Tiferet Yisrael

В этой главе разъясним тебе, что те, которые думали, будто превосходство внешних мудростей над Тора — в том, что внешние мудрости вникают в важные вещи, как, например, небесные сферы, и они — важные существа. А слова Тора вникают в низкие, презренные вещи, и потому думали, что успех — в достижении важных сущих. И уже сказали мы (выше, глава 11), что то, что важно в их глазах и в их разуме, — не так, но важность — это Тора, поскольку она — постановления Благословенного, прямые и ясные, как мы расширенно изложили. И в этой главе добавим тебе разъяснение.

Знай, что совершенная Тора охватывает также все постижения и ничем не будет ущербна. И хотя в глазах человека кажется, что слова Тора — как вещи низкие и презренные, в этом нет удивления. Ибо с Торой человека случилось то, что случилось с человеком. Ведь человек стоит в нижних (мирах), хотя у него есть душа, высеченная из-под Престола Славы Его, да будет Он благословен, из высшей ступени. Также сияет на нём образ Элоһим, который есть высшая степень. Таковы и заповеди Тора: хотя они вещи телесные, у них есть внутренний тайный смысл, который стоит на вершине мира. И отныне пусть не удивляется человек, как удостоится человек будущего мира посредством Тора, которая о малых и низких вещах. Ибо этот вопрос также подобен вопросу о человеке: как удостоится обладатель материи вечной жизни. Ответ на это: хотя человек — обладатель тела и материи, «не смотри на сосуд, но на то, что в нём» (Авот, гл. 4, мишна 21). Ибо есть в нём дух Элоһим — душа святая, и эта душа высечена из-под Престола Славы. И ради этой души удостаивается человек вечной жизни. Так и здесь: хотя заповеди Тора кажутся в вещах низких, в заповедях есть вещи возвышенные над всем, достигающие до будущего мира. До того, что заповеди Тора, которые обязан человек совершать, совершенно подобны человеку и его душе. И потому, как сам человек, который стоит в этом мире, а его душа достигает до будущего мира, — так же Тора и заповеди, которые обязан человек совершать, — в вещах, которые в этом мире, а предел их ступени стоит на вершине мира.

И потому считает так тана (Кидушин 39:): «награды за заповедь в этом мире нет». Ибо по возвышенности ступени заповедей и их внутренности не подобает, чтобы было воздаяние награды за заповеди в этом мире; кроме заповеди, которая добро для творений, как все те, что сказали (Пеа, гл. 1, мишна 1): почитание отца и матери, благодеяния, и установление мира. Поскольку они — блага человека, который в этом мире, подобает, чтобы ел плоды в этом мире. Но не так прочие заповеди, награда за которые — только в будущем мире.

