Pardes Rimmonim 8

«И возвышаются в речении и совокупности и исчислении» — этот вопрос на первый взгляд весьма труден, ибо речь идёт о пяти вещах: тиккун (исправление), цируф (сочетание), маамар (речение), михлаль (совокупность) и хешбон (исчисление). И так их разъяснение изложено в книге Маайян а-Хохма, и вот его слова: «Это тиккун и цируф, и маамар, михлаль и хешбон — то есть Непроизносимого Имени в ответвлениях корня движения, усиливающегося в тринадцати видах перестановок. Каков тиккун? Извлечь предмет посредством речения, а речение — посредством предмета, и тиккун — в цирупе, и цируф — в тиккуне, и михлаль — в хешбоне, и хешбон — в михлале, дабы установить все предметы в источнике пламени, и пламя — в источнике, без исследования и без числа, от Света, сокрывающегося в прибавлении сокрытой тьмы, и привести всё к мастерству, завершаемому в тринадцати видах перестановок» — конец цитаты.

На первый взгляд представляется, что рабби Нехунья записал лишь три — маамар (речение), михлаль (совокупность) и хешбон (исчисление), и нам необходимо понять, что это и к чему это. Прежде подобает войти в разъяснение этих пяти вещей и их описания. В Сефер а-Кане они разъяснены кратко, и вот его слова: «Тиккун — чтобы ты знал Имя от начала до конца, как оно написано. Цируф — чтобы ты сочетал его в двадцати двух алефбетах, что в Сефер Йецира Авраама Авину, и умел составить из каждого сочетания маамар (речение). А затем — включить всё воедино, и это михлаль (совокупность). А затем — знать хешбон (исчисление), дабы не ошибиться в сочетании букв и также в их огласовках» — конец цитаты.

И его слова относятся к толкованию сорокадвухбуквенного Имени, выводимого из «Берешит», как мы разъясним в Шаар Пиртей а-Шемот.

Он разъяснил, что тиккун состоит в том, чтобы человек знал Имя в порядке его написания и исправления. И это разъяснено также в одной барайте, приписываемой Шимону а-Цадику, мир ему, и вот его слова: «Сказал Шимон а-Цадик своим ученикам: знайте, что Непроизносимое Имя делится на пять частей, а именно: тиккун, цируф, маамар, михлаль и хешбон. Тиккун — чтобы человек начал свой порядок от начала до конца, подобно трём стихам, именуемым Именем из семидесяти двух, а это — Вайиса, Вайяво, Вайет. Первый — от начала к концу, средний — от конца к началу, последний — от начала до конца, и таков порядок их прочтения: Ваху, Йели, Сит и т.д.» — конец цитаты к нашей теме.

Его слова согласуются со словами [Сефер] а-Кане, который сказал, что тиккун — это чтобы человек сначала знал исправление Имени, которым он занимается, а затем оттуда перейдёт к другим вопросам. И возможно, что этот вопрос назван «тиккун» (исправление) потому, что это исправление и упорядочение Имени без путаницы и искажения, и это — тиккун. Однако слова книги Маайян а-Хохма не указывают на это, ибо там сказано: «Каков тиккун? Извлечь предмет посредством речения, и речение посредством предмета» и т.д. — и эти слова, на первый взгляд, не соотносятся с тем, что мы разъяснили относительно тиккуна. Поэтому нам необходимо разъяснить слова книги Маайян а-Хохма.

Цируф (сочетание) — пример этого: если перед нами четырёхбуквенное Имя, которое мы желаем сочетать, то сочетания его букв составят двенадцать слов, как они сочетаются в Шаар Пиртей а-Шемот, глава 9, в двенадцатибуквенном Имени.

