Netivot Olam, Netiv Hatshuva

В первой главе трактата Авода Зара (17а) разъясняется, что стих «Все приходящие к ней не возвратятся и не достигнут путей жизни» (Мишлей 2:19) сказан о ереси (минут): грешник в этом грехе не возвращается в тшуве, а если возвращается — умирает, как там сказано. Так же и тот, кто полностью погряз в грехе разврата, — он не возвращается, а если возвращается — умирает. Как это произошло с рабби Элазаром бен Дурдая (Авода Зара 17а), который умер при совершении тшувы, как будет разъяснено далее. Причина, известная разумеющим и мудрым, для этого особого греха — то есть ереси и разврата — в том, что ересь прилепляется к человеку полностью, и он считается как бы другим человеком. Это подобно человеку, сошедшему с пути и упавшему в глубокую яму, так что он совершенно отделён от людей, и невозможно ему вернуться на прежнее место. Это понятно знающим: эти два греха — ересь, склоняющая к идолопоклонству в одну сторону, есть отклонение от прямоты и истины. И этот грех — для души, в которой пребывает разум. А разврат — для тела, отклонение в другую сторону от прямоты. Они соответствуют двум влечениям: влечению к разврату и влечению к идолопоклонству. Через ересь человек полностью прилепляется к идолопоклонству, а через разврат полностью прилепляется к влечению к разврату. И невозможно выйти оттуда при жизни, если только он не уходит из этого мира. Это ещё будет разъяснено.

Тем не менее из этого можно извлечь урок: грех, который сильнее прилепляется к человеку, — от него тяжелее вернуться в тшуве, поскольку грех прилип к нему. Поэтому следует сказать, что те вещи, о которых существует предание поздних мудрецов, что они препятствуют тшуве, — как перечислил их Рамбам, благословенна его память, в Законах тшувы (гл. 4), — во всех них действует эта причина: грех полностью прилипает к человеку. Ибо такое дело является чем-то чуждым, и потому грех прилипает к нему. Но грех, который не прилепляется к человеку, — человек близок к тшуве. Таков смысл того, что от ереси нет тшувы: потому она и называется «минут» (ересь), что еретик является как бы отдельным видом (мин), отклонившимся от истины и укрепившимся в этом грехе, так что нет устранения этому греху. Так и разврат: когда человек полностью прилепился к нему, он облекается этим грехом, пока не становится другим человеком, ибо он облекается этим грехом.

Двадцать четыре вещи, перечисленные Рамбамом, благословенна его память, — все они таковы. Первая: тот, кто вводит в грех многих, — ему не дают возможности совершить тшуву (Пиркей Авот 5:18). Известно, что поскольку этот грех — введение многих в грех или препятствование им в исполнении заповеди — грех многих зависит от него (там же), он полностью сходит с пути. Мы уже говорили: чем сильнее грех является отклонением от подобающего, тем сильнее грех прилипает к человеку и тем тяжелее тшува.

Вторая: тот, кто совращает ближнего с прямого пути на путь зла. Это подобно первому — введению многих в грех. Но здесь, даже если речь не о многих, а лишь об одном, — поскольку тот человек шёл прямым путём, а он совратил его на путь зла, — это нечто чуждое, полное отклонение в сторону греха. Поэтому это препятствует тшуве, когда грех прилипает к человеку.

Третья: тот, кто видит, что его сын идёт дурным путём, и не протестует. Это непостижимо для разума и странно — видеть, как его сын идёт дурным путём, и не протестовать. Такой грех является полным отклонением. Поэтому этот грех крепко прилепляется к грешнику и укореняется в нём, препятствуя тшуве.

Четвёртая: тот, кто говорит «согрешу и раскаюсь» или «согрешу — и Йом Кипур искупит». Об этом сказали в трактате Йома (85б): говорящему «согрешу и раскаюсь, согрешу и раскаюсь» — не дают ему возможности совершить тшуву. Так же и говорящему «согрешу — и Йом Кипур искупит» — Йом Кипур не искупает. Ибо как может быть тшува для такого греха, когда сама тшува является причиной греха? Так и Йом Кипур, день искупления и прощения (Ваикра 16:30), — он становится причиной греха, а это совершенно неподобающе. Ибо тшува искупает человека, когда сама тшува — без греха. И Йом Кипур — когда этот день для него является днём искупления и прощения грехов. Но не тогда, когда тшува сама является сутью греха. Йом Кипур есть устранение греха, а не привнесение греха.