В Мидраш ха-Неэлам (Зоар, Беаалотха 152) сказал רבי שמעון: «Горе тому человеку, который говорит, что эта Тора пришла показать рассказы лишь и слова простолюдинов. Ведь если так — даже в это время мы можем сделать из Тора слова простолюдинов, и с большей похвалой, чем все они. Если (Тора) — чтобы показать слово мира, ведь даже у возничих мира есть среди них слова возвышенные более. Если так — пойдём за ними и сделаем из них Тора таким образом. Но все слова Тора — слова возвышенные и тайны высшие. Приди и увидь: высший мир и нижний мир взвешены в одной мере. Израиль — внизу, ангелы высшие — наверху. О высших ангелах написано (Теилим 104, 4): “делает ангелов Своих ветрами”, это — на месте высшем. В час, когда они нисходят вниз, они облачаются в одеяние этого мира. И если бы не облачались в одеяние подобное этому миру, не могли бы устоять в этом мире, и не вынес бы их мир. И если с ангелами так, то Тора, которая создала их и создала все миры, и они существуют благодаря ей, — тем более: когда она нисходит в этот мир, если бы не облачалась в одеяние этого мира, мир не мог бы вынести. И потому этот рассказ Тора — одеяние Тора он. Кто думает, что это одеяние — сама Тора буквально, и нет иных вещей, — да раздуется (исчезнет) дух его, и да не будет у него доли в мире грядущем. Поэтому сказал Давид (Теилим 119, 18): “Открой мои глаза, и я увижу чудеса из Торы Твоей” — то, что под одеянием Тора. Приди и увидь: есть одеяние, которое видно всем; и глупцы, когда видят человека в одеянии, которое кажется им красивым, не смотрят больше. Думают, что ценность этого одеяния — ценность тела и души. Подобным образом Тора: есть у неё тело, и это — повеления Тора, которые называются “тела Тора”. Это тело облачается в одеяния, которые — рассказы этого мира. Глупцы мира не смотрят иначе как на это одеяние, которое — рассказ в Тора, и не знают больше, и не смотрят на то, что под этим одеянием. Те, кто знают больше, не смотрят на одеяние, אלא (эла) — на тело, которое под этим одеянием. Мудрецы — рабы Царя высшего: те, кто стояли на горе Синай, не смотрят иначе как на душу, которая — основа всего, сама Тора буквально; и в мир и во время грядущее предназначены смотреть на душу души Тора. Приди и увидь: так же и наверху есть одеяние, и тело, и душа, и душа души. Небеса и их воинства — это одеяние. А Кнесет Исраэль — это тело, чтобы принять душу, которая — Тиферет (Великолепие) Исраэль. И потому оно — тело для души. Душа нашего Владыки — это Тиферет (Великолепие) Исраэль, которая — сама Тора буквально. А душа души — это Атика קדישא (Атика кадиша — Святой Древний), и всё держится одно в другом. Горе тем виновным, которые говорят, что Тора — не что иное, как рассказ мира, и они смотрят на это одеяние и не более. Блаженны праведники, чтобы смотреть на Тора как следует. Вино не сидит иначе как в кувшине. Так Тора не сидит иначе как в этом одеянии. И потому не надо смотреть иначе как на то, что под одеянием; и потому все эти слова и все эти рассказы — одеяния они». До כאן לשונו (кан лешоно — до этих его слов).

И хотя он не сказал, что Тора — одеяние для слов возвышенных, лишь из-за рассказов, которые в Тора, чтобы человек не презирал их, — всё же в это правило также входят заповеди Тора. Ибо невозможно, чтобы в этом материальном мире было иначе как в теле, и это — заповеди телесные. И как создал человека так, что в нём есть отделённый божественный образ, так и эта Тора человека: хотя все её слова — вещи возвышенные, они стоят в вещах телесных. И когда постигает в вещах телесных, то те вещи тянутся к вещам, которые — тайны Тора, и как будто человек прилепляется к тому божественному разуму, ибо Тора — одна.

И в главе «Бней ха-Ир» (Мегила 32:) сказал רבי פרנך: держащий свиток Тора голыми (руками) — будет похоронен голым. И там устанавливают это: «голым» — без той заповеди. И следует спросить: почему будет похоронен голым — без той заповеди — именно в этом деле. Но причина: как сама Тора не пришла в мир иначе как в одеянии, и невозможно было, чтобы человек держался за Тора иначе как посредством одеяния Тора; так же душе невозможно быть в мире иначе как посредством тела, которое — одеяние души. Также и держащий свиток Тора, написанный (на пергаменте), без промежуточной вещи — нет удержания для той заповеди, поскольку нет удержания Тора иначе как посредством телесного одеяния. Поэтому будет похоронен голым — без той заповеди. Ибо удержание за Тора без телесного одеяния — это не удержание. Поскольку Тора, которая в мире, стоит только посредством одеяния, и посредством этого — удержание. Так и Тора, которая перед нами: не подобает, чтобы было у неё удержание иначе как посредством одеяния. И если держит Тора голо, без одеяния, — будет похоронен голым, без заповеди. И вот эти вещи подобны словам этого мидраша: у Тора есть одеяние, в которое она облачается. И все слова Тора — вещи внутренние, стоящие на вершине мира.