После завершения двенадцати, когда мы приходим к тринадцатому, цируф возвращается к тиккуну, который является его источником. И это — тиккун, приходящий к цирупу, и цируф, возвращающийся к тиккуну, ибо по завершении цирупа предмет возвращается к своему источнику, то есть к тиккуну, который есть Имя в его написании. И это несомненно указывает на связь ветвей, которые суть сочетания, сочетающиеся из Имени, которое является корнем, и они держатся за свой корень, выходят и распространяются, и возвращаются и входят в свой источник. И таков же путь к сочетанию и перестановкам Имени в двадцати двух алефбетах, записанных нами в Шаар а-Цируф, — через них оно сочетается двадцать два раза, и когда мы приходим к двадцать третьему сочетанию, цируф возвращается к своему источнику, то есть к тиккуну, и всё это указывает на ветви, объединяющиеся с корнем. Цируф возвращается к тиккуну, и тиккун — к цирупу. Поэтому созерцающему мудрость цирупа необходимо, прежде чем приступить к цирупу, знать, является ли Имя перед ним корнем или ветвью, дабы знать место питания ветвей от корня, чтобы мог объединить ветви с их корнем. Как если бы, например, перед ним было МАЦПАЦ, которое в системе А"Т Б"Ш является ЙХВХ, — он должен знать, является ли это Имя МАЦПАЦ источником или корнем, и затем вращать его в цирупе. Ибо пример этого: если он будет вращать МАЦПАЦ, когда дойдёт до двадцать третьего, которое является завершением всех алефбетов и их началом, неизбежно Имя вернётся к МАЦПАЦ, которое было их источником. Окажется, что бедняк в своём невежестве перевернул порядок — он думал, что МАЦПАЦ является корнем, и от него распространяются двадцать две ветви, а четырёхбуквенное Имя, выводимое из него путём перестановки А"Т Б"Ш, является ветвью. Несомненно, он ходил во тьме, и нет ему света. Ибо то, что он считал ветвью, — корень, а то, что считал корнем, — ветвь. И это означает, что тиккун нужен, чтобы извлечь цируф посредством тиккуна и тиккун посредством цирупа, как сказано в книге Маайян Хохма. И так же обстоит дело с маамаром и михлалем: ибо из тайны цирупа нужно уметь составить маамар. Пример этого: после того как он совершит в цирупе одно из сочетаний, он составит из него маамар (высказывание), в котором будет некий смысл. Например: когда человек сочетает слово «Шломо» (Шин-Ламед-Мем-Хей), он составит из него маамар, из которого будет понята некая идея, как Ш"Л М"Х — это два высказывания, и значение М"Х по гематрии равно четырёхбуквенному Имени в его наполнении, то есть Хохме. И Ш"Л означает, что оно «принадлежит» Хохме, которая именуется М"Х, как разъяснено. Или же смысл в том, что Тиферет, именуемый Шломо, является «шель» (принадлежащим), то есть как (Дварим 19:5) «и соскользнуло железо» — отделение, отделился и эманировался от Хохмы, которая есть М"Х. А затем мы сочетаем его как ШАЛА"М Х"Э — ибо их излиянием создаётся Малхут, которая есть буква Хей, — шлема (совершенная). И это маамар. А то, что сказано «извлечь маамар посредством предмета и предмет посредством маамара» — после того как из цирупа составлен маамар, из маамара составляется «давар» (предмет, слово), а из слова — маамар. Пример: ведь тиккун «Шломо», который является источником, мы сочетали как Ш"Л М"Х — это цируф. Затем из этого цирупа составляется маамар, то есть Шин-мила (буква «Шин» — слово). Затем из этого составляется давар, то есть толкование: Тиферет, именуемый Шин, — ламма (зачем)? Он желает сказать: Шин — это Бина, именуемая Шин, корень Древа, как разъяснено в Тикуним, и мы привели это в Шаар ми-Мата ле-Маала. А «мила» означает Голос, то есть Тиферет, исходящий из Бины. Ещё можно составить из цирупа ША"М Л"А маамар — «шам ла» (там ей). Затем из этого маамара составляется давар — толкование маамара: «шам» — четырёхбуквенное Имя объединяется с Малхут, то есть «шам ла» — «там для Хей последней», которая есть Малхут. И после того как составлен давар, предмет возвращается к маамару. И затем из маамара составляется михлаль — включение слова в слово, если потребуется. Пример: «Шломо Элоким» — сочетаются два слова вместе и включаются, чтобы составить маамар: ШАЛА"М а-Эль ми-Ях — у сочетающего есть сила соединить и включить оба вместе. И составляется из них давар — толкование: основа совершенства Бога (Хесед) — от Ях, то есть от Хохмы, и всё посредством «Шломо Элоким» — Тиферет и Малхут, через которых излияние изобилия посредством единения. И так же включаются: Ш"Л ме-а-Эль м"и — это михлаль и маамар, и из них составляется давар — толкование: «ми» — Бина, нисходит и изливает излияние от Бога (Хесед). А поскольку михлаль — это вещь, смущающая разум обилием путаницы, необходимо знать число букв и их счёт, и это хешбон. И также этот вопрос нуждается в числе букв, то есть их счёте и числе: если потребуется из одной буквы сделать две или из двух — одну, путём соединения и разделения, разъяснённых в Шаар а-Цируф, — он сделает это и не ошибётся, и это — михлаль посредством хешбона и хешбон посредством михлаля. «Дабы установить все предметы в источнике пламени» и т.д. — когда хешбон возвращается к михлалю, михлаль к маамару, маамар к цирупу, а цируф к тиккуну — это возвращение пламени к источнику, ибо частности возвращаются к общему, а общее — к источнику, который есть цируф, а цируф — к тиккуну, то есть даже само пламя — в источнике. И чтобы утвердить этот вопрос в нашем разуме, мы ещё продолжим, хотя это и не относится непосредственно к данному Шаару. Скажем, что суть этого вопроса в том, что каждое собрание букв Имён и каждое собрание букв Торы суть силы, объединяющиеся воедино, ибо у каждой буквы есть своя духовность и душа, а когда столько букв сочетаются вместе, как слово «Берешит», это один ангел и одна сила, под которой шесть сил — шесть букв, и под ней множество видов сил и множество видов духовности. Ибо всё, что обретёт разумеющий в их сочетаниях, — пусть не думает, что он изобрёл то, чего не существовало в мире: он лишь обнаружил часть скрытых сил, ответвляющихся. И все сочетания слова суть ветви, ответвляющиеся от той силы и духовности, и чем дальше сочетание от слова, тем больше оно ответвляется в частности, и из этого человек может познать величие своего Творца и Его возвышенность.

