Tiferet Yisrael

После того как тебе было разъяснено высшее достоинство, которого Израиль достиг, перед нами встаёт чрезвычайно серьёзный вопрос: как могло случиться, что они тотчас и немедленно свернули с пути и сделали себе литого тельца (Шмот 32:8)? Это очень серьёзный вопрос, ибо, без сомнения, при таком великом достоинстве подобного не должно было случиться.

Когда мы исследовали слова мудрецов в первой главе трактата Авода Зара (4б), сказал Рабби Йеошуа бен Леви: Израиль сделал тельца лишь для того, чтобы дать повод раскаявшимся, как сказано (Дварим 5:26): "Кто дал бы, чтобы сердце их было таким — бояться Меня все дни". И это то, что сказал Рабби Йоханан от имени Рабби Шимона бен Йохая: Давид не был достоин того поступка, ибо написано (Теилим 109:22): "И сердце моё пронзено во мне". И Израиль не были достойны того поступка, ибо написано: "Кто дал бы, чтобы сердце их было таким — бояться Меня все дни". Но зачем они сделали это? Чтобы сказать тебе: если согрешили многие, говорят им — идите к многим, которые совершили покаяние. А если согрешил отдельный человек, говорят ему — иди к отдельному человеку, который совершил покаяние. И оба необходимы: если бы было сказано только об отдельном — потому что его грех не был оглашён; но о общине, чей грех был оглашён, можно было бы подумать, что нет — поэтому необходимо. И если бы было сказано только об общине — потому что их много и милосердие велико; но об отдельном человеке можно было бы подумать, что нет — поэтому необходимо. И это то, что сказал Рабби Шмуэль бар Нахмани от имени Рабби Йонатана: что означает написанное (Шмуэль II 23:1): "Речение Давида, сына Ишая, и речение мужа, поднятого ввысь" — что он установил бремя покаяния. Конец цитаты.

Раши объяснил (Авода Зара 4б), что это было царским указом, чтобы злое начало властвовало над ними, дабы дать повод раскаявшимся. Конец цитаты. Но удивительно: как может быть царский указ, чтобы они согрешили, и чтобы пришли на них все те великие деяния, которые описаны? Однако мнение его, благословенна его память, не в том, что был царский указ именно над Израилем, вышедшим из Египта, чтобы они согрешили и совершили покаяние. И так же относительно самого Давида — чтобы он согрешил. Этого нет вовсе, чтобы Имя, благословен Он, выносил указ над конкретным человеком, чтобы тот согрешил. Но мнение Раши, благословенна его память, в том, что Имя, благословен Он, постановил, чтобы люди грешили и совершали покаяние — но не конкретный этот человек. Поэтому если этот человек согрешил, это считается полноценным грехом, как и у прочих грешников.

Тем не менее всё ещё трудно понять: как Имя, благословен Он, вынесет указ о грехе над тем, кто по своей сути не был достоин согрешить? Это далеко от разума. Более того, если Он выносит указ о грехе, чтобы показать людям, что эти грешники совершили покаяние, то почему указ был вынесен именно над праведниками — чтобы они согрешили и совершили покаяние? Пусть бы вынес указ над тем, кто уже согрешил, чтобы тот совершил покаяние. Кроме того, если цель — показать человеку, что ему следует совершить покаяние, ведь это разъяснено в Торе во множестве мест, где предупреждается о покаянии, — зачем же нужно показывать «иди к многим, совершившим покаяние» или «иди к отдельному, совершившему покаяние»?

Теперь мы ответим на первый вопрос. Имя, благословен Он, не выносил указа о том, чтобы в мире было так, что человек согрешит, а потом совершит покаяние. Указ от Имени, благословен Он, был о том, чтобы покаяние существовало, а не о грехе вовсе. И хотя невозможно, чтобы покаяние было без греха, тем не менее суть указа от Имени, благословен Он, была не о грехе, а о возвращении к Имени, благословен Он. И покаяние — это высшая ступень для мира навсегда. Поэтому совершенно не вызывает затруднения то, что Имя, благословен Он, постановил, чтобы в мире были грешники, — ибо это не так; Он постановил лишь, чтобы покаяние существовало в мире.

