חלק ב — תורה 72
1 · Часть II — Тора 72
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
דַּע, שֶׁלִּרְאוֹת אֶת עַצְמוֹ עִם הַצַּדִּיק הָאֱמֶת הוּא גַם־כֵּן דָּבָר גָּדוֹל מְאֹד. בְּוַדַּאי כְּשֶׁזּוֹכִין לִשְׁמֹעַ מִפִּיו תּוֹרָה, הוּא מַעְלָה יְתֵרָה, אֲבָל גַּם כְּשֶׁאֵין שׁוֹמְעִין תּוֹרָה, הָרְאִיָּה לְבַד, שֶׁזּוֹכִין לִרְאוֹת אֶת עַצְמוֹ עִם הַצַּדִּיק, הוּא גַם־כֵּן טוֹב מְאֹד.
Know! merely exchanging gazes with the true tzaddik is also a great thing. Certainly, it is even better when one merits hearing Torah from his mouth. But even when one does not hear Torah, just the seeing—that one merits exchanging gazes with the tzaddik—is also very good.
Знай! даже одно лишь взаимное смотрение с истинным Цадик — тоже великое дело. Разумеется, ещё лучше, когда человек удостаивается слышать Тору из его уст. Но даже когда он не слышит Торы, только видеть — то, что он удостаивается обменяться взглядами с Цадик, — тоже очень хорошо.
כִּי עַל־יְדֵי שֶׁרוֹאִין אֶת עַצְמוֹ עִם הַצַּדִּיק, עַל־יְדֵי־זֶה מְקַבְּלִין גְּדֻלָּה. וְעִקָּר הַגְּדֻלָּה הִיא שִׁפְלוּת, כְּמוֹ שֶׁמָּצִינוּ אֵצֶל הַשֵּׁם יִתְבָּרַךְ: כָּל מָקוֹם שֶׁאַתָּה מוֹצֵא גְּדֻלָּתוֹ שֶׁל הַקָּדוֹשׁ־בָּרוּךְ־הוּא, שָׁם אַתָּה מוֹצֵא עַנְוְתָנוּתוֹ (מגילה לא), כִּי עִקָּר הַגְּדֻלָּה הִיא שִׁפְלוּת. וְעִקָּר הַתְּחִיָּה לֶעָתִיד, שֶׁיַּעַמְדוּ בִּתְחִיָּה וְיִחְיוּ חַיִּים נִצְחִיִּים, עִקָּר מַה שֶּׁיִּהְיֶה נִחְיֶה וְיָקוּם בִּתְחִיָּה הוּא הַשִּׁפְלוּת שֶׁל כָּל אֶחָד, כִּי הַשִּׁפְלוּת שֶׁל כָּל אֶחָד וְאֶחָד יִהְיֶה נִחְיֶה לֶעָתִיד, וְיָקוּם בִּתְחִיָּה, בִּבְחִינַת (ישעיהו כ״ו:י״ט): הָקִיצוּ וְרַנְּנוּ שֹׁכְנֵי עָפָר, וְדָרְשׁוּ רַבּוֹתֵינוּ זִכְרוֹנָם לִבְרָכָה (סוטה ה): מִי שֶׁנַּעֲשֶׂה שָׁכֵן לֶעָפָר בְּחַיָּיו. כִּי עִקָּר הַתְּקוּמָה בִּתְחִיָּה יִהְיֶה רַק לְהַשִּׁפְלוּת, שֶׁהַשִּׁפְלוּת שֶׁל כָּל אֶחָד וְאֶחָד יִהְיֶה נִחְיֶה וְיָקוּם בִּתְחִיָּה לֶעָתִיד.
By exchanging gazes with the true tzaddik one receives greatness. And the essence of greatness is lowliness, as we find of God: Wherever you find the Blessed Holy One’s greatness, there you find His humility (Megillah 31a). This is because the essence of greatness is lowliness. And in the Resurrection destined for the future, when people will be resurrected and live eternally, it will essentially be each person’s lowliness that is restored to life and resurrected. For each person’s lowliness will be restored to life in the future and be resurrected, as in “Awake and sing out, you who dwell in the dust” (Isaiah 26:19), and as our Sages, of blessed memory, expounded: someone who became a dweller in the dust in his lifetime (Sotah 5a). Essentially, it will be nothing other than the lowliness which will be resurrected—that each person’s lowliness will in the future be restored to life and resurrected.
Обмениваясь взглядами с истинным Цадик, человек получает величие. А сущность величия — в приниженности, как находим о Б-ге: где бы ты ни находил величие Святого, благословен Он, там ты находишь Его смирение (Мегила 31а). Ибо сущность величия — приниженность. И при Воскресении, предназначенном на будущее, когда люди воскреснут и будут жить вечно, — по сути, именно приниженность каждого будет возвращена к жизни и воскрешена. Ибо приниженность каждого будет возвращена к жизни в будущем и воскреснет, как сказано: «Пробудитесь и воспойте, обитающие во прахе» (Йешаяу 26:19), и как наши Мудрецы, да будет благословенна их память, истолковали: тот, кто при жизни стал «обитателем праха» (Сота 5а). По сути, не что иное, как приниженность, будет воскрешено — то есть приниженность каждого в будущем будет возвращена к жизни и воскреснет.
