Main

[120] Тот, кто оправдывает виновных, не может не запачкаться хоть немного. Как известна притча об этом — о чистящем сточные канавы. [И этим станет понятен изящный язык мудрецов (Мидраш Рабба, начало главы Ваэра): «Удобнее было бы Шломо быть чистильщиком канав» и т.д. — смотри там в Мидраше. [Но в Гмаре Шабат (56б) сказано: «Служил для другого дела», и всё одно, и не место распространяться.] То есть он не хотел увещевать их и быть чистильщиком канав, чтобы не запачкаться, но в действительности всякий, в чьей власти протестовать, и т.д. — и к нему прилепляется всё.] И через это приходит к ночному истечению, как сказано в Шабат (127б) о том хасиде — из-за тягот дороги для выкупа той девушки, о которой сказано в Авот де-рабби Натан (глава 8), что он окунал ту девушку, потому что она ела запрещённое, и он оправдывал виновных. В отличие от Элиши, о котором сказано в Санхедрин (107б), что он отталкивал обеими руками, — о нём сказано в Брахот (10б), что он никогда не видел ночного истечения. А там, в Санхедрин, сказано, что не следует поступать как Элиша, но приближение должно быть сильнее отталкивания — оно правой рукой. И сказано тотчас после этого там, что и с дурным побуждением так же: левая отталкивает, а правая приближает, в отличие от Элиши, у которого и правая отталкивала. И хотя сказано в Берешит Рабба (глава 9): «Очень хорошо — это дурное побуждение», известно, что всё зависит от того, каков человек: у одного его качество — подавлять и полностью отталкивать, а у другого его качество — обращать.