Пятая: тот, кто отделяется от общины. Мы уже разъяснили, что грех, отклоняющийся от подобающего и являющийся чуждым, не имеет тшувы. Тот, кто отделяется от путей общины, — нет большего отклонения от подобающего, чем это. Этот грех крепко прилипает к нему, и потому он препятствует тшуве.

Шестая: тот, кто оспаривает мудрецов. Это понятно — он отклоняется от подобающего пути, оспаривая мудрецов, которые олицетворяют разум, и это нечто чуждое. А всё чуждое укореняется в нём ещё сильнее, и это препятствует тшуве.

Седьмая: тот, кто насмехается над заповедями. Поскольку он насмехается над словами Бога живого, такой грех есть отклонение от подобающего, нечто чуждое, и грех прилипает к нему, препятствуя тшуве.

Восьмая: тот, кто позорит своих наставников. Поскольку он позорит того, кто привёл его к достоинству, — это полное отклонение и уход с пути. Поэтому грех прилипает к нему и препятствует тшуве.

Девятая: тот, кто ненавидит обличение. Это понятно: если бы грех не прилипал к нему так сильно, он не ненавидел бы того, кто обличает его за грех. Но грех полностью прилип к нему, и потому есть препятствие тшуве.

Десятая: тот, кто проклинает общину. Всякое дело, затрагивающее общину, — грех в нём считается полным отклонением и уходом, и это нечто чуждое. Ибо община — это всё, а он противостоит ей. Поэтому грех прилипает к нему и препятствует тшуве.

Одиннадцатая: тот, кто делит добычу с вором. Такой грех — когда человек сам ничего не делает, а лишь делит добычу с вором, — несомненно, он предаёт себя греху полностью, и грех крепко прилипает к нему, укореняется в нём и препятствует тшуве. Подобно чему-то совершенно чуждому, что укореняется в грехе и прилипает к нему, — так и этот укореняется в грехе. А сам вор, поскольку у него есть страх и стыд перед грехом, имеет искупление. Но тот, кто делит добычу с вором, — у него нет ни страха, ни стыда, и потому грех укореняется в нём.

Двенадцатая: тот, кто находит потерянную вещь и не объявляет о ней. Поскольку она попала к нему дозволенным путём, он предаёт себя греху, и поэтому грех сильнее прилипает к нему и укореняется в нём. Ибо когда человек боится греха, грех не прилипает и не укореняется в нём. Таков смысл сказанного мудрецами (Брахот 12б): всякому, кто совершает грех и стыдится его, прощают, — как мы разъясняли. Ибо поскольку он стыдится греха, он не предаёт себя греху, и грех не прилипает к нему, и потому он достоин прощения. А тот, кто находит потерянную вещь и не объявляет о ней, — у него нет стыда перед грехом, и тем самым он предаёт себя греху, и грех укореняется в нём, препятствуя тшуве.

Тринадцатая: тот, кто поедает имущество бедняков, сирот и вдов. Раавад, благословенна его память, объяснил, что читается «шод» (грабёж) с буквой «далет» — он забирает их землю в счёт долга и силой, пока те не уступают свои земли за бесценок, и говорит: «Я беру своё». Конец цитаты. Даже если читать «шор» (бык) бедняков — тоже означает их быка для пахоты. Этот грех, безусловно, прилипает к грешнику, по той причине, что он говорит: «Что я сделал? Я взял за свой долг». И это нечто совершенно чуждое, ибо эти бедняки сами по себе несчастны, а он добавляет им бедность поверх их бедности. И это препятствует тшуве.

Четырнадцатая: тот, кто берёт взятку, чтобы исказить суд. Нет, безусловно, греха, который был бы таким полным отклонением и так прилипал к грешнику, как этот: быть судьёй, чтобы судить по правде, и брать взятку, ради денег искажая суд. Поэтому такой грех прилипает к душе человека и препятствует тшуве.

Пятнадцатая: тот, кто ест трапезу, которой недостаточно для хозяев. Это тоже непостижимо для разума: хозяевам самим нечего есть, а он ест с ними.

Шестнадцатая: тот, кто пользуется залогом бедняка. Это тоже нечто чуждое, совершенно непостижимое для разума. Ведь этот человек и так беден, и из-за своей бедности заложил своё имущество, а тот пользуется им. Мы уже говорили, что всякое дело чуждое, выходящее за пределы разума, — такой грех прилипает к человеку и не имеет искупления.