כִּי תַּעֲנוּג עוֹלָם הַבָּא אִי אֶפְשָׁר לָנוּ לְהַשִּׂיג עַכְשָׁו, וְזֶה מֵחֲמַת שֶׁאָנוּ עַכְשָׁו בִּגְבוּל, וְכָל דָּבָר שֶׁיֵּשׁ לוֹ גְּבוּל אִי אֶפְשָׁר לוֹ לְהַשִּׂיג תַּעֲנוּג עוֹלָם הַבָּא הָרוּחָנִי. וְעַל־כֵּן גַּם עֹנֶג שַׁבָּת, שֶׁהוּא מֵעֵין עוֹלָם הַבָּא, אָמְרוּ רַבּוֹתֵינוּ זִכְרוֹנָם לִבְרָכָה (שבת קיח): כָּל הַמְעַנֵּג אֶת הַשַּׁבָּת, נוֹתְנִין לוֹ נַחֲלָה בְּלִי מְצָרִים; הַיְנוּ בְּלִי גְּבוּל, כִּי עֹנֶג שַׁבָּת שֶׁהוּא מֵעֵין עוֹלָם הַבָּא, הוּא בְּחִינַת בִּלְתִּי גְּבוּל.
At present, it is impossible for people to attain the delight of the World to Come. This is because presently we are finite, and anything which is subject to limitation cannot attain the spiritual delight of the World to Come. Thus, also [of] Shabbat delight, which is a foretaste of the World to Come, our Sages, of blessed memory, taught: Whoever delights in the Shabbat is granted a boundless inheritance (Shabbat 118a)—i.e., without limit. This is because Shabbat delight, which is a foretaste of the World to Come, is the concept of boundlessness.
В настоящее время людям невозможно постичь наслаждение Будущего Мира. Ибо теперь мы ограниченны, а всякое, что подвержено ограничению, не может достичь духовного наслаждения Будущего Мира. Поэтому и о наслаждении Шаббат, которое является предвкушением Будущего Мира, наши Мудрецы, да будет благословенна их память, учили: «Всякий, кто наслаждается Шаббат, получает удел без границ» (Шаббат 118а) — то есть без ограничения. Ибо наслаждение Шаббат, будучи предвкушением Будущего Мира, есть понятие беспредельности.
וְעַל־כֵּן עִקַּר חַיִּים נִצְחִיִּים שֶׁל לֶעָתִיד לָבוֹא, בְּחִינַת תַּעֲנוּג עוֹלָם הַבָּא, יִהְיֶה רַק לְהַשִּׁפְלוּת שֶׁל כָּל אֶחָד. כִּי שִׁפְלוּת וַעֲנִיווּת הוּא בְּחִינַת בִּלְתִּי גְּבוּל, כִּי הוּא בְּחִינַת אַיִן מַמָּשׁ, וְאֵין לוֹ שׁוּם גְּבוּל, מֵחֲמַת שֶׁהוּא בְּתַכְלִית הָעֲנִיווּת, וְעִקַּר חַיִּים נִצְחִיִּים שֶׁל עוֹלָם הַבָּא הוּא רַק בִּבְחִינַת בִּלְתִּי גְּבוּל כַּנַּ"ל. וְעַל־כֵּן שַׁבָּת שֶׁהוּא מֵעֵין עוֹלָם הַבָּא, נֶאֱמַר בּוֹ: טוֹעֲמֶיהָ חַיִּים זָכוּ, כִּי מִי שֶׁטּוֹעֵם טַעַם עֹנֶג שַׁבָּת, זוֹכֶה לְחַיִּים, בְּחִינַת חַיִּים נִצְחִיִּים, כַּנַּ"ל:
Therefore, the eternal life destined for the future, the concept of the delight of the World to Come, will primarily be only for each person’s lowliness. This is because lowliness and humility are boundless, the concept of nothingness, literally. One [who acquires these traits] is not subject to limitation, because he is at the ultimate level of humility, and the eternal life of the World to Come is only [for one] with this type of boundlessness. This is why it is said of Shabbat, which is a foretaste of the World to Come: “those who taste her merit life” (Shabbat Mussaf Prayer). For whoever tastes the delight of Shabbat merits life, the concept of eternal life, as mentioned above.
Поэтому вечная жизнь, предназначенная на будущее, — понятие наслаждения Будущего Мира — будет главным образом только для приниженности каждого. Ибо приниженность и смирение — беспредельны, это понятие ничтожности, буквально. Тот, кто {приобрёл эти качества}, не подвержен ограничению, потому что он на предельной ступени смирения; а вечная жизнь Будущего Мира — только {для того}, кто обладает таким видом беспредельности. Поэтому о Шаббат, который является предвкушением Будущего Мира, сказано: «вкушающие её удостаиваются жизни» (Мусаф Шаббат). Ибо всякий, кто вкушает наслаждение Шаббат, удостаивается жизни — понятия вечной жизни, как сказано выше.