דף 36
Yoma 36a
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
גְּמָ׳ מַאן שָׁמְעַתְּ לֵיהּ דְּאָמַר בֵּין הָאוּלָם וְלַמִּזְבֵּחַ צָפוֹן —
GEMARA: The mishna states that when the High Priest recites his confession, the bull stands between the Entrance Hall to the Sanctuary and the altar, and elsewhere (41b) it is stated that the bull is slaughtered at the place where the confession is recited. Apparently, the place where the confession is recited must be considered north. The Gemara clarifies: About whom did you learn that he said that the area between the Entrance Hall and the altar is considered north and is therefore a valid location for slaughtering offerings of the most sacred order, based on the verse written with regard to the burnt-offering: “On the side of the altar northward” (Leviticus 1:11)?
ГМАРА: В мишне сказано, что когда Коэн Гадоль произносит исповедание, бык стоит между Притвором Святилища и жертвенником, а в другом месте (41б) сказано, что бык забивается на месте, где произносится исповедание. Очевидно, место произнесения исповедания должно считаться северной стороной. Гмара уточняет: о ком ты узнал, что он сказал, что пространство между Притвором и жертвенником считается северной стороной и потому является допустимым местом для забоя жертв высшей святости, на основании стиха, написанного о жертве всесожжения: «На стороне жертвенника к северу» (Ваикра 1:11)?
רַבִּי אֶלְעָזָר בְּרַבִּי שִׁמְעוֹן הִיא. דְּתַנְיָא: אֵיזֶהוּ צָפוֹן — מִקִּיר שֶׁל מִזְבֵּחַ צְפוֹנִי וְעַד כּוֹתֶל הָעֲזָרָה, וּכְנֶגֶד כׇּל הַמִּזְבֵּחַ כּוּלּוֹ צָפוֹן, דִּבְרֵי רַבִּי יוֹסֵי בְּרַבִּי יְהוּדָה. רַבִּי אֶלְעָזָר בְּרַבִּי שִׁמְעוֹן מוֹסִיף אַף בֵּין הָאוּלָם וְלַמִּזְבֵּחַ. רַבִּי מוֹסִיף אַף מְקוֹם דְּרִיסַת רַגְלֵי הַכֹּהֲנִים וְאַף מְקוֹם דְּרִיסַת רַגְלֵי יִשְׂרָאֵל. אֲבָל מִן הַחֲלִיפוֹת וְלִפְנִים הַכֹּל מוֹדִים שֶׁפָּסוּל.
It is Rabbi Elazar, son of Rabbi Shimon, as it was taught in a baraita: What is the north? It is the area from the northern wall of the altar until the wall of the Temple courtyard. And opposite the entire altar is also considered north; this is the statement of Rabbi Yosei, son of Rabbi Yehuda. And Rabbi Elazar, son of Rabbi Shimon, adds even the area between the Entrance Hall and the altar to the area that is considered north. Rabbi Yehuda HaNasi adds that even the areas to the north in the place where the priests walk, and even areas to the north in the place where the Israelites walk, are considered north in terms of the halakha of slaughtering offerings. However, everyone agrees that the area from the chamber of the knives and inward, which is an area off to the side, is unfit for slaughtering offerings of the most sacred order, as it is not visible from the altar.
Это рабби Элазар, сын рабби Шимона, как учили в барайте: что является северной стороной? Это пространство от северной стены жертвенника до стены храмового двора. И напротив всего жертвенника тоже считается северной стороной; таковы слова рабби Йоси, сына рабби Йегуды. А рабби Элазар, сын рабби Шимона, добавляет также пространство между Притвором и жертвенником к территории, считающейся северной стороной. Рабби Йегуда а-Наси добавляет, что даже пространства к северу в том месте, где ходят коэны, и даже пространства к северу в том месте, где ходят исраэльтяне, считаются северной стороной в отношении галахи забоя жертв. Однако все согласны, что пространство от палаты ножей и далее внутрь, которое является боковым участком, непригодно для забоя жертв высшей святости, поскольку оно не видно от жертвенника.
לֵימָא רַבִּי אֶלְעָזָר בְּרַבִּי שִׁמְעוֹן הִיא וְלָא רַבִּי? אֲפִילּוּ תֵּימָא רַבִּי, וְרַבִּי הַשְׁתָּא אַדְּרַבִּי יוֹסֵי בְּרַבִּי יְהוּדָה מוֹסִיף, אַדְּרַבִּי אֶלְעָזָר בְּרַבִּי שִׁמְעוֹן לָא מוֹסִיף?!