Семнадцатая: тот, кто засматривается на запретных женщин. Это, безусловно, крепко связано с грехом, ибо он грешит душой — он смотрит на грех. Тот же, кто грешит развратом самим, — грех совершается его телом, которое предрасположено к греху. Но этот грешит душой, засматриваясь на запретное, и это препятствует тшуве.

Восемнадцатая: тот, кто возвеличивается за счёт позора ближнего. Поскольку он возвеличивает себя посредством того, что является грехом, грех прилипает к нему и препятствует тшуве.

Девятнадцатая: тот, кто подозревает достойных. Поскольку ему подобало судить ближнего оправдательно и не подозревать его, а он этого не сделал, — Святой, благословен Он, тоже не оправдывает его от греха, и потому это препятствует тшуве.

Двадцатая: сплетник. Двадцать первая: злословящий. Ибо эти два греха человек совершает постоянно, и потому такой человек называется «обладателем сплетен» и «обладателем злословия» — он является обладателем этого и привычен к этому чрезвычайно. Поэтому этот грех прилипает к нему, укореняется в нём и препятствует тшуве.

Двадцать вторая: тот, кто предаётся дурным помыслам. Когда дурные помыслы постоянно пребывают в его душе, они не отступят от него. Поэтому грех крепко прилипает к нему.

Двадцать четвёртая: тот, кто присоединяется к нечестивцу. Когда у него есть связь и привязанность ко злу, когда он называется товарищем злого человека, — зло не отступит от него. Так и этот грех не отступит от него.

Когда в человеке есть эти грехи, при которых тшува не подобает, то и другие грехи имеют препятствие к тшуве. И не стоит распространяться далее.

В первой главе трактата Авода Зара (17а) рассказывали об Элазаре бен Дурдае, что он не оставил ни одной блудницы, с которой бы не согрешил. Однажды услышал, что есть блудница в заморских городах, берущая полный кошелёк динаров за свои услуги. Взял он кошелёк динаров, отправился и пересёк ради неё семь рек. В разгар близости она испустила ветер. Сказала: как этот ветер не вернётся на своё место, так и Элазар бен Дурдая не будет принят в тшуве. Пошёл он и сел меж горами и холмами. Сказал: горы и холмы, просите за меня милосердия! Ответили ему: прежде чем мы попросим за тебя, нам нужно просить за себя, ибо сказано (Йешаягу 54:10): «Ибо горы сдвинутся и холмы пошатнутся». Сказал: небо и земля, просите за меня милосердия! Ответили ему: прежде чем мы попросим за тебя, нам нужно просить за себя, ибо сказано (Йешаягу 51:6): «Ибо небеса как дым рассеются, и земля, как одежда, обветшает». Сказал: солнце и луна, просите за меня милосердия! Ответили ему: прежде чем мы попросим за тебя, нам нужно просить за себя, ибо сказано (Йешаягу 24:23): «И устыдится луна, и посрамится солнце». Сказал: звёзды и созвездия, просите за меня милосердия! Ответили ему: прежде чем мы попросим за тебя, нам нужно просить за себя, ибо сказано (Йешаягу 34:4): «И истлеет всё воинство небесное». Сказал: дело зависит только от меня. Положил голову меж коленей и разрыдался, пока не отлетела душа его. Раздался Небесный глас и сказал: рабби Элазар бен Дурдая уготован для жизни грядущего мира. Но ведь здесь речь о грехе, и он умер? Там, поскольку он был чрезмерно привязан к греху, это подобно ереси. Заплакал Рабби и сказал: иной обретает свой мир в один час, а иной — за многие годы. Сказал Рабби: мало того что совершивших тшуву принимают, — их ещё называют «рабби».