И в первой главе Брахот (8:) сказал רב הונא ברבי יהודה от имени רבי אמי: всегда пусть человек завершает свои разделы (Торы) вместе с общиной, даже «Атарот и Дивон» (Бемидбар 32, 3), ибо всякому, кто завершает свои разделы вместе с общиной, продлевают дни его и годы его. И объяснение этого дела: у Тора есть три ступени. Первая ступень — явная всякому человеку. Вторая ступень — скрытое в Тора, что понятно только мудрецам и разумным. Третья ступень — что есть в Тора вещи, указывающие на будущий мир, и это не будет достигнуто ни одним человеком, ибо «глаз не видел, о Элоһим, кроме Тебя» (Йешая 64, 3); и все (созданные) [пророки] не видели ничего кроме этого мира, не будущего мира, который ещё выше в достоинстве, о котором сказано: «глаз не видел, о Элоһим, кроме Тебя». Поэтому нужно читать Тора: два раза Писание и один раз Таргум. Таргум — это явное, ведь таргум — язык, который все знают. А два раза Писание: одно — по ступени, которая для мудрецов, и потому на святом языке. Второе — по ещё более высшей ступени, и это — внутреннее, для которого нет ни у кого постижения до будущего мира. И это то, что сказано: «всякому, кто завершает свои разделы два раза Писание и один раз Таргум, продлевают дни его и годы его», ибо из будущего мира, где есть долгота дней и лет, приходят ему долгота дней и лет.

И также у человека есть эти ступени: первая — тело явное. Вторая — душа скрытая. Третья — ступень, которая есть в человеке, что он приготовлен к будущему миру. И это то, что сказали мудрецы (Берешит Раба 14, 5) на «и создал (וייצר) Г-сподь Элоһим» (Берешит 2, 7): два создания; одно — в этом мире, и одно — в будущем мире. И это — последняя ступень. И всё — в силе этого творения, и это образ Элоһим, с которым был сотворён в нём человек (Берешит 1, 27), и посредством этого есть в нём последняя ступень — будущий мир. И это мы разъяснили в другом месте более.

И ещё более видно, и это верно: что сказаны они снизу вверх. Ибо Таргум — к высшей, верхней ступени, то есть ступени будущего мира. Ведь Таргум не считается языком вовсе, как сказали (Мегила 10:): «и уничтожу у Бавеля имя и остаток» (Йешая 14, 22) — это халдеи, у которых нет письма и языка. И разъяснили мы это в своём месте: что арамейский язык, который — язык Бавеля, не считается языком. И когда не считается языком, мысль — главное. А мысль — ступень наиболее высокая, это ступень будущего мира. Поэтому — «один Таргум».

И ещё: ангелы-служители не понимают этот язык, по словам חז"ל, ведь сказали (Шаббат 12:): Израиль, который просит свои нужды на арамейском языке, ангелы-служители не занимаются им, ибо это не язык ангелов. Поэтому в третий раз — Таргум, потому что он соответствует будущему миру, к которому ангелы не относятся, אלא (эла) Израиль, как известно. И это — дело ясное и очевидное для понимающих, нет в этом никакого сомнения у того, кто знает тайны Тора, и разъяснено в другом месте.

Во всяком случае, вещи разъяснены: что эта Тора — высота над высотой, и ступень над ступенью у неё — до будущего мира. И ведь разъяснились все вещи: что даже если слова Тора кажутся как вещи очень низкие, всё же достигают до будущего мира. И ведь изучение Тора соотносится с человеком: как человек, хотя он в этом телесном мире, и он плоть и кровь, удостаивается будущего мира, который устранён от телесности, — так и Тора: хотя человек занимается вещами телесными, и это заповеди, достигнет посредством этого высшей ступени, которая — внутренность Тора, и прилепляется к этому Имени — это тайны Тора. Поэтому занимающийся Тора — занят делами великими. Ибо нельзя сказать, что когда он занимается телесными вещами, как ущерб от быка и ямы и подобным этому, — нет у него занятия внутренними вещами. Ибо если так, то у человека, который стоит в нижнем мире, нет доли в верхнем, отделённом мире. Но нужно сказать, что отделённая душа стоит в теле, и всё же имеет прилепление выше, до верхнего мира. Так и когда занимается телесными вещами, есть у него прилепление к внутренности Тора и он достигает до верхнего мира.