Можно ещё объяснить, что слова «Израиль сделал тельца лишь для того, чтобы дать повод и т. д.» не означают, что Имя, благословен Он, вынес указ о грехе. Смысл в том, что Имя, благословен Он, «хранит стопы благочестивых Своих» (Шмуэль I 2:9) и оберегает их от греха. Но поскольку покаяние должно было явиться в мире, Он не оберегал их от греха так, как они были бы достойны того, — и они пришли ко греху.

Смысл не в том, чтобы показать человеку, что те грешили и совершили покаяние, чтобы и он совершил покаяние. Для этого, безусловно, не было нужды показывать, ибо это ясно изложено в Писании (Дварим 30:2). Но смысл в том, что покаяние — когда человек возвращается от греха, и Имя, благословен Он, принимает его в покаянии, — это великая вещь, высшая ступень, существующая для мира. Ибо после того как человек согрешил, он возвращается к своему началу, каким он был прежде. Поэтому сказали в трактате Песахим, в главе «Маком ше-наагу» (54а), и в трактате Недарим (39б), что покаяние было создано прежде, чем был создан мир. Как мы разъяснили в сочинении «Гвурот Ашем» (глава 70), где разъяснено, что оно охватывает весь мир. Поэтому покаяние — это новое творение в мире. И когда покаяния не было в мире, оно было далеко от человека. Хотя Писание и предупреждает о покаянии, покаяние — далёкая вещь, ибо оно есть новое творение в мире, которому надлежало выйти в действительность. Но когда оказалось, что первые открыли врата покаяния, так что это достоинство обнаружилось в мире, и через них мир обрёл высшее достоинство — ступень покаяния, — то оно уже не считается новым творением, ибо покаяние уже существует в мире.

Ибо они открыли врата тшувы в мире тем, что были Израилем, вышедшим из Египта, и они были началом Израиля в целом, и поэтому они были основой в мире. И потому, когда они совершили тшуву, они открыли врата тшувы для всего мира. И их нельзя было считать подобными обычному человеку, который является частным лицом, и через которого тшува не обрела бы существование во всём мире. И также царь Давид — ведь он является основой в мире, от которого происходит царский дом Давида. И когда он совершил тшуву, он открыл врата тшувы для всего мира. И поэтому через них ступень тшувы обрела существование в мире, и они открыли врата тшувы и вывели эту ступень в действительность, которая прежде не существовала в действительности как высшая ступень. И не был достоин этого никто, кроме поколения, вышедшего из Египта, и царя Давида, а не прочие люди. Ибо мы уже сказали, что ступень тшувы — это чрезвычайно высокая ступень, которая распространяется на весь мир, и она не может осуществиться через малых мира сего, которые не имеют значения в мире. И более того — эти были подготовлены к тому, чтобы открыть врата тшувы по самой своей сущности. И это известно понимающим — как они были подготовлены к тшуве по своей ступени. И поэтому они открыли врата тшувы, и через них мир обрёл двекут (приверженность) к тшуве.

А на вопрос о том, что постановление должно было бы прийти на того, кто уже согрешил, чтобы тот совершил тшуву — это не так. Ибо тогда тшува в мире зависела бы от греха, который совершит человек, и если бы он не согрешил, не было бы тшувы. Тогда тшува пришла бы в мир случайно, ибо грех является случайностью. Поэтому тшува пришла в мир через тех, кто был подготовлен к тшуве. А Израиль, вышедший из Египта, в частности был подготовлен к тшуве многих, и Давид в частности был подготовлен к тшуве отдельного человека, как ты поймёшь эту мудрость — как они были подготовлены к этому. И это то, что сказано (2 Шмуэль 23:1): «Речение Давида, сына Ишая, и речение мужа, который был поднят ввысь», и сказали мудрецы, что он утвердил иго тшувы. Объяснение этого: он удостоился этой высшей ступени тшувы, и через него можно сказать, что тшува обрела существование в мире. Ибо тшува — не такое качество, как прочие качества, например справедливость, о которой нельзя сказать, что Авраам утвердил справедливость в мире, хотя он был первым праведником, ибо справедливость не является новым творением в мире, и это не то, что кто-то утвердил. Но тшува — это новшество в мире, это ступень выше мира, и поэтому сказали (Псахим 54а), что тшува была сотворена прежде, чем был сотворён мир, как мы разъяснили в сочинении «Гвурот Ашем». И эта ступень вышла в действительность через поколение пустыни и царя Давида. Ибо Израиль связан с тшувой многих, а Давид — с тшувой отдельного человека. И это считается утверждением ступени тшувы в мире, ибо прежде, хотя человек и мог совершить тшуву, это не было обычным. Но через них тшува стала доступной и обычной.