Когда же он возвращает предметы к источнику пламени, он познаёт и устраняет из мощи цирупа высоту их достоинства. И когда он пожелает сочетать слово из слов Торы во всех возможных сочетаниях, закончатся его дни и ночи, а они не закончатся — от множества постигаемых вещей через двадцать два алефбета из Сефер Йецира и через бесчисленные числа и сочетания. Потому нужно установить предметы в источнике пламени до бесконечности и т.д., «от Света, сокрывающегося в прибавлении» и т.д. То есть он познает из тиккуна, цирупа, маамара, михлаля и хешбона, что нет исследования Свету, сокрывающемуся, — это ветви, раскрывающиеся посредством цирупа и вновь сокрывающиеся в своём источнике, а это Кетер Элион, в котором все ветви сокрыты в тайне возвращения предметов, нитей и языков пламени к их источнику. «В прибавлении тьмы сокрытой» — в прибавлении святости Эманатора, Эйн Соф, Который есть тьма в отношении постижения, и потому назван «тьмой сокрытой», ибо является тьмой по причине сокрытия. Но по истине Он — Свет для всех светов, ибо когда ветви сокрываются в Кетер Элион, а Кетер — в Эйн Соф, тогда, несомненно, там предметы возвышаются настолько, что мысль не способна представить себе мощь возвышенности ветвей. Потому нужно привести всё к «мастерству, которое завершается», то есть к Малхут, что в Кетер, в которой сокрытие всех предметов, и там — предел постижения, ибо оттуда и выше нет разумения. И это противоположно тому, что сказано в начале его слов: «В ответвлениях корня движения, усиливающегося в тринадцати видах перестановок» — это указывает на их корень, усиливающийся через тринадцать мер, где корень и источник всех предметов, откуда их выход и эманация, ибо он — корень, а силы — ветви, ответвляющиеся от него. Но при возвращении всего — возвращении предметов к источнику — у человека нет сил вознести и укоренить их иначе, как лишь в «мастерстве, которое завершается», как разъяснено. «В тринадцати видах перестановок» — установить предметы в их источнике, а это тринадцать мер милосердия, включённых в Кетер, ибо там сокрытие всех предметов и там предел постижения, ибо там они сокрываются. И названы «видами перестановок», ибо они различаются между собой — меры не равны, но отличаются друг от друга, и они — тринадцать источников в Кетер. И этим разъяснён вопрос тиккуна, цирупа, маамара, михлаля и хешбона, и разъяснены отчасти, ибо в них заключён обширный предмет, и нет у нас, в нашей скудости, того, кто постиг бы и малую толику, пока Господь не помилует с небес. И попутно были отчасти разъяснены слова рабби Нехуньи бен а-Кана, мир ему. И всё же мы не уберём руки от его слов, где сказано «и возвышаются» и т.д. — столпы эти возвышаются в высоте исчисления без предела, к ветвям, ответвляющимся через маамар, михлаль и хешбон: когда мы включаем их и составляем из них маамары, и включаем, а затем исчисляем их в исчислениях, — они возрастают без предела, и этим мы можем лишь намекнуть. И отсюда разумеющий может понять, что достоинство этих столпов, когда мы рассматриваем их по два, создаёт Свет более отборный, чем когда рассматриваем каждый сам по себе. И так, если рассматриваем их по три, возрастает ещё более чистый и отборный Свет, чем когда по два. И так возрастают без предела путём тиккуна и цирупа, путём маамара, путём михлаля и путём хешбона. Пример: представим в уме, что эти шестьсот двадцать столпов Света суть шестьсот двадцать букв, и разделим их по два и сочетаем эти слова по возможному сочетанию; затем разделим по три буквы и сочетаем; затем по четыре и сочетаем — пока не дойдём до того, что шестьсот двадцать букв вместе составят одно слово и сочетаем их по способу цирупа, — число их слов возрастёт без предела. И это он сказал: «В сочетании высоты их роста» — «высота их роста» — это их тиккун: иногда по два, и вот один тиккун, и по три — иной тиккун. И так для всех чисел, пока их тиккуном не станут шестьсот двадцать букв, и затем они сочетаются, и в этом их тонкость возрастает без предела. И это «в сочетании», то есть цируф; «высота их роста» — тиккун; «и нет предела их тонкости» — как разъяснено. И когда изучающий пожелает постичь мощь возвышенности этих столпов, пусть вдумается своим разумом в их совокупность, упорядоченную в Шаар а-Цируф, и там постигнет своим разумом порядок цирупа и его суть, и как он возрастает до того, что уста не в силах произнести и ухо — услышать, и тогда несомненно постигнет мощь их возвышенности — «нет предела их тонкости». И причина того, что сказано «нет предела их тонкости», — в том, что благодаря тонкости возникают эти многочисленные аспекты, ибо тонкость и эманация постигаются в том, что при объединении двух следствий вместе возникает иной аспект по сравнению с одним следствием в отдельности. Причина в том, что при их объединении вдвоём происходит прилепление и единение следствия с его причиной, и увеличивается добавление достоинства в причине и в следствии: в следствии — из-за его близости и единения с причиной, а в причине — потому что причина нуждается в следствии, как мать нуждается в ребёнке, чтобы у неё прибавилось молоко. И подобными путями — множество, ибо даже если следствие объединится не со своей причиной, неизбежно одно из двух: оно либо выше, либо ниже его, и в любом случае — совершенство их единения. И так, если объединятся три буквы, — достоинство ещё выше, и Свет их умножится, ибо причина и следствие объединились с их высшей причиной, и подобным образом. Поэтому, чем более умножаются буквы, тем более умножаются Света и умножаются аспекты. Причина в том, что тонкость следствий объединяется с одной стороны и с другой стороны, и так через множество аспектов и предметов — благодаря их тонкости. И сказано, что они возвышаются ещё через маамар, михлаль и хешбон, ибо когда мы представим перед собой шестьсот двадцать букв, записанных по порядку в одном слове, — сколько маамаров, михлалов и хешбонов мы можем произвести из этого слова, и из них познать и распознать их возвышение и достоинство.