И хотя по их мыслям есть превосходство у мудростей, поскольку они вникают в вещи великие и важные, а Тора не вникает в вещи важные, — вот разъяснилось наоборот: что Тора, хотя её слова кажутся о вещах низких, эта Тора связывается с внутренностью Тора, и вот изучение Тора — в вещах великих более всех прочих мудростей. И даже если великие вещи не известны постигающему, всё же одеяние близко к телу, а тело близко к душе, так что всё соединяется и прилепляется к высшему постижению. И в этом есть у человека прилепление к наиболее высокой ступени — ступени будущего мира. И у человека должно быть учение по мере человека: ведь и человек — телесный, и всё же со стороны души у человека есть прилепление выше и выше. Так и когда занимается вещами, которые — тело, эта Тора соединяется с высшим постижением, и этим разрешён также вопрос. Вот перед тобой вещи почтенные и весьма драгоценные, так что уже не будет у тебя сомнения, как хороша доля наша и как приятен жребий наш, что дал нам Благословенный занятие Тора.

Однако ясная вещь, по которой узнаешь ты достоинство изучения Тора ещё более, — то, что разъяснилось тебе сначала: что эта Тора выводит человека из природы, до того, что есть у него прилепление к Нему, да будет Он благословен. Ибо если бы заповеди не были от Благословенного, человек был бы общим (одинаковым) с прочими природными творениями. А заповеди выводят человека из ступени природных. И это — очищение и утончение его души, пока приобретёт человек прилепление к Нему, да будет Он благословен, как разъяснилось выше. Ибо заповеди — очищение и утончение души, пока он прилепляется к Нему, да будет Он благословен. И по причине этого изучение Тора, которое есть приобретение разума из заповедей, которые — очищение его души, — ещё более, до того, что он прилепляется к Нему, да будет Он благословен. Поэтому мудрецы Мишна, и мудрецы амораим, и после них все мудрецы сердца, последние, не напрасно трудились в «гавойот (гавойот — обсуждениях/сложностях) Абая и Рава», в деле, которое кажется лёгким у людей, ибо все заповеди — очищение души человека, и потому мудрость в них — совершенное очищение. И не так вещь, которая не достигает никакой заповеди: даже если это великое постижение в вещах великих и возвышенных, — всё же эта вещь не есть очищение души, посредством которого он прилепится к Нему, да будет Он благословен, как заповедь; и как написано (Мишлей 30, 5): «всякое слово Элоаха очищено», как мы сказали выше. И как сама заповедь — очищение его души, так что посредством этого — прилепление к Нему, да будет Он благословен, — тем более изучение Тора — очищение души более, пока приобретёт прилепление к Нему, да будет Он благословен; ибо всякая мудрость — очищение души.

И это — их слова в конце Нида (73) и в последней главе Мегила (28:): «Тана де-бей Элияу: всякий, кто учит Галахот каждый день, обеспечено ему, что он — сын будущего мира, как сказано (Хавакук 3, 6): “путей (הליכות) мира — Ему”; не читай “пути (הליכות)”, а “Галахот мира”». До כאן (кан — до этого). И объяснение этого дела: ибо Галаха — это выяснение и очищение суда. И поэтому подобает, чтобы Галаха была также очищением человека, пока он — сын будущего мира, как разъяснится в следующей главе (конец гл. 14). И если есть у тебя сердце понять, тогда поймёшь то, на что намекнули в том, что сказали: «тот, кто учит Галахот» — это вещи, которые мы сказали. Ибо тот, кто учит Галахот, хотя учит в малом деле, это дело идёт и поднимается наверх. И потому сказали: «тот, кто учит Галахот», и невозможно объяснить больше.

И потому, сын мой, слушайся моего голоса того, что я тебе посоветую: иди по следам отцов мира, которые сделали главным — изучение Торы и её заповедей, и тонкости заповеди, и тонкости тонкостей её. А прочие мудрости, хотя всё видели их глаза*, и не было от них скрыто ничего, всё же они прилепились к путям Торы, к её законам и её судам; малое и великое там — одно. Ибо изречение Всевышнего в заповедях — в них очищение, пока не достигнет человек прилепления к Нему, да будет Он благословен. Поэтому сказано (Теилим 18, 31): «Щит Он для всех уповающих на Него», и истолковали (Танхума Шмини, от 8): «защищает его, покрывает его», и это — прилепление к Нему, как разъяснено выше. А знание заповедей — это ещё большее очищение души. И пойми эти вещи, и привяжи их к своему сердцу, и сделай их венцом для своей головы, и пусть не уклоняются от них твои глаза, ибо это слова истины и прямоты, весьма ясные.