Main

[241] Заповеди и добрые дела человека, и тем более слова Торы, порождают в его сердце добрые помыслы; а грехи — наоборот, как сказали мудрецы: «Заповедь влечёт за собой заповедь, а грех» и т.д. И объяснение этого «влечения» таково: от каждой заповеди создаётся ангел, то есть духовная сила, как сказано в Зоаре (ч. 2, 100б, 59а), что ни одно деяние и слово человека — доброе или злое — не пропадает. И благодаря этому добрый ангел, который принадлежит ему, рождённый его действием и пребывающий при нём и близкий к нему, — ведь ангел духовен, подобно мысли человека, — через него западает в сердце человека мысль совершить другие заповеди. А различие между воздействием через ангела и через другую душу, как сказано выше в параграфе 238, состоит в том, что душа, поскольку в ней есть сила ощущения, как сказано выше в параграфе 221, — когда она вносит помысел в сердце, это сопровождается силой ощущения. И хотя это происходит мимоходом, как сказано выше в параграфе 239, то есть не порождает полный облик само по себе, а лишь в соединении с душой самого человека, — тем не менее она ощущается силой понимания (бина) сердца, ибо душа человека называется «понимающей через бина», в отличие от ангела, который называется «мудрым через хохма» лишь, поскольку в нём нет ничего от сущности души человека — он рождён лишь от силы его действий. И заповедь без какого-либо намерения и стремления — это ангел из мира Асия (действия), и он побуждает душу к повторному действию. А заповедь со стремлением сердца — из мира Йецира (формирования), и она побуждает дух сердца к повторному стремлению и поднимает в сердце помыслы об этом. А заповедь с надлежащим намерением в тайных смыслах заповеди, что относится к разуму, — побуждает также мысль и помогает избавиться от посторонних мыслей благодаря множеству заповедей с надлежащим намерением, и множатся ангелы, напоминающие его мысли: «не давай себе покоя». А через слова Торы с надлежащим стремлением порождаются души, ибо души Израиля сокрыты в Торе, ибо «Тора и Израиль — одно». И это выше уровня ангелов, которым Тора не была дана. И она влечёт силу ощущения и понимания (бина) сердца к добру тоже, подобно вхождению (ибур) души некоего великого праведника, в соответствии с величиной силы Торы, которую он изучал и открывал, и в соответствии с уровнем его намерения ради неё самой (лишма). А главное — в соответствии с его стремлением, ибо суть жизненности в словах Торы — со стороны стремления. И это относительно добра: добрую мысль Святой, благословен Он, присоединяет к действию (как сказано в Кидушин 40а). Но относительно зла — не присоединяет к действию, и злой ангел — лишь от действия. Или если стремление было чрезвычайно сильным — тогда несомненно и сила ангела такова, с чрезвычайным стремлением, но всё же он лишь в мире Асия, со стороны действия. Только он разделяется на три нечистые оболочки (клипот): «вихрь бурный» и т.д. — ибо это три главных корня зла: зависть, похоть и честолюбие. Зависть — это буквально буря в сердце, которое бушует и клокочет. Похоть — это мощь тьмы, которая полностью заставляет забыть истинное стремление и вносит дух безумия в сердце. А огонь — это то, что поднимается вверх в поиске возвышения. И в этом смысл «чужого огня» Надава и Авигу, которые сказали: «Я и ты будем руководить» и т.д. (как сказано в Санхедрин 52а). И эти три включают все грехи Торы, ибо все они направлены на отдаление от этих трёх корней. А у народов мира злая мысль присоединяется к действию (как сказано в Иерусалимском Талмуде, Пеа, глава 1, конец листа 5а), ибо их корень — во зле сердца и разума, и поэтому когда зло — в стремлении сердца, оно присоединяется к действию, порождая злого ангела подобного ему, который порождает в нём повторное стремление сердца к злу. И так же относительно наказания: дурное побуждение — оно же ангел смерти (как сказано в Бава Батра 16а), «и меч их войдёт в их сердце». А если человек использует мудрость свою для зла, подобно Биламу, о котором известно, что он был противоположностью Моше, учителя нашего, и его мудрость была напротив мудрости слов Торы, — он порождает души зла и нечистоты, то есть силу ощущения. И поэтому сказано в Зоаре (Балак, 194б), что для обретения его колдовства необходимо семяизвержение, смотри там. А именно: через семяизвержение он выводит подлинную душевную силу во зле, в которой есть сила ощущения, а не просто злой ангел, ибо в нём облечена душевная сила. Но в Израиле, чьи грехи уподоблены в Санхедрин (44а) колючкам, окружающим розу, — они не от корня его сердца и разума, и поэтому мысль вовсе не присоединяется к действию, чтобы усилить злого ангела до того, чтобы он противостоял сердцу, ведь грех исходил вовсе не из его сердца.