И сказали, что Израиль не были достойны того греха, и Давид не был достоин того греха. Ибо если бы они были достойны греха, они не были бы достойны того, чтобы покаяние вышло в действительность в мире через них. Ибо грех — случайная вещь, а покаяние устроено со времени шести дней творения. И как может покаяние прийти через того, кто достоин греха, который есть вещь, не устроенная Именем, благословен Он? Безусловно, нельзя сказать, что Имя, благословен Он, вынес указ именно над этими, чтобы они согрешили ради обретения ступени покаяния. Ибо тогда почему Он наказал их, раз Он вынес указ, чтобы они согрешили? Но, безусловно, смысл в том, что Он постановил, чтобы покаяние существовало в мире, а не выносил указ над этими конкретными людьми, чтобы они согрешили, ибо, безусловно, это могло произойти через кого-то другого, предрасположенного к этому.

По причине великого достоинства Израиля поколения пустыни грех не был им подобающ. Лишь потому, что после того как Израиль принял Тору и достиг этой высшей ступени, злое начало и Сатана подстрекали их ко греху. По тому принципу, что сказали мудрецы, благословенна их память (Сука 52а): «Всякий, кто больше своего товарища, — злое начало его больше». Это потому, что они достигли высшей ступени, которой не достигали прочие создания, и потому злое начало, оно же Сатана, стремится низвергнуть их с их ступени. Ибо небытие более привязано к тому, у кого высшая ступень, — поскольку не всякому человеку подобает эта ступень, — чем к низшей, ничтожной ступени, которая есть у всех. Небытие не относится к тому, кто достиг высшей ступени. Как сказали там также: «А в Израиле — более всех». Мы разъясняли это в сочинении «Нецах Исраэль» (глава 2), смотри там и найдёшь разъяснение; здесь не место для этого. Поэтому, когда Израиль достиг высшего достоинства в конце сорока дней, когда Имя, благословен Он, дал скрижали Моше (Дварим 9:11), — как будто Израиль удостоился их, и тогда у Израиля была высшая ступень, выше которой нет. И тогда Сатана, он же злое начало, властвовал над ними, и потому они пришли ко греху. Тем не менее нельзя сказать, что это было причиной греха Израиля, ибо, раз написано (Дварим 5:26): «Кто дал бы, чтобы сердце их было таким все дни», подобало бы, чтобы они были привержены Ему, благословен Он, — так почему же Он отдал их в руки Сатаны? Лишь ради покаяния, которое Имя, благословен Он, желал, чтобы оно было в мире. Так и с Давидом — это было делом Сатаны, как сказано в главе «Хелек» (Санедрин 107а).

И это было до того, как они получили скрижали, а не после того, как полностью получили скрижали. Ибо тогда Сатан не мог бы властвовать над ними, поскольку сама Тора упраздняет злое начало. Сказали в первой главе трактата Кидушин (30б): учил рабби Ишмаэль — если этот мерзкий встретился тебе, влеки его в дом учения. Если он камень — размягчится, если железо — разлетится на куски, ибо сказано (Ирмеягу 23:29): "Разве не так слово Моё — как огонь, — речение Господа, — и как молот, разбивающий скалу". И смысл этого ясен: ибо небытие, которое есть Сатан, привязано к материи, как известно, — небытие привязано к материи. И два аспекта есть у того, к чему привязано небытие: оно подобно твёрдому камню, ибо то, что следует принять и сделать, оно не делает, подобно камню, который трудно обработать. И есть у него другой аспект — оно подобно железу, которое режет и ломает. Так же через это небытие человек ломает и разрушает заповеди, которые не следует нарушать и преступать. А когда к этому присоединяется разумная Тора — ибо Тора есть чистый разум, — она упраздняет это небытие, которое следует именно за материей, как было разъяснено выше (гл. 47). И поэтому, если бы у всего Израиля была Тора, и были бы даны им скрижали завета, и была бы с ними разумная ступень, — Сатан, который является силой небытия, не мог бы властвовать над ними. Только когда Израиль ещё не достиг этой ступени, Сатан обвинял их.

