דף 15
Yoma 15b
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
אַגּוּפֵיהּ דְּמִזְבֵּחַ, דִּכְתִיב: ״וּכְעֶצֶם הַשָּׁמַיִם לָטֹהַר״.
Rather, tohoro means on top of the altar itself, as it is written: “Like the very sky for purity [latohar]” (Exodus 24:10). Tohoro refers to the top of the altar after the ashes of the incense are cleared and the pure gold is visible.
Скорее, «тоаро» означает поверх самого жертвенника, как написано: «Как само небо по чистоте [латоар]» (Шмот 24:10). «Тоаро» относится к верхней части жертвенника после уборки пепла кторет, когда виднеется чистое золото.
מַאי שְׁנָא דְּיָהֵיב עוֹלָה בְּרֵישָׁא וַהֲדַר יָהֵיב דְּחַטָּאת? נִיתֵּיב בְּרֵישָׁא דְּחַטָּאת, וַהֲדַר נִיתֵּיב דְּעוֹלָה! כֵּיוָן דְּעוֹלָה הִיא, הִיא קָדְמָה בְּרֵישָׁא.
The Gemara returns to the opinion of Rabbi Shimon IshHaMitzpa: What is different that he says to sprinkle in accordance with the procedure of the burnt-offering first and then sprinkle in accordance with the procedure that is used for the sin-offering? Let us first sprinkle in accordance with the procedure that is used for the sin-offering and then let us sprinkle in accordance with the procedure that is used for the burnt-offering. The Gemara answers: Since the daily offering is a burnt-offering, that procedure takes precedence, and it is followed by the sin-offering.
Гмара возвращается к мнению рабби Шимона Иш а-Мицпы: в чём особенность того, что он говорит кропить сначала согласно процедуре всесожжения, а затем — согласно процедуре жертвы за грех? Пусть мы сначала окропим согласно процедуре жертвы за грех, а затем — согласно процедуре всесожжения. Гмара отвечает: поскольку ежедневная жертва является всесожжением, эта процедура имеет приоритет, и за ней следует жертва за грех.
וּמַאי שְׁנָא דְּיָהֵיב מִזְרָחִית צְפוֹנִית, וּמַעֲרָבִית דְּרוֹמִית, נִיתֵּיב דְּרוֹמִית מִזְרָחִית, וַהֲדַר צְפוֹנִית מַעֲרָבִית! אָמְרִי: עוֹלָה טְעוּנָה יְסוֹד, וְקֶרֶן דְּרוֹמִית מִזְרָחִית לָא הֲוָה לֵיהּ יְסוֹד.
The Gemara asks: What is different that he says to sprinkle first on the northeast corner of the altar and then on the southwest corner? Let him sprinkle first on the southeast corner and then on the northwest corner. The Sages say: That is because the blood of the burnt-offering requires sprinkling on the side of the altar with a base, as it is stated: “On the base of the altar of burnt-offering” (Leviticus 4:18) and the southeast corner did not have a base. Therefore, the sprinkling was performed on the northeast corner, where part of the base of the altar was located.
Гмара спрашивает: в чём особенность того, что он говорит кропить сначала на северо-восточный угол жертвенника, а затем на юго-западный угол? Пусть он окропит сначала на юго-восточный угол, а затем на северо-западный угол. Мудрецы говорят: это потому, что кровь всесожжения требует кропления на сторону жертвенника, имеющую основание, как сказано: «На основание жертвенника всесожжения» (Ваикра 4:18), а юго-восточный угол не имел основания. Поэтому кропление совершалось на северо-восточный угол, где часть основания жертвенника находилась.
