Kuntres Amalah shel Torah

«Всякий, кто умножает рассказ об исходе из Египта, — достоин похвалы». Из этого следует, что нужно обновить нечто в теме исхода из Египта, ибо иначе, кроме самого рассказа, мы не знаем ничего, кроме написанного в Торе и переданного мудрецами, благословенна их память. И мы не находим, чтобы установили упорядочить все рассказы — даже для исполнения заповеди наилучшим образом и для самых ревностных. Следовательно, «умножающий», который «достоин похвалы», — это тот, кто способен обновить и добавить к рассказу из собственного разумения некие славословия Вездесущему за добро, которое Он сотворил нам при исходе из Египта, помимо рассказанного и известного. И так же история о том, как рассказывали всю ночь, — несомненно тоже означает, что они обновляли и толковали, каждый от себя. И из того, что мы не находим их рассказов в Мидрашах, Мехильте и подобных изречениях мудрецов, благословенна их память, видно, что, поскольку учеников не было с ними, по-видимому, они занимались тайнами и сокровенным, что не подлежит раскрытию ученикам. И потому их слова не были раскрыты нам. И представляется, что сказанное «всякий, кто умножает» — слово «всякий» приходит включить, что тогда каждому позволено умножать, как известно из книг, что Песах намекает: «пе сах» — «уста говорят». Ибо прежде речь была в изгнании, как известно, — ведь сам Моше-рабейну, мир ему, сказал: «Я не муж слов». И всякий, кто удостоится постичь свет исхода из Египта — то есть исход речи из изгнания, который пробуждается каждый год в это время, как известно о святости времён, — сможет умножать речи по своему желанию. И я слышал намёк: «И возвратились, и расположились станом пред Пи а-Хирот» — что нужно обдумать и остановиться, прежде чем выпустить уста на свободу (хирут) говорить всё, что приходит на ум. И этот стих сказан о третьем дне Песаха, когда они вернулись в сторону Египта и побудили египтян вернуться и преследовать их, ибо сокрылся свет, бывший в первые два дня. Ведь и второй день за пределами Земли Израиля несёт тот же свет, что и первый день, и они тоже были тогда за пределами Земли Израиля. Хотя они сами освящали месяц там и знали, когда Рош Ходеш, тем не менее ощущали святость, которой предстояло быть во второй праздничный день диаспоры за пределами Земли Израиля. И потому в первые дни Песаха уста говорят свободно, по желанию. И лишь на третий день намекается, что нужно ещё много размышлять перед речью, ибо ещё не наступила полная свобода.