай, когда уцелевший сын есть вместе с дочерью.
מָה נַפְשָׁךְ: אִי הַאי דִּמְעַבְּרָא בֵּן הוּא — לָא עֲדִיף מֵהַאי דְּקָאֵי. אִי בַּת הִיא, אַמַּאי אָכְלָה — בְּתַקַּנְתָּא דְרַבָּנַן, כַּמָּה דְּלָא נְפַק לַאֲוִיר הָעוֹלָם לָא תַּקִּינוּ רַבָּנַן.
Therefore, no matter what, the slaves do not partake of teruma. If this fetus, with which she is pregnant, is a son, it is no better than this son who already exists. Just as the existing son does not inherit the insufficient property, the same applies to the male fetus. If it is a daughter, it does not yet receive a share of the inheritance. This can be explained: Why does the daughter partake of the inheritance? It is by virtue of a rabbinic ordinance. Therefore, as long as the fetus has not emerged into the atmosphere of the world, the Sages did not establish that it should receive the inheritance. Consequently, the slaves partake of teruma by virtue of the existing daughter, as only she inherits them.
Следовательно, в любом случае рабы не едят труму. Если этот плод, которым она беременна, — сын, он не лучше этого сына, который уже существует. Как существующий сын не наследует недостаточное имущество, так же и мужской плод. А если это дочь, то она еще не получает долю наследства. Это можно объяснить так: почему дочь получает долю наследства? В силу постановления Мудрецов. Поэтому, пока плод не вышел в воздух мира, Мудрецы не установили, чтобы он получал наследство. Следовательно, рабы едят труму в силу существующей дочери, поскольку только она наследует их.
בְּמַאי אוֹקֵימְתַּאּ — בִּנְכָסִים מוּעָטִים, אֵימָא סֵיפָא: שֶׁמָּא יִמָּצֵא הָעוּבָּר זָכַר, וְאֵין לַבָּנוֹת בִּמְקוֹם בֵּן כְּלוּם. אַדְּרַבָּה, נְכָסִים מוּעָטִים דְּבָנוֹת נִינְהוּ! סֵיפָא אֲתָאן לִנְכָסִים מְרוּבִּין.
The Gemara asks: In what manner did you establish the baraita? You established it as referring to insufficient property. However, say the latter clause of the baraita: Lest the fetus be found to be a male, and daughters do not receive any of the inheritance where there is a son. Yet according to Abaye’s explanation, on the contrary, the insufficient property is the daughters’, whether or not there are any sons. The Gemara answers: In the latter clause we have come to a different case, in which there is sufficient property.
Гмара спрашивает: Каким образом ты установил Барайту? Ты установил её как относящуюся к недостаточному имуществу. Однако скажи про последнюю часть Барайты: чтобы не оказалось, что плод будет мужского пола, а дочери не получают никакой доли наследства там, где есть сын. Но согласно объяснению Абайе, напротив, недостаточное имущество принадлежит дочерям — независимо от того, есть ли сыновья. Гмара отвечает: В последней части мы переходим к другому случаю, где имущества достаточно.
וּנְכָסִים מוּעָטִים דְּבָנוֹת נִינְהוּ? וְהָאָמַר רַבִּי אַסִּי אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: יְתוֹמִין שֶׁקָּדְמוּ וּמָכְרוּ בִּנְכָסִים מוּעָטִים — מַה שֶּׁמָּכְרוּ מָכְרוּ?!
The Gemara raises another objection to Abaye’s explanation: Does an inheritance of insufficient property belong to the daughters? Didn’t Rabbi Asi say that Rabbi Yoḥanan said: If the male orphans proceeded to sell the insufficient property, although by rabbinic ordinance it is designated for the daughters’ sustenance, what they sold was sold. Apparently, the Sages did not expropriate the properties from the male inheritors, but merely designated them for the daughters’ sustenance. How, then, can the sons’ ownership be disregarded with regard to the slaves’ partaking of teruma?
Гмара выдвигает ещё одно возражение против объяснения Абайе: разве наследование недостаточного имущества принадлежит дочерям? Ведь не сказал ли Рабби Аси от имени Рабби Йоханана: Если мальчики-сироты поспешили продать недостаточное имущество, хотя по постановлению мудрецов оно предназначено для пропитания дочерей, — то проданное ими считается проданным. Очевидно, мудрецы не экспроприировали имущество у наследников-мужчин, а лишь назначили его для содержания дочерей. Как же тогда можно игнорировать право собственности сыновей в вопросе о том, могут ли рабы есть труму?
וְאֶלָּא, מַאי ״בַּת״ דְּקָתָנֵי — אֵם. אִי הָכִי, הַיְינוּ רַבִּי יוֹסֵי? כּוּלָּהּ רַבִּי יִשְׁמָעֵאל בְּרַבִּי יוֹסֵי קָתָנֵי לַהּ.