מַאי שְׁנָא דְּיָהֵיב בְּרֵישָׁא מִזְרָחִית צְפוֹנִית וַהֲדַר מַעֲרָבִית דְּרוֹמִית? נִיתֵּיב בְּרֵישָׁא מַעֲרָבִית דְּרוֹמִית וַהֲדַר מִזְרָחִית צְפוֹנִית! כֵּיוָן דְּאָמַר מָר כׇּל פִּינּוֹת שֶׁאַתָּה פּוֹנֶה — לֹא יְהוּ אֶלָּא דֶּרֶךְ יָמִין לַמִּזְרָח, בְּרֵישָׁא בְּהָהוּא פָּגַע.
The Gemara asks: What is different that he says to sprinkle first on the northeast corner of the altar and then on the southwest corner? Let him sprinkle first on the southwest corner and then on the northeast corner. The Gemara answers that it is since the Master said: All turns that you turn should be only to the right. With regard to certain offerings sacrificed when the priest is on the south side of the altar, he would turn to the east, which was to his right. Since the animal to be offered is slaughtered to the north of the altar, he first sprinkles blood at the corner that he encounters first.
Гмара спрашивает: в чём особенность того, что он говорит кропить сначала на северо-восточный угол жертвенника, а затем на юго-западный? Пусть он окропит сначала на юго-западный угол, а затем на северо-восточный. Гмара отвечает: это потому, что учитель сказал: все повороты, которые ты совершаешь, должны быть только направо. В отношении определённых жертв, приносимых когда коэн находится на южной стороне жертвенника, он поворачивал на восток, что было для него направо. Поскольку животное для принесения в жертву закалается к северу от жертвенника, он сначала кропит кровью на угол, который встречает первым.
וּמִמַּאי דִּבְעוֹלָה הוּא דְּקָאָמַר רַחֲמָנָא עֲבֵיד בַּהּ מַעֲשֵׂה חַטָּאת, וְדִילְמָא: בְּחַטָּאת הוּא דְּקָאָמַר רַחֲמָנָא עֲבֵיד בַּהּ מַעֲשֵׂה עוֹלָה! לָא סָלְקָא דַּעְתָּךְ, דִּכְתִיב: ״עַל עוֹלַת הַתָּמִיד יֵעָשֶׂה וְנִסְכּוֹ״, מַאי קָאָמַר רַחֲמָנָא: מִידֵּי דְּחַטָּאת שְׁדִי אַעוֹלָה.
And from where is the conclusion drawn that the Merciful One says with regard to a burnt-offering to perform it in accordance with the procedure of a sin-offering? Perhaps it is with regard to a sin-offering of the New Moon that the Merciful One says to perform it in accordance with the procedure of a burnt-offering. The Gemara responds: This can not enter your mind, as it is written: “It shall be offered aside from the daily burnt-offering and its libation” (Numbers 28:15). What is the Merciful One saying? Cast a matter of the sin-offering upon the burnt-offering, i.e., apply the procedure of the sin-offering to the sacrifice of the burnt-offering.
И откуда выводится заключение, что Милосердный говорит в отношении всесожжения совершать его согласно процедуре жертвы за грех? Может быть, это в отношении жертвы за грех новомесячья Милосердный говорит совершать её согласно процедуре всесожжения. Гмара отвечает: это не может прийти тебе на ум, ибо написано: «Помимо ежедневного всесожжения и возлияния его приносить его» (Бемидбар 28:15). Что имеет в виду Милосердный? Возложи вопрос жертвы за грех на всесожжение, то есть примени процедуру жертвы за грех к принесению всесожжения.
תְּנַן הָתָם: אָמַר לָהֶם הַמְמוּנֶּה צְאוּ וְהָבִיאוּ טָלֶה מִלִּשְׁכַּת בֵּית הַטְּלָאִים. וַהֲלֹא, לִשְׁכַּת הַטְּלָאִים הָיְתָה בְּמִקְצוֹעַ צְפוֹנִית מַעֲרָבִית. וְאַרְבַּע לְשָׁכוֹת הָיוּ שָׁם, אַחַת לִשְׁכַּת הַטְּלָאִים, וְאַחַת לִשְׁכַּת הַחוֹתָמוֹת, וְאַחַת לִשְׁכַּת בֵּית הַמּוֹקֵד, וְאַחַת לִשְׁכָּה שֶׁעוֹשִׂין בָּהּ לֶחֶם הַפָּנִים.
