Group None

Ещё одно толкование. «Вот слова, которые говорил Моше всему Израилю за Иорданом, в пустыне, в степи, напротив Суфа, между Параном, Тофелем, Лаваном, Хацерот и Ди-Заhав». Следует обратить внимание: что значит «которые говорил Моше всему Израилю» — разве весь Израиль как один согрешил в «Хацерот» — в споре Кораха? Разве вся община сделала тельца? И так в остальных вещах, которые он упомянул — не у всех были одинаковые намерения. В особенности это поколение было из тех, о ком написано «Живы все вы сегодня» — цельная община, и они вовсе не совершали тех вещей, за которые он обличал, ибо их ещё не было на свете, когда грешили их отцы и совершали те деяния, а некоторые из них были тогда малы. Почему же Моше Рабейну обличал их этими вещами, как сказано выше? Суть же такова: когда потомство Израиля собирается вместе к какому-либо праведнику, прославленному в их поколении, признак, по которому можно удостовериться, что он поистине является праведником — основанием мира и включает в себя всех тех людей, которые приходят к нему, — таков: на них нападает страх и трепет, когда они направляются к праведнику — как они предстанут пред ним? И каждый стыдится перед товарищем, ибо ему вспоминаются все дела и нехорошие поступки, которые он совершил за всю жизнь, и он помышляет о раскаянии, и страх поднимается на главу его — что праведник поймёт все его нехорошие дела, совершённые доныне, и он становится низок в собственных глазах до крайности, и стыдится перед каждым товарищем. А когда входит в дом и комнату, где пребывает праведник, — он в страхе и трепете, буквально не знает, где он, от великого стыда и страха, что тот скажет ему обо всех его делах, совершённых доныне. И даже если праведник тем не менее ничего ему не говорит — всё это ещё не является признаком того, что он поистине праведник — основание мира. Но истинный признак — таков, как известно и прославлено о нашем учителе и наставнике, муже Божием, рабби Элимелехе, благословенной памяти. Он стоял перед своим домом, и люди окружали его кругом, а он стоял посередине и рассказывал перед ними какую-то историю на некий сюжет. И у каждого из них сердце разбивалось на двенадцать осколков, и каждый из них думал, что эту историю он рассказал ради него и намекает на его нехорошие дела. И тот думал, что слова обращены к нему, — так было у каждого. Хотя праведник, рассказывая историю, имел в виду нечто нужное ему самому или намеревался, чтобы из неё извлекли какое-то наставление и правило поведения, тем не менее «и лист его не увянет» — и они равно относятся к каждой душе слушающих его слова. И это: «Даже обыденная беседа мудреца Торы нуждается в изучении». И по этому признаку праведник распознаётся, чтобы знать и удостовериться: если такова его сила, тогда он поистине является ступенью Цион и праведником — основанием мира. И оттуда — «колодец» (беэра), что является объяснением стихов перед нами: «Вот слова, которые говорил Моше» — именно Моше, и так каждый истинный праведник в своём поколении является Моше, по изречению мудрецов: «Моше, ты верно говоришь» — «в пустыне, в степи, напротив Суфа, между Параном, Тофелем, Лаваном, Хацерот и Ди-Заhав» — ибо в его речи, обращённой ко всему Израилю, намёк-наставление достигал каждого, и каждый думал, что к нему обращены эти слова. И все те люди, которым говорил Моше Рабейну, были перевоплощениями (гильгулим) своих отцов, и каждый понимал то, что относится именно к нему. И это: «В пустыне» и т.д. — один почувствовал так; «Тофель, Лаван» и т.д. — другой почувствовал иначе; «Хацерот, Ди-Заhав» — одни почувствовали одно, а другие — другое. Каждый понял те слова, которые относились к нему. И на это намекается в Мидраш Рабба на эту главу: «Вот слова. hалаха» и т.д. «Сказал Святой, благословен Он: "Исцеление языка — древо жизни", а древо жизни — это не что иное, как Тора» и т.д. «"И лист его — для исцеления" — рабби Йоханан и рабби Йеhошуа бен Леви: один сказал "для исцеления" (ле-тирфион), а другой сказал: всякий, кто нем — пусть вкусит от неё, и язык его исцелится и засияет словами Торы» и т.д. «Ведь Моше вначале сказал: "Я не человек речей", а теперь — "Вот слова, которые говорил Моше всему Израилю"». Намёк здесь, как сказано выше: Тора — исцеление языка, и «лист его — для исцеления» — даже обыденная беседа его нуждается в изучении. Вдумайся и пойми.