Rather, what is the meaning of the word daughter in the context of the ruling that is taught by Rabbi Yishmael? It means female and is referring to the mother of the fetus. She enables her slaves of usufruct property to partake of teruma, as her husband’s heirs have no share in them, whereas the son does not enable the slaves of guaranteed investment to partake, due to the fetus’s share. The Gemara asks: If so, this is the same as Rabbi Yosei’s statement in the first clause. What was added by Rabbi Yishmael? The Gemara answers: Indeed, the entire baraita is taught by Rabbi Yishmael, son of Rabbi Yosei. There are not conflicting versions of Rabbi Yosei’s opinion. Rather, Rabbi Yishmael is clarifying that he is the author of that baraita.
Итак, что означает слово «дочь» в контексте постановления, которому учит Рабби Ишмаэль? Оно означает «женская [особа]» и относится к матери плода. Она позволяет своим рабам, относящимся к имуществу узуфрукта, есть труму, поскольку наследники мужа не имеют в них доли; тогда как сын не позволяет рабам, относящимся к гарантированному вложению, есть труму из‑за доли плода. Гмара спрашивает: Если так, то это то же самое, что и утверждение Рабби Йосеи в первой части. Что добавил Рабби Ишмаэль? Гмара отвечает: Действительно, всю Барайту учит Рабби Ишмаэль, сын Рабби Йосеи. Нет противоречащих версий мнения Рабби Йосеи. Напротив, Рабби Ишмаэль разъясняет, что он и является автором той Барайты.
מַתְנִי׳ הָעוּבָּר, וְהַיָּבָם, וְהָאֵירוּסִין, וְהַחֵרֵשׁ, וּבֶן תֵּשַׁע שָׁנִים וְיוֹם אֶחָד — פּוֹסְלִין, וְלֹא מַאֲכִילִין.
MISHNA: With regard to the fetus of a divorcée or a widow whose husband left her pregnant; and a man whose married brother died childless [yavam]; and betrothal; and a married deaf-mute; and a nine-year-and-one-day-old boy who engaged in intercourse with a woman; if any of these men are Israelites and the woman is the daughter of a priest, they disqualify her from partaking of teruma. But if she is an Israelite and they are priests, they do not enable her to partake of teruma.
МИШНА: Плод разведённой или вдовы, чей муж оставил её беременной; и мужчина, чей женатый брат умер бездетным [йавам]; и кидушин; и женатый глухонемой; и мальчик девяти лет и одного дня, который имел связь с женщиной: если кто‑либо из этих мужчин — Исраэль, а женщина — дочь Коэна, они делают её негодной к вкушению трумы. Но если она — Исраэль, а они — Коэны, они не дают ей права вкушать труму.
סָפֵק שֶׁהוּא בֶּן תֵּשַׁע שָׁנִים וְיוֹם אֶחָד סָפֵק שֶׁאֵינוֹ, סָפֵק הֵבִיא שְׁתֵּי שְׂעָרוֹת וְסָפֵק שֶׁלֹּא הֵבִיא,
Likewise, in the case of a boy with regard to whom there is uncertainty as to whether he is nine years and one day old and uncertainty whether he is not, who engaged in intercourse with a woman; and in the case of a boy who betrothed a woman, with regard to whom there is uncertainty as to whether he has grown two pubic hairs and is considered an adult and uncertainty whether he has not grown, they too can disqualify the woman from partaking of teruma and cannot enable her to partake, as in the previous cases.
Также в случае мальчика, относительно которого есть сомнение, девяти ли он лет и одного дня или нет, который имел связь с женщиной; и в случае мальчика, который совершил кидушин с женщиной, относительно которого есть сомнение, выросли ли у него две лобковые волосины и считается ли он взрослым, или не выросли, — и они тоже могут сделать женщину негодной к вкушению трумы и не могут дать ей права вкушать, как в предыдущих случаях.
נָפַל הַבַּיִת עָלָיו וְעַל בַּת אָחִיו, וְאֵין יָדוּעַ אֵי זֶה מֵת רִאשׁוֹן — צָרָתָהּ חוֹלֶצֶת וְלֹא מִתְיַיבֶּמֶת.
If the house fell upon a man and upon his brother’s daughter, to whom he was married, and it is unknown which of them died first, her rival wife performs ḥalitza and does not enter into levirate marriage. Entering into levirate marriage is not possible, as, if the wife died after her husband, the surviving wife would be rendered the rival wife of a forbidden relative, since the yavam is the father of the wife who died. This status prevents the creation of a levirate bond between him and the surviving wife as well. On the other hand, ḥalitza is necessary in case the wife died before her husband, thereby allowing the creation of a levirate bond between her rival wife and her father, the yavam.