§ Just as the contradiction above was resolved by attributing different sources to different tanna’im, the Gemara cites an additional contradiction with a similar resolution. We learned in a mishna there: The appointee, the deputy High Priest, said to the other priests: Go out and bring a lamb from the Chamber of the Lambs, where lambs awaiting sacrifice were kept after they underwent inspection and were found to be without blemish. That mishna continues: The Chamber of the Lambs was located in the northwest corner of the Hall of the Hearth in the Temple courtyard. And there were four chambers there in that hall. One was the Chamber of the Lambs, and one was the Chamber of the Seals. In the Temple, seals were dispensed as receipts to individuals who paid for sacrificial animals. The person then showed the seal to a Temple official, who supplied him with an animal. And one was the Chamber of the Hall of the Hearth, and one was the chamber where the shewbread was prepared.
Подобно тому как противоречие выше было разрешено путём отнесения различных источников к различным таннаям, Гмара приводит дополнительное противоречие с аналогичным разрешением. Мы учили в мишне там: назначенный, заместитель Коэна Гадоля, сказал другим коэнам: выйдите и принесите ягнёнка из Палаты Ягнят, где содержались ягнята, ожидающие жертвоприношения, после того как они прошли проверку и были признаны без порока. Та мишна продолжает: Палата Ягнят была расположена в северо-западном углу Палаты Очага на храмовом дворе. И там было четыре палаты в том зале. Одна была Палатой Ягнят, а одна — Палатой Печатей. В Храме печати раздавались как квитанции людям, оплатившим жертвенных животных. Человек затем показывал печать храмовому служителю, который предоставлял ему животное. И одна была Палатой Зала Очага, а одна — палатой, где готовился хлеб предложения.
וּרְמִינְהוּ: אַרְבַּע לְשָׁכוֹת הָיוּ לְבֵית הַמּוֹקֵד, כְּקִטּוֹנִיּוֹת הַפְּתוּחוֹת לַטְּרַקְלִין, שְׁתַּיִם בַּקּוֹדֶשׁ, וּשְׁתַּיִם בַּחוֹל, וְרָאשֵׁי פְּסֵפָסִין מַבְדִּילִין בֵּין קוֹדֶשׁ לַחוֹל. וּמָה הָיוּ מְשַׁמְּשׁוֹת? מַעֲרָבִית דְּרוֹמִית — הִיא הָיְתָה לִשְׁכַּת טְלֵי קׇרְבָּן.
And the Gemara raises a contradiction from a mishna in tractate Middot: Four chambers were open into the Hall of the Hearth like small semi-open rooms [kitoniyyot] that open into a central hall [teraklin]. Two of these chambers were located in the sacred area, in the Temple courtyard, and two of the chambers were located in the non-sacred area of the Temple Mount. And the tops of wooden stakes [pispasin] in the Hall of the Hearth divided between the sacred area and the non-sacred area to apprise the people in both areas where they were located and what conduct is required. And what purpose did these chambers serve? The southwest chamber was the Chamber of the Sacrificial Lambs;
И Гмара поднимает противоречие из мишны трактата Мидот: четыре палаты были открыты в Зал Очага, подобно маленьким полуоткрытым комнатам, открывающимся в центральный зал. Две из этих палат находились в священной области, на храмовом дворе, а две палаты находились в несвященной области Храмовой горы. И верхушки деревянных столбиков в Зале Очага разделяли священную и несвященную области, чтобы уведомить людей в обеих областях, где они находятся и какое поведение требуется. И какому назначению служили эти палаты? Юго-западная палата была Палатой Жертвенных Ягнят;