ויקרא
1 · Ваикра
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
זכרון תרועה. זכרון פסוקי שופרות לזכור להן עקדת יצחק שקרב תחתיו איל. ולא באר לנו הכתוב במה תהיה התרועה אם בשופר אם בחצוצרות, וכן טעם התרועה למה ועל מה, גם לא באר שהיום הזה הוא יום הדין, וסתם הכתוב בשתי מלות אלה זכרון תרועה וסמך על הקבלה כי לא מסרה הכתוב אלא לחכמים, והם קבלו שהתרועה הזאת בשופר מגזרה שוה דתרועה תרועה האמור גבי יובל (ויקרא כ״ה:ט׳) והעברת שופר תרועה, ומה התם בשופר אף כאן בשופר, ומה שהוא יום הדין נרמז במלת זכרון כי הוא לשון נופל על הדין (במדבר ה׳:ט״ו) מזכרת עון (יחזקאל כ״א:כ״ח-כ״ט) והוא מזכיר עון להתפש, וכן לשון פקידה מדת הדין, מלשון (שמות כ׳:ה׳) פוקד עון אבות, ובפירוש אמרו ז"ל פקדונות הרי הן כזכרונות. נמצא שהכתוב באר ברמז כי היום הזה יום הדין ראוי לשמוע בו קול תרועה בשופר כמו שקבלו רבותינו ז"ל.
English translation not yet available
[14] «זִכְרוֹן תְּרוּעָה» (Ваикра 23:24). «Зихарон» — [то есть] чтение стихов о шофарот, чтобы вспомнить им акедат Ицхак, ибо вместо него был принесён баран. Но Писание не разъяснило нам, чем будет эта теру’а: шофаром или хацоцрот; и также смысл теру’а — почему и ради чего; и не разъяснило, что этот день — день суда. И Писание ограничилось этими двумя словами: «זכרון תרועה», и опёрлось на каббалу, ибо Писание не передало этого, кроме как мудрецам; и они приняли, что эта теру’а — шофаром, из ге-зера шава «תרועה תרועה», сказанного о Йовеле (Ваикра 25:9): «и проведёшь шофар теру’а»; и как там — шофаром, так и здесь — шофаром. А то, что это день суда, намекнуто словом «זכרון», ибо это выражение, употребляемое о דין, как (Бамидбар 5:15) «מזכרת עון», и (Йехезкель 21:28–29) «и он напоминает грех, чтобы быть схваченным»; и также выражение «פקידה» — мера суда, как (Шмот 20:5) «покед вину отцов». И в явном виде сказали мудрецы, что «פקדונות הרי הן כזכרונות». Получается, что Писание разъяснило нам намёком, что этот день — день суда, и подобает слышать в нём звук теру’а на шофаре, как приняли наши учителя, да будет память их благословенна.
זכרון תרועה, “a remembrance with the blast of the Teruah.” On that day we are to recite verses which mention the blowing of the shofar and verses in which G’d is mentioned as remembering Israel. We are to remind the Lord of Yitzchak who was prepared to give his life for Him and in whose place the ram which had got entangled by his horns was offered up instead (Genesis 22,13). The Torah here does not mention whether this remembrance is to occur by means of the blast of the Teruah sound with the trumpet or with the shofar; besides we do not understand the significance of that sound in this connection. Moreover, the Torah does not reveal at this point that the date mentioned, i.e. the first day of the seventh month, is the Day of Judgment. All the Torah reveals here is that there is a work-prohibition similar to that of the Sabbath on that day, that it is a holy convocation. Clearly, the details of this legislation have been revealed only orally, Moses telling our sages. They have a tradition that the Teruah´s sound which the Torah speaks of is to be emitted by a shofar. The linkage to the written Torah is established via the Teruah sound blown by a shofar which is mentioned in connection with the Jubilee year (compare Rosh Hashanah 34).The fact that this is the date of the Day of Judgment is alluded to by the word זכרון, i.e. the day when G’d remembers all of man’s deeds of the previous year. The word זכרון occurs in connection with judgment also elsewhere. One such example is Numbers 5,15 מזכרת עון, “a remembrance of guilt. Another example is found in Ezekiel 21,28: והוא מזכיר עון להתפש, “and it shall serve to recall their guilt.” The word פקד also means “to remember,” and occurs in connection with sin being remembered such as in Exodus 20,5 פוקד עון אבות, “who recalls the guilt of the parents, etc.;” our sages in Rosh Hashanah 32 state explicitly that פקדונות הרי הן כזכרונות, the former word means the same as the latter word זכרונות. In other words, there are adequate hints in our verse that the day mentioned is the Day of Judgment. On that day it is appropriate for us to listen to the sound of the teruah blown on the shofar as stipulated by our sages.
English translation not yet available
[15] «זכרון תרועה» — «воспоминание с трубным возгласом теру’а» (Ваикра 23:24). В этот день мы должны произносить стихи, где упоминается трубление в шофар, и стихи, где Всевышний упоминается как помнящий Израиль. Мы должны напомнить Господу об Ицхаке, который был готов отдать за Него жизнь и вместо которого был вознесён баран, запутавшийся рогами (Берешит 22:13). Тора здесь не упоминает, должно ли это «воспоминание» происходить посредством звука теру’а, издаваемого трубой, или шофаром; кроме того, мы не понимаем значения этого звука в данной связи. Более того, Тора не раскрывает здесь, что указанная дата, то есть первый день седьмого месяца, — это День суда. Всё, что раскрывает здесь Тора, — что в этот день есть запрет работы, подобный субботнему, и что это священное собрание. Очевидно, подробности этого закона были переданы только устно — Моше сообщил их нашим мудрецам. У них есть традиция, что звук теру’а, о котором говорит Тора, должен издаваться шофаром. Связь с письменной Торой устанавливается через звук теру’а, трубимый шофаром, который упомянут в связи с годом Йовель (ср. Рош а-Шана 34). То, что это — дата Дня суда, намекается словом «זכרון», то есть день, когда Всевышний «вспоминает» все деяния человека за прошедший год. Слово «זכרון» употребляется также и в связи с судом в других местах. Один пример: «מזכרת עון» — «напоминание о вине» (Бамидбар 5:15). Другой пример: (Йехезкель 21:28) «והוא מזכיר עון להתפש» — «и он будет напоминать о вине, чтобы быть схваченными». Слово «פקד» также означает «вспоминать» и употребляется в связи с тем, что грех “вспоминается”, как в (Шмот 20:5) «פוקד עון אבות» — «припоминающий вину отцов и т. д.»; наши мудрецы в Рош а-Шана 32 сказали явно: «פקדונות הרי הן כזכרונות» — первое слово означает то же, что и слово «זכרונות». Иначе говоря: в нашем стихе есть достаточные намёки, что упомянутый день — День суда. В этот день подобает нам слушать звук теру’а, трубимый шофаром, как установили наши мудрецы.
ומה שבאה פרשה זו סתומה יותר משאר פרשיות המועדים, הענין הוא מה שידוע בעניני תורתנו הקדושה אותם שהן מפנות הדת ומעקריה, כי כל מה שהענין יותר נעלם ויותר פנימי הוא יותר סתום ובא הלשון בו בדרך קצרה ובמלות מועטות, כענין המצוה שבתפילין שהזכיר בו הכתוב (שמות ג) והיה לאות על ידכה ולטוטפות בין עיניך, ולולא הקבלה לא היינו עומדין על עיקר מצוה זו מה היא, גם לא מנין הפרשיות כמה הן, גם לא היינו משיגים ממשמעות הכתובים המקומות שבגוף המיוחדים להם שבהם ראוי להניחן, וכן מצות ציצית שאמרו רז"ל שהיא שקולה כנגד כל המצות שבתורה, לא היינו יודעים משפטה בשמונה חוטין וחמשה קשרים לולא קבלת רז"ל, כי לשון הכתובים בזה סתום מאד. גם בכאן באחד לחדש שהוא תחלת חשבון העשרה הנשלם ביוה"כ יש בו מן הסוד וההעלמה שראוי הכתוב לסתום ולחתום כדרך שאר עניני התורה הסתומים, וסתימתן כפי רוב העלמתן. וזהו הענין שאין זכרון עולם הנשמות מפורש בתורה אלא ברמזים, וסתימתו לרוב העלמתו, כי התורה להמון ישראל נתנה, לא ליחידים שבהם בלבד, וענין העולם ההוא אין כל היחידים משיגין אותו איך הוא, אף כי ההמון העם, כי כשם שאין הדג המתגדל במים יודע ומשיג יסוד האש לפי שהוא הפכו, כן העולם ההוא השכלי בהפך מן העולם הזה הגשמי, ואין בעל החומר יכול להשיגו בעוד שהוא בחומר, ועל כן הוצרכה התורה לבאר היעודים הגופנים המושגים להמון לחוש העין, ומתוך אותן יעודים שהם הכנות מה שיצטרך האדם, יבא האדם אל התכלית ההוא שהוא עיקר הכוונה.
English translation not yet available
И то, что эта глава изложена более «закрыто» (סתומה), чем прочие главы о праздниках, — причина тому известна в делах нашей святой Торы, относящихся к основаниям веры и её корням: всякий раз, когда предмет более сокрыт и более внутренен, он бывает более «запечатан», и язык о нём приходит в краткой форме и немногими словами. Так, например, заповедь тфилин, о которой Писание упомянуло (Шмот 13:9): «И будет это знаком на руке твоей и напоминанием между глазами твоими» (Шмот 13:9); и если бы не каббала (устная традиция), мы не смогли бы уразуметь самую суть этой заповеди — что она такое; а также не знали бы ни сколько отрывков (פרשיות) в них, ни смогли бы вывести из смысла стихов, какие именно места на теле, предназначенные для них, — те, на которых следует их возлагать. Так же и заповедь цицит, о которой Хазаль сказали, что она равновесна всем заповедям в Торе, — мы не знали бы её закона о восьми нитях и пяти узлах, если бы не традиция Хазаль, ибо язык Писания в этом крайне сокрыт. И также здесь, в отношении первого дня месяца, который является началом счёта десяти [дней], завершающихся Йом а-Киппур, есть из Сод и сокрытия то, что подобает Писанию «закрыть и запечатать», по образцу прочих сокрытых тем Торы; и степень «закрытости» соответствует множеству сокрытия. И в этом причина того, что упоминание о мире душ не изложено в Торе прямо, а лишь в намёках; и сокрытость его — по множеству его сокрытия. Ибо Тора дана множеству Израиля, а не только избранным единицам среди них; а предмет того мира не всякий из единиц постигает, каков он, — тем более народная масса. Ведь как рыба, растущая в воде, не знает и не постигает основы огня, поскольку он — её противоположность, так и тот умопостигаемый мир — противоположен этому материальному миру; и обладатель материи не может постичь его, пока он в материи. Поэтому Тора была вынуждена разъяснять телесные обетования, постижимые множеству чувством глаза; и через те обетования, которые являются подготовками к тому, в чём человек нуждается, придёт человек к той цели, которая и есть главная направленность.
The reason that the wording of this paragraph is more enigmatic than any other paragraph dealing with the festivals is that it deals with fundamental aspects of our religion. You will find that the more mystical the subject matter the Torah deals with the more enigmatic does the written Torah verbalise this. Take as an example the commandment to put on phylacteries. The only few words that we find about this in the written Torah is the verse in Exodus 13,16 והיו לאות על ידיך ולטוטפות בין עיניך “they (the phylacteries) shall be as a sign on your hand and as a symbol on your forehead.” Were it not for our oral tradition we would not have the faintest idea what these phylacteries should be made of, what they should contain, what colour they should be, etc., etc. We would not even be sure what parts of the body exactly these phylacteries should be worn on. We have a similar problem with the commandment of ציצית, the fringes to be worn at the corners of four-cornered garments. The written Torah is very sparse with its information although our sages describe the commandment as equal in weight to all the other commandments combined (Menachot 43). Without the oral tradition we would not have known that each fringe is to consist of eight twisted threads, and that there were to be five knots on each of the eight threads. So here too, the first of the ten days which is to conclude with the Day of Atonement on the tenth of that month. There are numerous hidden aspects which have not been spelled out in the written text. One of the mystical aspects of the legislation is that nowhere does the Torah spell out matters relevant directly to the soul. The very fact that such a world of souls exists is only hinted at, never mentioned explicitly. The reason is simple. The written Torah was given to the multitude of the people, women and children alike. It was to be the property of all of them equally. It certainly would not have been appropriate for G’d to write in it matters which many people could not understand. The people as a whole do not have a clear understanding of the world of abstract beings such as souls. Even many individuals who have engaged in the study of the Torah experience great difficulty in understanding such concepts. We may compare this to the inability of a fish whose habitat is water to have an appreciation of the conditions of life prevailing on dry land. A fish familiar only with water, the element it is at home in, has no understanding of the element of fire, the very opposite of the element which it knows. Similarly, the world of the souls, the world in which there are only disembodied creatures are not within the range of what people who live in a physical universe can understand. As long as man is composed both of matter and an abstract soul which is attached to his body, he cannot have a clear understanding of the goings on in that other world. This is why the written Torah had to explain objectives to be attained by human beings so that they could be perceived with the physical eye in order to prepare man for an intellectual transition to a world he had not experienced with his five senses, a world which nevertheless represents the target, i.e. ultimate home for which man is destined.
English translation not yet available
Причина того, что язык этого раздела более загадочен, чем язык других разделов о праздниках, состоит в том, что он касается основополагающих сторон нашей религии. Ты найдёшь, что чем более мистичен предмет, о котором говорит Тора, тем более сокровенно выражает это письменная Тора. Возьми, к примеру, заповедь возлагать тфилин. Немногие слова, которые мы находим об этом в письменной Торе, — это стих в Шмот 13:16: «И будут они знаком на руке твоей и символом между глазами твоими» (Шмот 13:16). Если бы не наша устная традиция, мы не имели бы ни малейшего представления, из чего должны быть сделаны эти тфилин, что они должны содержать, какого цвета они должны быть, и так далее, и так далее. Мы не были бы даже уверены, на каких именно частях тела следует носить эти тфилин. Подобная трудность существует и с заповедью цицит — кистей, которые следует носить на углах четырёхугольной одежды. Письменная Тора крайне скупа в информации, хотя наши мудрецы описывают эту заповедь как равную по весу всем прочим заповедям вместе (Менахот 43). Без устной традиции мы не знали бы, что каждая кисть должна состоять из восьми скрученных нитей и что на каждой из них должно быть по пяти узлов. Так и здесь: речь идёт о первом из десяти дней, которые завершатся Днём искупления — на десятый день того месяца. В письменном тексте есть многочисленные скрытые аспекты, которые не были разъяснены. Один из мистических аспектов этого законодательства состоит в том, что нигде Тора не излагает прямо вопросы, относящиеся непосредственно к душе. Сам факт существования такого мира душ лишь намечен, но никогда не упомянут явно. Причина проста: письменная Тора дана множеству народа — и женщинам, и детям. Она должна быть одинаковым достоянием всех. Не было бы уместно, чтобы Всевышний записал в ней вещи, которые многие не способны понять. Народ в целом не имеет ясного понимания мира абстрактных сущностей, таких как души. Даже многие отдельные люди, посвятившие себя изучению Торы, испытывают большие трудности в понимании таких понятий. Можно сравнить это с неспособностью рыбы, чья среда — вода, оценить условия жизни на суше. Рыба, знакомая лишь с водой — стихией, в которой она «дома», — не имеет понимания стихии огня, противоположной тому, что ей известно. Так же и мир душ, мир, в котором есть лишь бестелесные существа, не находится в пределах того, что могут понять люди, живущие во вселенной физического. Пока человек состоит из материи и абстрактной души, прикреплённой к телу, он не может иметь ясного понимания происходящего в том мире. Поэтому письменной Торе необходимо было объяснить цели, которых человек может достичь так, чтобы они воспринимались физическим глазом, — чтобы подготовить человека к умственному переходу в мир, которого он не испытывал пятью чувствами, но который, тем не менее, является целью, то есть конечным домом, для которого человек предназначен.
ובמדרש באחד לחדש יהיה לכם שבתון זכרון תרועה מקרא קדש, באחד לחדש, זה אברהם שכתוב בו (יחזקאל לג) אחד היה אברהם, זכרון תרועה זה יצחק, מקרא קדש זה יעקב. כוונת המדרש הזה כי תקיעות ראש השנה רמז למדות וכשם שמדת הפחד למעלה הרחמים מקיפין אותה שאלמלא כן היה מחריב ושורף את העולם כלו בשלהבותיו, כן התרועה פשוטה לפניה ופשוטה לאחריה, ואילו היינו תוקעין תרועה לבדה היה נראה בזה קצוץ נטיעות. ולפי הדרך הזה הרי בכתוב מפורש כי יום ראש השנה יום הדין הוא מלשון תרועה והוא ברחמים מלשון זכרון, וא"כ יהיה זכרון תרועה כמו שופר תרועה יום תרועה וזה מבואר.
English translation not yet available
А в Мидраш: «В первый день месяца будет у вас покой (שבתון), память трубления (זכרון תרועה), священное собрание (מקרא קדש)». «В первый день месяца» — это Авраам, о котором написано (Йехезкель 33:24): «Один был Авраам» (Йехезкель 33:24). «Память трубления» — это Ицхак. «Священное собрание» — это Яаков. Смысл этого Мидраш таков: трубления Рош а-Шана — намёк на мидот; и как мера трепета (пахад) вверху окружена милосердием, ибо если бы не так — она бы разрушила и сожгла весь мир своими пламенами, — так и теруа бывает с простым [звуком] перед нею и с простым [звуком] после неё. И если бы мы трубили одну только теруа, казалось бы, что в этом есть «обрубание насаждений» (קצוץ נטיעות). И по этому пути, вот, в Писании разъяснено, что день Рош а-Шана — день суда: со стороны языка «теруа», и что он в милосердии: со стороны языка «память»; и тогда «память теруа» — как «шофар теруа», «день теруа», и это ясно.
A Midrashic approach based on Vayikra Rabbah 29,7 understands the verse in terms of the patriarchs, suggesting that G’d is telling us that if we want to be found deserving when examined by G’d, our relationship to our patriarchs is the key. The words באחד לחודש is reminiscent of Avraham who was one of a kind as we know from Ezekiel 33,24 אחד היה אברהם, “Avraham was only one man.” The words זכרון תרועה are a reference to Yitzchak, whereas the words מקרא קודש, “a holy convocation,” are a reference to Yaakov. What the Midrash means is that the shofar blasts of Rosh Hashanah, i.e. the blasts of the teruah, are an allusion to certain attributes. Just as the attribute of fear pervading the celestial regions is surrounded by the attribute of Mercy, so our teruah sounds which are fear-inspiring are preceded and followed by the sounds known as tekiah, to parallel what occurs in heaven. Were this not so the earth would collapse completely as soon as G’d would commence sitting in judgment of mankind. If we would only blow the תרועה sounds this would be heresy of the first order, [i.e. as if we denied the presence of the attribute of Mercy. Ed.] Keeping this in mind we can understand that what is written here means that the Day of Judgment is the Day of the Teruah which is surrounded by the attribute of Mercy, called here זכרון. Having understood this it follows that the meaning of the words זכרון תרועה is equivalent to שופר תרועה and יום תרועה. (Compare 25,9 and Numbers 29,1 respectively).
English translation not yet available
Мидрашический подход, основанный на Ваикра Рабба 29:7, понимает стих в связи с праотцами, предлагая, что Всевышний говорит нам: если мы хотим оказаться достойными при проверке Всевышним, ключом является наша связь с праотцами. Слова «в первый день месяца» (באחד לחודש) напоминают об Аврааме, который был единственным в своём роде, как мы знаем из Йехезкель 33:24: «Один был Авраам» (Йехезкель 33:24). Слова «память трубления» (זכרון תרועה) — указание на Ицхака, тогда как слова «священное собрание» (מקרא קודש) — указание на Яакова. Смысл Мидраша в том, что трубления шофара в Рош а-Шана, то есть звуки теруа, являются намёком на определённые атрибуты. Подобно тому как атрибут страха, пронизывающий небесные сферы, окружён атрибутом Милосердия, так и наши звуки теруа, внушающие трепет, предваряются и завершаются звуками, называемыми текиа, — чтобы соответствовать тому, что происходит на небесах. Если бы не так, земля полностью бы разрушилась, как только Всевышний начал бы вершить суд над человечеством. Если бы мы трубили только звуки «теруа», это было бы ересью высшего порядка, то есть как если бы мы отрицали присутствие атрибута Милосердия. Имея это в виду, можно понять, что написанное здесь означает: День суда — это День теруа, окружённый атрибутом Милосердия, называемым здесь «память» (זכרון). Поняв это, следует, что смысл слов «память теруа» равнозначен «шофар теруа» и «день теруа» (ср. Ваикра 25:9 и Бамидбар 29:1 соответственно).