Если дом обрушился на мужчину и на дочь его брата, на которой он был женат, и неизвестно, кто из них умер первым, её цара совершает халицу и не вступает в йибум. Вступление в йибум невозможно, ибо если жена умерла после мужа, оставшаяся жена станет цара запрещённой родственницы, поскольку йавам — отец умершей жены. Этот статус препятствует созданию йибумной связи между ним и оставшейся женой также. С другой стороны, халица необходима на случай, если жена умерла прежде мужа, тем самым позволив создать йибумную связь между её царой и её отцом — йавамом.
גְּמָ׳ הָעוּבָּר. אִי בַּת כֹּהֵן לְיִשְׂרָאֵל הִיא — פָּסֵיל לָהּ. ״כִּנְעוּרֶיהָ״ — פְּרָט לִמְעוּבֶּרֶת. אִי בַּת יִשְׂרָאֵל לְכֹהֵן הִיא — לֹא מַאֲכִיל לָהּ, יָלוּד — מַאֲכִיל, שֶׁאֵינוֹ יָלוּד — אֵינוֹ מַאֲכִיל.
GEMARA: It is taught in the mishna that the fetus disqualifies its mother from partaking of teruma and does not enable her to do so. The Gemara explains: If she is the daughter of a priest married to an Israelite, and her husband died and left her pregnant, the fetus disqualifies her from partaking of teruma, as it is stated: “But if a priest’s daughter be a widow, or divorced, and have no child, and is returned to her father’s house, as in her youth, she may eat of her father’s bread” (Leviticus 22:13). The phrase “as in her youth” excludes a pregnant woman, whose body has changed from her youth. If she is an Israelite woman married to a priest, the fetus does not enable her to partake, as one who was born enables others to partake of teruma, whereas one who is not yet born does not enable others to partake.
ГМАРА: В Мишне учено, что плод делает свою мать негодной к вкушению трумы и не даёт ей права вкушать. Гмара объясняет: Если она — дочь Коэна, замужем за Исраэлем, и её муж умер, оставив её беременной, плод делает её негодной к вкушению трумы, как сказано: «А дочь коэна, если будет вдовой или разведённой и детей у неё нет, и возвратится в дом отца своего, как в юности своей, — хлеб отца своего может есть» (Ваикра 22:13). Выражение «как в юности своей» исключает беременную женщину, чьё тело изменилось по сравнению с юностью. Если же она — женщина Исраэль, замужем за Коэном, плод не даёт ей права вкушать, ибо рождённый даёт другим право вкушать труму, а тот, кто ещё не родился, не даёт другим права вкушать.
הַיָּבָם. אִי בַּת כֹּהֵן לְיִשְׂרָאֵל הִיא — פָּסֵיל לָהּ. ״וְשָׁבָה אֶל בֵּית אָבִיהָ״ — פְּרָט לְשׁוֹמֶרֶת יָבָם. אִי בַּת יִשְׂרָאֵל לְכֹהֵן הִיא — לָא מַאֲכֵיל לָהּ, ״קִנְיַן כַּסְפּוֹ״ אָמַר רַחֲמָנָא, וְהָא קִנְיָן דְּאָחִיו הוּא.
It is taught in the mishna that the same principle applies to a yavam. The Gemara explains: If she is the daughter of a priest who has a levirate bond to an Israelite, he disqualifies her, as it is stated in the verse cited above: “And is returned to her father’s house,” which excludes a widow waiting for her yavam, who has not returned to her father’s house, as a levirate bond was created with her yavam. If she is an Israelite woman with a levirate bond to a priest, he does not enable her to partake of teruma, as the Merciful One states in the Torah: “The purchase of his money, he may eat of it” (Leviticus 22:11), and this woman is his brother’s acquisition. The bond with her yavam ensued from his late brother’s marriage to her, not through any action of his own.
В Мишне учено, что тот же принцип относится и к йаваму. Гмара объясняет: Если она — дочь Коэна, с которой существует йибумная связь к Исраэлю, он делает её негодной, как сказано в приведённом выше стихе: «и возвратится в дом отца своего», что исключает вдову, ожидающую своего йавама, которая не возвратилась в дом отца, поскольку с её йавамом установилась йибумная связь. Если же она — женщина Исраэль, с которой существует йибумная связь к Коэну, он не даёт ей права вкушать труму, ибо Милосердный сказал в Торе: «приобретение его денег — может есть от него» (Ваикра 22:11), а эта женщина — приобретение его брата. Связь с её йавамом возникла из брака с ней его покойного брата, а не посредством какого‑либо его собственного действия.
וְהָאֵירוּסִין. אִי בַּת כֹּהֵן לְיִשְׂרָאֵל הִיא — פָּסֵיל לָהּ,
The mishna teaches that the same principle also applies to betrothal. The Gemara explains: If she is the daughter of a priest betrothed to an Israelite, he disqualifies her,
Мишна учит, что тот же принцип относится также к кидушин. Гмара объясняет: Если она — дочь Коэна, обручённая с Исраэлем, он делает её негодной,