Main

[167] В словах Торы дозволено человеку бояться, как сказали мудрецы, благословенна их память, в Брахот (60а). Имеется в виду, что он боится, как бы [Тора] не стала для него, упаси Боже, ядом смерти. И посредством самого этого страха [суровость] смягчается, и из «не ради неё самой» приходит «ради неё самой». Ибо «тот, кто боится, — его мазаль видит» (Мегила 3а). И это подобно сну, ибо это тоже то, что мазаль его видит. И сказали мудрецы, благословенна их память (Брахот 55а): «Дурной сон — его печаль достаточна», то есть самой печали достаточно. И так же в деле Торы — тому, кто не удостоился, упаси Боже, [Тора] становится и т.д., и достаточно в этом того, что он боится в словах Торы. Ведь «повеления Господа прямы, радуют сердце», и «мудрость укрепляет мудрого», и так же в остальных стихах, которые говорят, что [Тора] даёт силу и радость, а это противоположность страха. Однако мудрецы, благословенна их память, сказали: «Пусть всегда занимается человек [Торой] не ради неё самой и т.д.» Имеется в виду, что это — «всегда», то есть постоянно. В отличие от этого, «ради неё самой» совершенно невозможно в постоянстве, ибо «ради неё самой» означает Двекут (прилепление), и мера его — как время близости мудрецов Торы: раз в Шабат, ибо невозможно достичь Двекут иначе как в Шабат, или для «прогуливающихся» [то есть прогуливающихся в Пардесе (саду) — известном], — раз в день, самое большее. Но постоянно — это «не ради неё самой», только «из [не ради неё самой]» и т.д., то есть изнутри самого «не ради неё самой», из его внутренней сущности, то самое учение приходит к тому, чтобы быть «ради неё самой». И это — посредством страха, который «отрезвляет» его, о чём сказано: «Если нет страха Господня — его сокровищницы, то нет» и т.д. И это: «Счастлив человек, боящийся всегда», то есть в отношении его постоянного занятия [Торой], ибо, безусловно, временами он достигает уровня Двекут, когда совсем не нужно бояться. И сказали мудрецы, благословенна их память (Брахот 8а): «Счастлив ты в этом мире» — выражение «ашрей» подразумевает одобрение от других [в отличие от выражения «и благо тебе»]. И это лишь в этом мире, а в будущем мире у каждого есть свой собственный мир (как сказано в Шмот Раба, глава 52). А на самом деле совершенно не применимо к Торе понятие «не ради неё самой», и как сказано в Звахим (2б): «По умолчанию, для их [собственного] имени стоит». Однако у других есть претензии, ибо через речения Торы усиливается сила речи в мире, и поскольку в мире есть речения злословия, они тоже усиливаются, и могут, упаси Боже, «язык их — заострённая стрела» — говорить против него. [Это суть Давида, который есть тайна Устной Торы: его современники были клеветниками и говорили о нём злое.] И поэтому средство — страх, который есть цимцум (сокращение), и силы его сокращаются и не распространяются наружу, упаси Боже, и тогда — одобрение в этом мире.