И в главе рабби Акивы (Шабат 89а): что означает написанное (Шмот 32:1) "И увидел народ, что бошеш (медлит) Моше"? Не читай "бошеш", а читай "бау шеш" (пришёл шестой [час]). Когда Моше поднялся на небеса, он сказал им: по истечении сорока дней, в начале шестого часа, я приду. По истечении сорока дней пришёл Сатан и смешал мир. Сказал им: Моше, учитель ваш, где он? Сказали ему: поднялся на небеса. Сказал им: пришёл шестой час — и не обратили на него внимания. Умер — и не обратили на него внимания. Показал им образ его ложа. И это то, что они сказали Аарону (Шмот 32:1): "Ибо этот Моше, муж..." Конец цитаты.

Итак, они разъяснили, что это дело было деянием Сатана — он же злое начало, — который подстрекал ступень Израиля, и отсюда пришло к ним заблуждение. И начало заблуждения — что он сказал им, будто уже пришёл шестой час, и Моше должен был прийти, и наверняка он умер. Таково было начало их заблуждения. Но разум преодолевал, и не обращал на это внимания. Затем заблуждение со стороны Сатана состояло в том, что Моше умер, и на это тоже разум не обратил внимания, — пока он не показал им его ложе. И объяснение этого таково: когда вещь не очевидна человеку, и он не постигает её сам по себе, а лишь заключает из другого, это называется "сказал ему так". И вначале вещь не казалась столь очевидной, а лишь выводилась из чего-то другого, и поэтому это называется "сказал им", что он умер. Ибо когда вещь следовала из другого и не была столь очевидна, они преодолевали это и не принимали заблуждения. Но затем заблуждение стало для них подобно первичному умопостижению, а это называется "видеть вещь самому", без какого-либо посредника. Суть дела такова: когда вещь далека от человека и он постигает её через другое, это называется "сказал ему то-то и то-то". Но когда вещь близка к постижению человека и для него подобна первичному умопостижению, это называется "видеть вещь". И тогда они приняли заблуждение через нечто, что называется видением, — они увидели сами. И во многих местах, когда человеку представляется нечто, говорят: "Я вижу твои слова" — когда вещь близка к принятию. И это то, что сказано: "Показал им его ложе". И тем не менее тебе стало ясно, что этот грех был деянием Сатана — он же злое начало. А со стороны самих Израиля этого бы не произошло, как было разъяснено, но именно из-за величия их ступени Сатан подстрекал их.

А то, что понадобилось сказать (Авода Зара 4б): "чтобы дать повод раскаявшимся", а не просто что это было делом Сатаны, подстрекавшего ступень Израиля, — это не вызывает затруднения. Ибо если бы не было нужды дать повод раскаявшимся, Имя, благословен Он, помог бы им против Сатаны, он же злое начало. Как сказано в главе "а-Халиль" (Сука 52а): "Сказал Рабби Шимон бен Лакиш: злое начало человека обновляется против него каждый день и стремится его умертвить, и если бы Святой, благословен Он, не помогал ему, он не мог бы устоять, как сказано (Теилим 37:33): 'Господь не оставит его в руке его'" Конец цитаты. Объяснение этому: злое начало в человеке — это недостаток и небытие, привязанное к сущим. Это небытие стремится полностью уничтожить и лишить человека, если бы не Имя, благословен Он, Который поддерживает сущих и хранит их, — потому Он не позволяет силе небытия властвовать, и это понятно. Если бы это не было ради того, чтобы дать повод раскаявшимся, чтобы ступень покаяния существовала в мире, у Сатаны не было бы силы довести это дело до конца. Но ради ступени покаяния, которая есть величайшая необходимость для мира, как было разъяснено, — ради этого Святой, благословен Он, не помог им. Ибо помощь — для поддержания бытия, а покаяние тоже является поддержанием бытия.