Представляется, что его имя указывает на его сущность. Слово «Дурдая» означает винные отстои, осадок вина — отходы вина. А нечестивец называется «уксусом, сыном вина». И поскольку он грешил телом в разврате, он назывался «бен Дурдая» — весь он был отходами, подобно осадку. Но он был предуготовлен к тшуве. Поэтому он назывался «Элазар бен Дурдая»: «Элазар» — это сила тшувы в человеке, ибо Господь, благословен Он, помогает человеку, как сказали мудрецы (Йома 38б): приходящему очиститься — помогают. Как говорится: десница Святого, благословен Он, простёрта, чтобы принимать возвращающихся и поднимать их из бездны, дабы они не погибли, — и потому Святой, благословен Он, помогает ему. Как сказано в трактате Песахим (119а): рав Кагана от имени рабби Ишмаэля сына рабби Йоси, и мудрецы от имени Реш Лакиша от имени рабби Йегуды-наси — что означает написанное (Йехезкель 1:8): «И руки человека под крыльями их»? Написано «его рука» — это рука Святого, благословен Он, простёртая под крыльями ангелов, чтобы принимать совершающих тшуву вопреки мере суда. Поэтому он назван «Элазар бен Дурдая» — это имя весьма ему подходит. Ибо он весь был отходами, подобно осадку, но внутри осадка у него была готовая сила, благодаря которой Господь, благословен Он, помогал ему вернуться в тшуве. Поскольку рабби Элазар бен Дурдая был по своей сути предрасположен к греху, он был также по сути предрасположен к тшуве. Поэтому его имя указывало и на грех, и на тшуву — он назывался «Элазар бен Дурдая», как мы разъяснили выше. Ибо предрасположенный к тшуве предрасположен и к греху.

Сказано, что он не оставил ни одной блудницы, с которой бы не согрешил. И сказано, что он взял с собой полный кошелёк динаров и пересёк семь рек. Всё это рассказывается, чтобы показать, как он был привязан к греху — и душой, и телом, и имуществом. Сказано, что он услышал о блуднице в заморских городах, — а нет ничего, что требовало бы большего телесного усилия, чем идти таким далёким путём. Также он подвергал опасности свою душу, пересекая семь рек. А также полный кошелёк динаров, который она брала за свои услуги. Настолько он был привязан к греху, что отдавал за этот грех своё имущество, своё тело и свою душу. Стало быть, то, что он пересёк семь рек и блудница была в заморских городах, означает, как он преследовал грех, отправляясь в столь далёкий путь за море. И не просто далёкий путь, но семь рек разделяли его и блудницу. Везде число семь употребляется, когда хотят сказать о полном разделении между одним и другим — это встречается повсюду, смотри и найдёшь.

Сказано: «В разгар близости она испустила ветер» и т.д. Означает: когда он достиг предела греха, и уже невозможно ему совершить тшуву и остаться в живых, но лишь через смерть приходит ему искупление. Ибо, как мы сказали прежде (в начале главы) о ереси — «все приходящие к ней не возвратятся» (Мишлей 2:19): всякий, кто достиг этой меры, не возвращается в тшуве. А если они возвратятся — «не достигнут путей жизни» (там же), ибо они умирают, как там разъяснено. Смысл того, что они не достигнут путей жизни, в том, что через ересь человек становится как бы другим человеком, когда прилепляется к ереси, как было разъяснено. Поэтому «все приходящие к ней не возвратятся». Ибо уже разъяснено, что грешник, возвращающийся в тшуве, возвращается к своему началу, каким он был без греха. Но когда он стал другим человеком из-за ереси, полностью прилепившейся к нему, — здесь нет возвращения к началу. А если здесь есть тшува, она возможна лишь через смерть, и тогда тшува может устранить грех. Ибо тогда человек полностью возвращается к Господу, благословен Он, и тогда грех устраняется от него. Так же обстоит и с развратом, когда человек прилепился к разврату, как было разъяснено. Поэтому сказано (там, в Гемаре): «В разгар близости она испустила ветер».

Она сказала: как этот ветер не возвращается на своё место, так и Элазар бен Дурдая не возвращается на своё место. Означает: он не возвращается, оставаясь в живых. В Гемаре разъясняется (Авода Зара 17а): поскольку он был настолько привязан к разврату, это считается подобным ереси. Раз он был так привязан к разврату, он как бы превратился в другого человека, и тшува ему более не помогает, кроме как через смерть. Следует знать, что грешник гонится за тем, что есть дуновение и суета, как сказали мудрецы, благословенна их память (Йевамот 37б): «зима» (разврат, Ваикра 18:17) — «зу ма ги» (что это?). Ибо это лишь дурное влечение и ничего более. И когда рабби Элазар полностью прилепился к разврату, он сам стал чем-то, не имеющим сути, — подобно самому разврату, который есть нечто, не имеющее сути. Поэтому она испустила ветер и сказала: «Как этот ветер не возвращается на своё место» — ибо в ветре нет сути и собственной силы, так и рабби Элазар стал чем-то ветреным, не имеющим сути, и нет ему возвращения. Ибо он уже как будто более не человек, и к нему не применимо возвращение и тшува.