Итак, разъяснено, что рабби Нехунья бен а-Кана уже упомянул тиккун и цируф в словах «в сочетании высоты их роста». И если изучающий вникнет глубже, он увидит, что это согласуется с тем, что мы толковали в предыдущей главе, — и то, и другое суть слова Бога живого, и всё восходит к одному месту. Ибо посредством цирупа также аспекты переворачиваются: последний становится первым, а первый — последним, конец — серединой, а середина — концом, начало — серединой, а середина — началом, и усматриваются ещё три аспекта, переворачивающиеся из мужского в женское, из излучающего в принимающее излучение, и это и есть сам цируф в отношении включённости, когда каждый включается в ближнего, как мы разъясним в Шаар а-Цируф, с Божьей помощью. «Выходит из источника пламени» — ибо через тиккун и цируф, через маамар, михлаль и хешбон они распространяются во множество предметов, и все выходят и распространяются от источника пламени, который есть Источник. И возможно, что «источник пламени» — это уголь, а именно Йуд, которая есть Хохма, и от неё распространение пламени, то есть Вав-Хей, ибо так разъяснил Рашби, мир ему, и мы разъясним это в Шаар а-Кинуим в отношении «уголь». Причина в том, что от Хохмы — распространение предметов от Источника, и оттуда выходит пламя, чтобы ответвляться, «до бесконечности и без числа» — распространение ветвей от Источника до бесконечности и без числа, как разъяснено. И сказано «от Света, сокрывающегося». А в книге Маайян а-Хохма сказано «к Свету, сокрывающемуся». Суть в том, что в книге Маайян а-Хохма сказано «установить все предметы» и т.д. — это возвращение предметов к Источнику, как разъяснено, потому сказано «к Свету, сокрывающемуся». А здесь имеется в виду продолжить и извлечь предметы из Источника, как сказано «выходит из источника» и т.д., потому сказано «от Света, сокрывающегося», то есть от Кетер, который сокрыт даже от воображения и мысли. А «тьма сокрытая» — это Первопричина, Эманатор всего эманированного. И названа «тьмой», ибо для нашего постижения Она — тьма, поскольку нет в Ней постижения, подобно тому как нет постижения во тьме, и чтобы указать на это, называет Её «тьмой сокрытой» — тьмой по причине сокрытия. И сказано, что при прибавлении излияния от «тьмы сокрытой» в «Свет сокрывающийся» тогда ветви возвышаются и умножаются без предела в тайне их сияния друг в друге, и тогда включаются без предела в тайне тиккуна, цирупа, маамара, михлаля и хешбона, как разъяснено. «Это реальность, известная разумеющим, в тринадцати видах перестановок» — у нас есть знание лишь от источника пламени, который от Хохмы и ниже является раскрытым, ибо Кетер сокрыт и непостижим. И сказано, что реальность его постижения — через тринадцать видов перестановок, то есть тринадцать мер, которые также пребывают в Кетер, и через них есть некоторое постижение и разумение, ибо через них действие Кетер в тайне тринадцати раскрывается в тринадцати, и тринадцать — в тринадцати, до последней ступени. И названы «перестановками» — то есть меры, различающиеся между собой, и так разъяснено в книге Маайян а-Хохма: перестановки — это меры, а меры — перестановки. «Которые открыты и сокрыты и расположены на Кетер точно» — эти меры открыты в тайне пределов, которых двенадцать, и сила, включающая их, — тринадцатая, и это — Тли, Гальгаль и Лев. И это тринадцать открытых. И они сокрыты в тайне возвышающегося Источника — тринадцать в Кетер, и через открытые мы познаём сокрытые. И это он сказал: «Они открыты и сокрыты и расположены на Кетер» — они именно в Кетер, не ниже, но меры — в самом Кетер, в его реальности, и они — источники для тринадцати мер, которые суть три раза тринадцать в Тли, Гальгаль и Лев, как разъяснено в Шаар Пиртей а-Шемот, в семидесятидвухбуквенном Имени. И разъяснил, что тринадцать видов перестановок — это МАЦПАЦ и т.д., и сказал, что они «расположены на Кетер», а не «в Кетер» — ибо они в отношении того, как Этот Эманированный объединяется с Эманатором. На этом мы достигли того, чем одарил нас наш Творец в толковании этого речения рабби Нехуньи. И относительно Кетер и этих тринадцати мер — есть толкователи, объяснившие, что это тринадцать источников, и мы разъяснили их подробно, но из любви к краткости не приводим здесь.