Итак, тебе было разъяснено содержание этого греха: это деяние произошло из-за обвинения высшей ступени Израиля, которая не подобала этому миру, как было разъяснено в предыдущей главе (глава 47): если бы они не согрешили, они жили бы вечно (Авода Зара 5а). Поэтому написано (Шмот 31:18): "И дал Моше, когда закончил говорить с ним на горе Синай, две скрижали свидетельства, скрижали каменные, написанные перстом Божиим", а сразу затем (Шмот 32:1): "И увидел народ, что Моше медлит и т. д." Вот, грех примыкает к дарованию скрижалей, которые суть "дело Божие" (Шмот 32:16), что есть высшая ступень Израиля, и отсюда произошло то, что они согрешили с тельцом.

В Иерусалимском Талмуде ещё более приблизили то, что они согрешили с тельцом именно в момент дарования, не до и не после. Так сказано в Иерусалимском Талмуде трактата Шкалим: "Рабби Шмуэль бар Нахмани говорит: скрижали были длиной шесть ладоней и шириной шесть ладоней. Моше держал за два ладони, Святой, благословен Он, — за два ладони, и два ладони пустого пространства между ними. Когда Израиль совершил тот поступок, Святой, благословен Он, хотел выхватить их, но рука Моше превозмогла, и он выхватил их у Него. Потому Святой, благословен Он, восхваляет его (Дварим 34:12): 'За всю крепкую руку' — да будет мир руке, которая превозмогла десницу. Рабби Йоханан сказал: скрижали стремились взлететь, а Моше удерживал их. Об этом написано (Дварим 9:17): 'И я схватил две скрижали'" Конец цитаты.

Объяснение того, что два ладони были в руке Святого, благословен Он, два ладони в руке Моше, и два ладони пустые, таково: в Торе есть три части, как написано (Дварим 6:20): "Что это за свидетельства, уставы и законы, которые заповедал вам Господь?" "Уставы" (хуким) — они сокрыты и скрыты совершенно от людей, и лишь Он, благословен Он, знает их путь. "Свидетельства" (эдот) — они тоже сокрыты от людей, но если их объясняют человеку, тогда он познает и поймёт их по их истине; нужно лишь сообщить их ему. "Законы" (мишпатим) — это известные заповеди, которые даже если бы не были сказаны, разум требовал бы, чтобы они были сказаны, — такие как почитание отца и матери, кража, убийство и тому подобное. А те, что называются "свидетельствами", — например, Шабат, которая есть свидетельство того, что Имя, благословен Он, сотворил всё за шесть дней, но это не известно само по себе. И так многие другие заповеди.

Поэтому два ладони в руке Святого, благословен Он, — это уставы, которые нам не известны и совершенно не открыты человеку. Два ладони в руке Моше — это законы, которые открыты человеку сами по себе и находятся в руках человека. А два ладони — это те заповеди, которые не известны сами по себе, но тем не менее, если они сказаны, они становятся известными. Поэтому они не в руке Имени, благословен Он, ибо в конечном счёте они относятся к человеку, так как человек имеет о них знание, когда они ему сказаны. Но они и не в руке Моше, поскольку эти заповеди не известны сами по себе. Поэтому два ладони пусты — они ни в руке одного, ни в руке другого.

Поэтому, когда Имя, благословен Он, давал скрижали Моше, в начале получения одна треть была в руке Моше. Ибо законы (мишпатим) тотчас и немедленно имеют восприятие, поскольку человек постигает их. Но свидетельства (эдот), которые невозможно познать самостоятельно, не имеют немедленного восприятия. Поэтому, когда Он начал давать им скрижали, треть не была ни в руке Святого, благословен Он, ни в руке Моше. Поскольку их можно понять и познать, нельзя сказать, что они в руке Святого, благословен Он. Но и нельзя сказать, что они в руке человека, поскольку ему они не известны. Уставы же (хуким), в которых человек не имеет никакого понимания, — они в руке Святого, благословен Он, в начале получения. Ибо эти заповеди совершенно не близки к человеку, когда не открыты. Поэтому о получении скрижалей сказано, что два ладони были в руке Святого, благословен Он, два ладони пусты, и два ладони — одна треть — в руке Моше. Всё это — когда Он начал давать скрижали Моше. И говорится: хотя в руке Моше были лишь два нижних ладони, а два ладони пусты, а два верхних ладони — в руке Святого, благословен Он, — тем не менее у Моше есть связь и соединение с Торой, а именно заповеди, которые суть законы; и у Моше есть готовность принять Тору. Настолько была велика его готовность принять Тору, что руки Моше превозмогли, как будет разъяснено далее.

