Group None

Здесь трудность: сначала Раши учит из «главам колен», что оказал почёт предводителям, а затем говорит, что здесь сказано для того, чтобы научить разрешению обетов единоличным знатоком. Но тогда не следует, что он оказал почёт предводителям — ведь он был вынужден обратиться к ним, чтобы отсюда выучить разрешение обетов! Также трудность: слово «лемор» (сказав) кажется излишним. Также «всё, что вышло из уст его, пусть исполнит» кажется излишним. И ещё прежний вопрос: почему не сказано «И говорил Господь Моше», как во всей Торе?

Предварим Мишну: «разрешение обетов витает в воздухе». Суть в том, что нужно понять: как у человека может быть сила отменить слова ближнего?

Представляется так: когда человек произносит слово устами, он создаёт отпечаток наверху. Даже мысль человека возносится ввысь и создаёт отпечаток. Поэтому если человек дал обет о чём-либо, он сам не может отменить свои слова, ибо отменил бы отпечаток наверху, и от этого, не дай Бог, может быть вред. Но праведник, чья речь наверху выше даже мысли простых людей, — он властвует над речью того, кто ниже его по достоинству, и может отменить её.

Доказательство: далее написано об обетах женщины, находящейся во власти отца или мужа, — они отменяют ей обеты. Это потому, что она в их власти, и они выше неё — они властвуют над её речью и могут отменить её даже простой отменой. Отсюда понятно: тот, кто выше ближнего, может отменить слова ближнего. Поэтому и не было необходимости писать явно о разрешении обетов мужчины — это следует из обетов женщины. И разрешение обетов единоличным знатоком записано лишь намёком.

Поэтому у праведника есть сила отменять дурные приговоры, как сказано: «Святой, благословен Он, выносит приговор — а праведник отменяет его». Ибо суды исходят из мира речи, о котором сказано: «Словом Господним небеса сотворены». А праведник прилеплён к Эйн Соф, благословен Он, где даже мысль запрещена, — поэтому он может властвовать над речью и отменять дурные приговоры.

Так мы находим у Моше Рабейну: в Мидраше сказано — «'ва-йехаль Моше' — учит, что он разрешил обет Создателя его. Сказал ему Святой, благословен Он: что Мне делать с клятвой, которой Я поклялся? Сказал пред Ним: Владыка мира, я разрешу Тебе обет. Тотчас же…» Он мог отменить приговоры Всевышнего, ибо приговор вышел, как бы сказать, из мира речи, а Моше был прилеплён к Эйн Соф, благословен Он, и потому мог властвовать, чтобы отменить речение Всевышнего, как бы сказать. Из этого Моше понял: тот, чья ступень выше ступени ближнего, может отменить слова ближнего и разрешить его обет.

Вот смысл Мишны: «разрешение обетов витает в воздухе» — Моше изучил разрешение обетов из высшего мира, из того, что разрешил обет Создателя. Из этого он понял: тот, кто выше ступенью ближнего, может властвовать над речью ближнего и отменить его обет. А если нет единоличного знатока выше ступенью, чем давший обет, — отменяется тремя простыми людьми, ибо сила суда велика — он может конфисковать имущество человека, тем более отменить его речь.

Поэтому не сказано «И говорил Господь Моше» — ибо ему не было сказано явно, что разрешение обетов — единоличным знатоком; он сам понял это, как сказано выше.

Перейдём к объяснению стиха: «И говорил Моше главам колен сынов Израиля, сказав» — словом «лемор» (сказав) он намекнул им, что у человека есть сила сказать слово и отменить слова других, меньших по достоинству. Раши объясняет: «главам колен — оказал почёт предводителям, обучив их первыми… Для чего сказано здесь, в обетах? Чтобы научить, что разрешение обетов — единоличным знатоком». То есть в этом разделе намечено разрешение обетов единоличным знатоком — тот, кто поистине выше ближнего по ступени, может отменить слова ближнего.

Это следует из «да не нарушит слова своего» — но другие разрешают ему. Дело не зависит от титула предводителя или рава, а от того, находится ли он на такой ступени, что его речь выше речи ближнего, — тогда он может отменить слова ближнего и разрешить обет. А если нет — не может разрешить, и нужно присоединить ещё двоих, ибо сила суда велика.

Хотя здесь оказал почёт предводителям, обучив их первыми, как во всех речениях, — всё же не пожертвовал их почётом в сути дела, чтобы передать разрешение обетов именно предводителю. Если поистине его ступень выше ступени ближнего — может разрешить единолично, даже если не предводитель. А если нет — нужно присоединить ещё двоих.

Далее: «Если кто-либо даст обет Господу… да не нарушит слова своего» — здесь намечено: он сам не нарушит, но другие разрешают ему. Кто же может отменить его слова и разрешить обет? Сказано: «Всё, что вышло из уст его, пусть исполнит» — то есть человек, которого и наверху слушают, и всё, что выходит из уст его, так и совершается и исполняется. Он может отменить своей речью отпечаток, который сделал его ближний наверху через свою речь, — он может разрешить обет единолично.