The Gemara suggests: Let us say that the mishna is in accordance with the opinion of Rabbi Elazar, son of Rabbi Shimon, and not in accordance with the opinion of Rabbi Yehuda HaNasi. The Gemara rejects this: Even if you say that the mishna is in accordance with the opinion of Rabbi Yehuda HaNasi, now, does Rabbi Yehuda HaNasi add only to the statement of Rabbi Yosei, son of Rabbi Yehuda, but does not add to the statement of Rabbi Elazar, son of Rabbi Shimon? After all, the area deemed north according to Rabbi Elazar, son of Rabbi Shimon, is included in the area deemed north by Rabbi Yehuda HaNasi. Therefore, the mishna could be in accordance with the opinion of Rabbi Yehuda HaNasi as well.
Гмара предлагает: скажем, что мишна соответствует мнению рабби Элазара, сына рабби Шимона, и не соответствует мнению рабби Йегуды а-Наси. Гмара отвергает это: даже если ты скажешь, что мишна соответствует мнению рабби Йегуды а-Наси, — разве рабби Йегуда а-Наси добавляет только к словам рабби Йоси, сына рабби Йегуды, но не добавляет к словам рабби Элазара, сына рабби Шимона? Ведь территория, считающаяся северной стороной по рабби Элазару, сыну рабби Шимона, включена в территорию, считающуюся северной стороной по рабби Йегуде а-Наси. Следовательно, мишна могла бы соответствовать и мнению рабби Йегуды а-Наси.
אֲנַן הָכִי קָא אָמְרִינַן: אִי רַבִּי הִיא, נוֹקְמֵיהּ בְּכוּלַּהּ עֲזָרָה! אֶלָּא מַאי — רַבִּי אֶלְעָזָר בְּרַבִּי שִׁמְעוֹן הִיא? וְנוֹקְמֵיהּ בֵּין מִזְבֵּחַ וְלַכּוֹתֶל!
The Gemara reformulates its suggestion: This is what we are saying: If the mishna were in accordance with the opinion of Rabbi Yehuda HaNasi, who holds that the entire courtyard is considered north, let us stand the bull anywhere in the entire courtyard and not necessarily between the Entrance Hall and the altar. The Gemara rejects this: Rather, what do you suggest? The mishna is only in accordance with the opinion of Rabbi Elazar, son of Rabbi Shimon? According to his opinion one could suggest: And let us stand the bull between the altar and the wall, as everyone agrees that this area is considered north.
Гмара переформулирует своё предположение: вот что мы говорим: если бы мишна соответствовала мнению рабби Йегуды а-Наси, который считает, что весь двор считается северной стороной, давайте поставим быка в любом месте всего двора, а не обязательно между Притвором и жертвенником. Гмара отвергает это: но тогда что ты предлагаешь? Мишна соответствует только мнению рабби Элазара, сына рабби Шимона? По его мнению тоже можно предложить: давайте поставим быка между жертвенником и стеной, поскольку все согласны, что эта территория считается северной стороной.
אֶלָּא מַאי אִית לָךְ לְמֵימַר — מִשּׁוּם חוּלְשָׁא דְּכֹהֵן גָּדוֹל, לְרַבִּי נָמֵי — מִשּׁוּם חוּלְשָׁא דְּכֹהֵן גָּדוֹל.
Rather, what have you to say to explain why the bull is positioned specifically between the Entrance Hall and the altar? It is due to the weakness of the High Priest, so that he need not exert himself and walk long distances on Yom Kippur. According to Rabbi Yehuda HaNasi as well, it is due to the weakness of the High Priest that the bull is positioned specifically there, although it is permitted to position the bull anywhere in the courtyard.
Скорее, что ты скажешь, чтобы объяснить, почему бык ставится именно между Притвором и жертвенником? Это из-за слабости Коэна Гадоля, чтобы ему не нужно было напрягаться и ходить на большие расстояния в Йом Кипур. По мнению рабби Йегуды а-Наси тоже, именно из-за слабости Коэна Гадоля бык ставится именно там, хотя разрешено ставить быка в любом месте двора.
רֹאשׁוֹ לַדָּרוֹם וּפָנָיו לַמַּעֲרָב. הֵיכִי מַשְׁכַּחַתְּ לַהּ? אָמַר רַב: בְּעוֹקֵם אֶת רֹאשׁוֹ. וְנוֹקְמֵיהּ לְהֶדְיָא. אָמַר אַבָּיֵי: גְּזֵירָה שֶׁמָּא יַרְבִּיץ גְּלָלִים.
§ The mishna continues: The head of the bull was facing to the south and its face was facing to the west. The Gemara asks: Under what circumstances can a case be found where its head is toward one direction and its face is toward another? Rav said: It is a case where the animal is standing north-south and it turns its head and faces west. The Gemara asks: And let us stand it straight east-west with its back to the altar and its head facing the Sanctuary. Abaye said: It is prohibited due to a decree lest the bull defecate opposite the altar, which is a display of contempt for the altar.