Сказано: «В разгар близости». Имеется в виду, что сам грех вызвал в нём тшуву. Ибо когда он был полностью испорчен, тогда тшува пришла к нему, чтобы он не погиб. Поэтому «в разгар близости она испустила ветер» — благодаря этому он вернулся в тшуве, дабы не погибнуть. Ибо в нём была сила тшувы, как указывает его имя.

Поэтому он сказал: «Горы и холмы, просите за меня милосердия». Объяснение: поскольку Элазар бен Дурдая не мог вернуться в тшуве при жизни, он сказал: быть может, он обретёт существование благодаря другим. Поэтому сказал: «Горы и холмы, просите за меня милосердия». Смысл просьбы о милосердии таков: хотя он склонился к греху и стал как ничто, он подумал: быть может, когда он соединён с иными сущими, он будет считаться чем-то и обретёт существование. Ведь многие вещи не считаются чем-то сами по себе, но когда они соединены с другими, они обретают некое существование. Поэтому он сказал: «Горы и холмы, просите за меня милосердия». Ибо горы и холмы относятся к нижним сущим, и человек тоже относится к нижним сущим. Поэтому он сказал: «Просите за меня милосердия» — даже если у него нет существования самого по себе, он включён в число других сущих. Они ответили, что они сами подвержены уничтожению, и потому как от них может прийти существование человеку.

Тогда он сказал: «Солнце и луна, просите за меня милосердия». Ибо солнце и луна обладают большим существованием, и если у него есть связь с солнцем и луной, он будет включён в число существующего. Тогда солнце и луна ответили: «Прежде чем мы попросим за тебя милосердия...» и т.д. То есть у них самих нет постоянного существования: свет, указывающий на их бытие, — у них нет постоянства, ибо «устыдится луна и посрамится солнце» (Йешаягу 24:23). И как от них может прийти существование человеку, ставшему ничем? Ибо его просьба состояла в том, чтобы он не был утрачен для грядущего мира. А все эти сущие не будут существовать в грядущем мире, ибо они не относятся к грядущему миру. Поэтому они ответили: как может от этих сущих прийти человеку существование для грядущего мира?

Затем он сказал звёздам и созвездиям, чтобы они просили за него милосердия. Ибо созвездия и звёзды находятся на восьмой сфере сами по себе и считаются обладающими большим бытием — выше них ничего нет. И созвездие наделяет мудростью — стало быть, у созвездий есть близость к разуму. Поэтому он сказал, что они попросят за него милосердия, — имея в виду, что он обретёт существование благодаря другим. Они ответили: «Прежде чем мы попросим за тебя, нам нужно попросить за себя». Ибо все они подвержены уничтожению в грядущем мире и вовсе не будут существовать, — и как от них может прийти существование?

Поэтому он сказал: «Дело зависит только от меня». И положил голову меж коленей и разрыдался, пока не отлетела душа его. Раздался Небесный глас: «Рабби Элазар бен Дурдая уготован для жизни грядущего мира». Заплакал Рабби и сказал: «Иной обретает свой мир в один час, а иной — за многие годы. И мало того что совершивших тшуву принимают — их ещё называют рабби». Всё это потому, что тшува есть устранение материального, в котором коренится грех. Поэтому его называют «рабби» — как если бы он стал существом разумным. Ибо когда он устранил своё тело через тшуву и достиг смерти, он стал разумным, как если бы полностью отделился от тела.

В главе «Бама бегема» (Шабат 56б) сказал Рав: нет более великого совершившего тшуву, чем Йошиягу в его поколении, и один в нашем поколении. Кто это? Аба, отец рабби Ирмии бар Аба. А по другой версии — Аха, брат Аба, отца рабби Ирмии бар Аба. Ибо учил мар: рабби Аба и Аха — братья. Сказал рав Йосеф: и ещё один в нашем поколении. Кто это? Укван бар Нехемья, эксиларх. Он же — Натан Цуцита. Сказал рав Йосеф: я сидел на уроке и дремал и увидел во сне, что Он простёр руку и принял его.

Тосафот (там же) объяснили, что в мидраше сказано: над его головой горел светильник, и потому он назывался «Цуцита». Конец их слов. Смысл этого светильника в том, что светильник — это отделённый свет, пребывавший над его головой, ибо голова принимает всякое отделённое достоинство, подобно тому как помазывали царей и святых священников елеем помазания на голову. Поскольку через тшуву он обретал отделённую Божественную ступень, сказано, что над его головой горел светильник, и потому он назывался «Натан Цуцита». Из этого высказывания ты можешь постичь ступень и достоинство тшувы.