ביאורי אגדות

Разъясню это изречение с помощью Владыки всего подобным образом. Что за явление — когда к праведнику приходят мысли о суете и грехе? Ведь кто «примешал будничное к святому»? Подобало бы, чтобы мысль праведника постоянно была привязана к служению Ему, да будет благословенно Его имя, и не отступала от него ни на мгновение.

Для понимания этого есть два аспекта. Первый: откуда приходит к злодею мысль о раскаянии, ведь его душа привязана к грехам, а «грех влечёт грех» — откуда же мысль о покаянии? Дело в том, что праведник постоянно желает вернуть всех к служению Ему, да будет благословенно Его имя, и чтобы зло, совершённое злодеем, обратилось в добро, и он воюет со злом, которое злодей сотворил своими поступками. И от этого к злодею приходит мысль о покаянии. Но поскольку праведник исправляет деяния злодея, к праведнику приходят мысли о грехе, и праведник эти мысли о грехе, пришедшие к нему, возвращает к служению Ему, да будет благословенно Его имя. Ни в коем случае не имеется в виду, упаси Боже, что праведник намеренно вводит себя в мысли о грехе, не дай Бог, — но мысли о грехе приходят к нему сами, дабы он исправил их, сломив их праведностью своих помыслов и святых деяний, направленных на служение Творцу в истине и цельности.

Есть ещё иной путь. Даже когда праведник не помышляет воевать со злом, совершённым злодеем, мысли о суете и грехе приходят к праведнику сами — для исправления. Казалось бы, лучше было бы праведнику исправлять деяния злодея без того, чтобы к нему приходили нечистые мысли, и не падать со своей ступени даже на мгновение. Но суть подобна притче: когда человек увяз в грязи и тине и не может выбраться, другой человек не сможет его вытащить, если не подойдёт к увязшему, — пусть от этого он сам немного запачкается, приблизившись к утопающему, но он вынужден это сделать, ибо иначе не смог бы его вытащить. Смысл притчи понятен сам по себе. И мы не имеем в виду, упаси Боже, что праведник намеренно вводит мысли о грехе в себя, не дай Бог, — но они приходят к праведнику сами, и праведник сокрушает их мощью своей праведности и возвышает также злодейство злодея, обращая его к добру.