§ Мишна продолжает: голова быка обращена к югу, а его морда обращена к западу. Гмара спрашивает: при каких обстоятельствах можно найти случай, когда его голова обращена в одном направлении, а морда — в другом? Рав сказал: это случай, когда животное стоит по направлению север-юг и поворачивает голову, обращаясь лицом на запад. Гмара спрашивает: а давайте поставим его прямо по направлению восток-запад, спиной к жертвеннику и головой к Святилищу. Абайе сказал: это запрещено из-за постановления — чтобы бык не испражнялся напротив жертвенника, что является проявлением неуважения к жертвеннику.
תָּנוּ רַבָּנַן: כֵּיצַד סוֹמֵךְ הַזֶּבַח? עוֹמֵד בַּצָּפוֹן וּפָנָיו לַמַּעֲרָב, וְהַסּוֹמֵךְ עוֹמֵד בַּמִּזְרָח וּפָנָיו לַמַּעֲרָב, וּמַנִּיחַ שְׁתֵּי יָדָיו בֵּין שְׁתֵּי קְרָנוֹת שֶׁל זֶבַח, וּבִלְבַד שֶׁלֹּא יְהֵא דָּבָר חוֹצֵץ בֵּינוֹ לְבֵין הַזֶּבַח, וּמִתְוַדֶּה. עַל חַטָּאת — עֲוֹן חַטָּאת, וְעַל אָשָׁם — עֲוֹן אָשָׁם, וְעַל עוֹלָה — עֲוֹן לֶקֶט שִׁכְחָה וּפֵאָה וּמַעְשַׂר עָנִי, דִּבְרֵי רַבִּי יוֹסֵי הַגְּלִילִי.
The Sages taught: How does the priest place his hands on the offering? In the offerings of the most sacred order, the animal stands in the north of the courtyard and its face is to the west, and the one who is placing his hands stands to the east of the offering and his face is to the west, and he places his two hands between the two horns of the offering, provided that nothing interposes between his hands and the offering. And he confesses his sins. If the confession is over a sin-offering, he confesses the transgression for which he is bringing the sin-offering, i.e., unwitting violation of a prohibition punishable by karet. And over a guilt-offering he confesses the transgression for which he is bringing the guilt-offering, e.g., theft or misuse of consecrated property. And over a burnt-offering, with regard to which the Torah does not specify for which transgressions it is brought, he confesses the sin of not leaving gleanings, forgotten sheaves, and produce of the corners [pe’a], as well as not separating poor man’s tithe. This is the statement of Rabbi Yosei HaGelili.
Мудрецы учили: как коэн возлагает руки на жертву? При жертвах высшей святости животное стоит в северной части двора, и его морда обращена на запад, а тот, кто возлагает руки, стоит к востоку от жертвы, и его лицо обращено на запад, и он возлагает свои две руки между двумя рогами жертвы, при условии, что ничто не разделяет его руки и жертву. И он исповедуется в своих грехах. Если исповедание произносится над грехоочистительной жертвой, он исповедуется в прегрешении, ради которого приносит грехоочистительную жертву, то есть за непреднамеренное нарушение запрета, караемого каретом. А над повинной жертвой он исповедуется в прегрешении, ради которого приносит повинную жертву, например за кражу или злоупотребление освящённым имуществом. А над жертвой всесожжения, относительно которой Тора не уточняет, за какие прегрешения она приносится, он исповедуется в грехе неоставления колосьев для бедных, забытых снопов и плодов углов поля (пеа), а также в неотделении десятины для бедных. Таковы слова рабби Йоси а-Глили.
רַבִּי עֲקִיבָא אוֹמֵר: אֵין עוֹלָה בָּאָה אֶלָּא עַל עֲשֵׂה, וְעַל לֹא תַעֲשֶׂה שֶׁנִּיתַּק לַעֲשֵׂה.
Rabbi Akiva says: A burnt-offering is brought only over the failure to fulfill a positive mitzva and over violation of a prohibition that after violation is transformed into a positive mitzva. This refers to all prohibitions followed by positive mitzvot intended to rectify them; e.g., the prohibition against robbery is followed in the Torah by a positive mitzva for the robber to return the object that he stole. These transgressions are not punishable by lashes nor does a human court administer any other form of penalty. However, a burnt-offering is required in order to gain divine atonement for the sinner.
Рабби Акива говорит: жертва всесожжения приносится только за невыполнение повелительной заповеди и за нарушение запрета, который после нарушения преобразуется в повелительную заповедь. Это относится ко всем запретам, за которыми следуют повелительные заповеди, предназначенные для их исправления; например, за запретом грабежа следует в Торе повелительная заповедь грабителю вернуть предмет, который он украл. Эти прегрешения не караются ударами плетей, и человеческий суд не налагает за них никакого другого наказания. Однако жертва всесожжения необходима для получения Божественного искупления для грешника.
בְּמַאי קָא מִיפַּלְגִי? אָמַר רַבִּי יִרְמְיָה:
The Gemara asks: With regard to what principle do they disagree? Rabbi Yirmeya said:
Гмара спрашивает: относительно какого принципа они расходятся во мнениях? Рабби Йирмея сказал: