ספר דברים

«Когда выйдешь… и отдаст Господь, Бог твой, в руку твою, и возьмёшь пленных его». Ибо в каждой вещи есть точка жизненности от Всевышнего, только она скрыта и сокрыта. И необходима война и труд все будние дни, чтобы найти эту точку. После этого наступает суббота, когда раскрывается, что Всевышний оживляет всё. В этом суть святой субботы: сыны Израиля свидетельствуют о сотворении неба и земли, что и ныне их существование — лишь десятью речениями. А в будни необходима война за это. И всё же суббота приходит сообразно усилию и труду в будни, как сказали: кто потрудился в канун субботы, будет есть в субботу. А канун субботы — это смешение, в котором есть от аспекта субботы и в будни, как сказано: «Словом Своим смешивающий вечера». И человеку необходимо знать, что и сила его борьбы с дурным побуждением — лишь от Всевышнего, как написано: «И отдаст Господь, Бог твой, в руку твою» — хотя, казалось бы, это происходит усилием самого человека, как написано: «В руку твою», что подразумевает силу. И всё же Всевышний всемогущ и помогает человеку, чтобы происходило путём его собственной силы, хотя исходит от Всевышнего, как сказано: «И Тебе, Господи, милость… по делам его». И спрашивают: в чём же милость? Но, напротив: хотя всё от Всевышнего, Он всё же даёт человеку таким образом, чтобы это было от самого человека. «И возьмёшь пленных его» — когда знают, что это от Всевышнего. Общее правило: в каждом добром деле и заповеди есть само действие и возвращение вещи Всевышнему. Ибо даже если человек потрудится и совершит чудеса, если он не вернёт заповедь Всевышнему — он не сделал ничего, ибо не возвратил поручение его хозяину. А возвращение возможно лишь через знание, что всё — от Всевышнего. И вот что сказано: «Тот, чей разум смирен» и далее. И это — «и возьмёшь пленных его»: вернуть точку к Нему, да будет Он благословен, через знание, что она — лишь от Него.

Раши пишет: «Тора говорила лишь против дурного побуждения» и далее. Казалось бы, лучше было бы не давать силу дурному побуждению склонять к этому. Однако именно в том, что Писание разрешило, — чтобы человек не был привязан и закован стороной зла через действие. Как написано в Тании: «запрет» — от слова «оковы», ибо он заковывает человека в силу стороны зла, заключённой в запрещённом действии. И вот что говорит Писание: «От плоти его» — конец его в том, что он возненавидит её. Это и есть само разрешение. И вся разница в дозволенном действии в том, что человек может прикрепить себя к жизненности святости, заключённой в вещи, а не к грубой материальности. В мидраше: «Венец благодати они для головы твоей» — для власти твоей и далее: ограда крыши, одежда, кисти и далее, смотри там. Ибо Тора и заповеди соединяют и прикрепляют человека к Всевышнему. Совершая действие ради Небес, человек может прикрепить и сам аспект действия к Всевышнему через свет Торы, заключённый в действии заповеди. И в каждом дозволенном деле тоже есть заповедь — совершать ради Небес: или повелительная заповедь, или запретительная — «святы будьте». «И не следуйте» и далее.

В мидраше о гнезде птицы видно, что хотя это действительно милосердие Всевышнего, тем не менее человеку не следует исполнять заповедь иначе как ради повеления Всевышнего. И вот что сказано: «Говорящий: на гнездо птицы простирается» и далее — ибо человеку не подобает говорить так, хотя это и верно, — по следующей причине. Меня спросили об этом на основании слов Гемары: «Тот, кто делает качества Святого, благословен Он, милосердием, тогда как они — лишь повеления». И я ответил: смысл «качеств Его» в том, как Святой, благословен Он, сузил Свою волю в Торе и заповедях, чтобы человеку было дано в мере, в которой он может исполнять волю Всевышнего на деле. И так же «повеление» объясняется в Зоар как отрезание и часть, отсечённая от внутренней сути Торы. И это — не милосердие. Но источник заповеди на Небесах — Господь, исполненный милосердия. И вот что сказано: «Качества Святого, благословен Он» и далее — ибо постижение человеком повеления Всевышнего — не в аспекте милосердия, а лишь в аспекте повеления, подобно рабу, исполняющему слова своего господина, как сказано выше.

«Когда выйдешь станом… и остерегайся… Господь, Бог твой, ходит… и да не увидит в тебе срамного, и отвратится» и далее. Следовало бы сказать «и будешь хранить себя». Но можно объяснить, что сама война даёт охранение человеку. В Сифрей: «Когда выйдешь» — не выходи иначе как станом. Мудрецы толковали «среди стана твоего» как органы человека — так говорил дед и учитель наш, благословенной памяти, и так же в Ялкут: «среди каждого», смотри там. И вот «выйдешь станом» означает: пусть человек соберёт воистину все свои желания и всю свою душу, чтобы отдать за волю Всевышнего. И если он собирает все свои силы для исполнения заповеди и тому подобного, чтобы отвратиться от зла при собирании всей жизненности, — через это самое «и остерегайся»: уже не остаётся места для смущения пустыми вещами, поскольку он готов отдать душу свою, и нет ничего дороже его души. И так же приводится этот совет от имени Бааль Шем Това, благословенной памяти. «Господь, Бог твой, ходит» — не написано «ходящий»; лишь в руках человека удостоиться этого — пробудить жизненность Всевышнего, которая есть в душе человека. «И да не увидит в тебе» — мудрецы объяснили: сердце, видящее наготу, — запрещено. И это великое дело: не только не помышлять, упаси Боже, о срамном, но чтобы сердце не могло видеть и созерцать ничего, что не направлено к Всевышнему. Как сказано: «Святы будьте».