Можно ещё объяснить, что Тора — это связь между Именем, благословен Он, Который ниспослал Тору, и человеком — принимающим Тору. Поэтому сказано, что Имя, благословен Он, держал за два верхних ладони, а Моше, принимающий, держал за два нижних ладони. И сказано, что два ладони пусты. Эти два пустых ладони — общие для Имени, благословен Он, дающего, и для человека, принимающего. Это указывает на совершенную связь человека с Именем, благословен Он, посредством Торы. Ибо таков закон у нас (Бава Мециа 7а) относительно двоих, держащихся за одежду: то, что в руке каждого, — принадлежит ему, а остальное делят поровну. Так оба совместно владеют этим — так можно объяснить.

Однако основное объяснение таково: он хочет сказать, что в час, когда сделали тельца, получение Торы уже началось, но ещё не завершилось. Начало дела — не суть дела, и завершение дела — тоже не суть дела. Суть получения Торы начала выходить в действительность, но не вышла полностью. Это и значит, что два ладони были в руке Святого, благословен Он — верхние два ладони, которые суть завершение получения; они были в руке Святого, благословен Он, ибо дарование ещё не завершилось. Два ладони в руке Моше — нижние два ладони, суть начало получения, ибо начало получения уже состоялось, и потому два ладони были в руке Моше. А два средних ладони — суть получения, поскольку эти два ладони — середина скрижалей, и это не начало и не завершение получения, а именно суть получения; они — пусты. То есть: поскольку начало выхода в действительность уже произошло, они уже не в руке Святого, благословен Он; но поскольку они ещё не вышли полностью в действительность, их нельзя считать находящимися в руке Моше, принимающего. Поэтому два ладони — ни в руке Святого, благословен Он, ни в руке Моше, и это понятно. Само же дарование — переход скрижалей из рук Святого, благословен Он, в руки Моше — неизбежно должно делиться на часть того, от кого исходит, часть того, к кому направлено, и часть середины — которая ни от кого и ни к кому, как известно. Поэтому сказано, что треть скрижалей достигла рук Моше — то, что к нему. Треть — в руке Святого, благословен Он — то, что от Него. Треть — между ними. Значит, это — суть дарования. И грех их произошёл во время сути дарования. Ибо если бы Он вовсе не дал им, Сатана не подстрекал бы их, ведь основное подстрекательство — от самой сути дарования. А если бы скрижали уже были даны им, он не властвовал бы над ними. Но когда происходила суть дарования — тогда Сатана властвовал.

И сказано, что рука Моше превозмогла десницу Его. Объяснение: Моше обладал силой принять Тору, и потому рука Моше превозмогла, ибо сила принять нечто и вывести в действительность бытия — эта сила более значима в том, что направлена к выходу в бытие, поскольку бытие более значимо. Но сила отменить нечто, чтобы оно не вышло в действительность, — не подобает, чтобы эта сила была столь велика. Поэтому рука Моше превозмогла — ибо сила Моше направлена на выведение Торы в бытие. Если бы принимающий — Моше — не был готов к принятию Торы, то, хотя и подобало бы, чтобы Тора существовала в мире, — раз нет готового принимающего, через которого Тора вышла бы в действительность, — сила Моше вывести Тору в действительность не была бы столь велика. Поэтому Писание восхваляет Моше (Дварим 34:12): "За всю крепкую руку" — за силу его готовности, благодаря которой он был готов принять Тору.

А по мнению рабби Йоханана, не подобало, чтобы Господь, благословен Он, выхватил скрижали. Ибо Господь, благословен Он, даёт и не забирает обратно. Однако ступень самих скрижалей не подобает быть с принимающим из-за греха принимающего. И то, что сказано, что скрижали хотели улететь, — это удаление скрижалей, то есть их ступени и достоинства, от Израиля. Ибо когда они не подобают быть с принимающим, без сомнения скрижали удалялись бы, то есть ступень скрижалей — от принимающего, и было бы, как будто они вообще не получили скрижали. Только благодаря подготовленности Моше к принятию Торы, которая была столь велика, что оказывала принудительную силу.