Eruvin 49a — Talmud Bavli — Tractate Eruvin

אַף זוֹ דִּבְרֵי רַבִּי שִׁמְעוֹן, אֲבָל חֲכָמִים אוֹמְרִים: שְׁלָשְׁתָּן אֲסוּרוֹת.

This teaching, that carrying objects from either of the outer courtyards into the middle courtyard is permitted, is also the statement of, i.e., in accordance with, the opinion of Rabbi Shimon. But the Rabbis say: All three courtyards are prohibited, that is to say, carrying is prohibited from any of the courtyards to any of the others.

Это учение, что перенос предметов из любого из внешних дворов во внутренний двор разрешен, также является мнением, то есть согласно мнению, Рабби Шимона. Но Рабби говорят: Все три двора запрещены, то есть перенос запрещен из любого двора в любой другой.

תַּנְיָא כְּווֹתֵיהּ דְּרַב יְהוּדָה אַלִּיבָּא דִּשְׁמוּאֵל, אָמַר רַבִּי שִׁמְעוֹן: לְמָה הַדָּבָר דּוֹמֶה לְשָׁלֹשׁ חֲצֵירוֹת הַפְּתוּחוֹת זוֹ לָזוֹ וּפְתוּחוֹת לִרְשׁוּת הָרַבִּים, עֵירְבוּ שְׁתַּיִם עִם הָאֶמְצָעִית — זוֹ מְבִיאָה מִתּוֹךְ בֵּיתָהּ וְאוֹכֶלֶת, וְזוֹ מְבִיאָה מִתּוֹךְ בֵּיתָהּ וְאוֹכֶלֶת. זוֹ מַחְזֶרֶת מוֹתָרָהּ לְתוֹךְ בֵּיתָהּ, וְזוֹ מַחְזֶרֶת מוֹתָרָהּ לְתוֹךְ בֵּיתָהּ.

It was taught in a baraita in accordance with the opinion of Rav Yehuda, in accordance with the opinion of Shmuel. Rabbi Shimon said: To what is this comparable? It is comparable to three courtyards that open into one another, and that also open into a public domain. If the two outer courtyards established an eiruv with the middle one, a resident of one of the outer courtyards may bring food from a house in that courtyard and eat it in the middle courtyard, and likewise a resident of the other courtyard may bring food from a house in that courtyard and eat it in the middle courtyard. And similarly, this resident may bring leftovers from the house where he ate back into the house in that courtyard, and that resident may bring leftovers from the house where he ate back into the house in this courtyard.

Учено в барайте согласно мнению Рава Йехуды, согласно мнению Шмуэля. Рабби Шимон сказал: С чему это сравнимо? Это сравнимо с тремя дворами, которые открываются друг в друга и также открываются в публичный домен. Если два внешних двора установили эйрув с внутренним, житель одного из внешних дворов может приносить пищу из дома в этом дворе и есть ее во внутреннем дворе, и аналогично житель другого двора может приносить пищу из дома в этом дворе и есть во внутреннем дворе. И также этот житель может приносить остатки из дома, где он ел, обратно в дом в том дворе, и тот житель может приносить остатки из дома, где он ел, обратно в дом в этом дворе.

אֲבָל חֲכָמִים אוֹמְרִים: שְׁלָשְׁתָּן אֲסוּרוֹת.

However, the Rabbis say: All three courtyards are prohibited. Since the residents of the outer courtyards are prohibited to carry from one outer courtyard to the other, this results in a place where carrying is prohibited, and such a place prohibits carrying in all three courtyards.

Однако Рабби говорят: Все три двора запрещены. Поскольку жителям внешних дворов запрещено переносить из одного внешнего двора в другой, это создает место, где перенос запрещен, и такое место запрещает перенос во всех трех дворах.

וְאַזְדָּא שְׁמוּאֵל לְטַעְמֵיהּ, דְּאָמַר שְׁמוּאֵל: חָצֵר שֶׁבֵּין שְׁנֵי מְבוֹאוֹת, עֵירְבָה עִם שְׁנֵיהֶם — אֲסוּרָה עִם שְׁנֵיהֶם.

The Gemara notes that Shmuel follows his line of reasoning that he used elsewhere, as Shmuel said: With regard to a courtyard that is between two alleyways, if that courtyard established an eiruv with both alleyways, it is prohibited with both of them. Since the residents of the two alleyways are prohibited to carry from one to the other and the eiruv enables the residents of the two alleyways to carry in the courtyard, it is prohibited to carry from the courtyard into the alleyways, so that the residents of the alleyways do not transfer objects from one alleyway to the other via the courtyard.

Гмара отмечает, что Шмуэль следует своей логике, которую он использовал в других местах, так как Шмуэль сказал: Что касается двора, который находится между двумя переулками, если этот двор установил эйрув с обоими переулками, он запрещен с обоими. Поскольку жителям двух переулков запрещено переносить из одного в другой, а эйрув позволяет жителям двух переулков переносить в дворе, запрещено переносить из двора в переулки, чтобы жители переулков не переносили предметы из одного переулка в другой через двор.

לֹא עֵירְבָה עִם שְׁנֵיהֶם — אוֹסֶרֶת עַל שְׁנֵיהֶן.

If the courtyard did not establish an eiruv with either alleyway, it prohibits one to carry in both of them. Since the residents of the courtyard were accustomed to utilizing both alleyways and did not establish an eiruv with either alleyway, the result is that each alleyway has a courtyard that did not establish an eiruv, which prohibits carrying from the courtyard into either alleyway.

Если двор не установил эйрув ни с одним из переулков, он запрещает перенос в обоих. Поскольку жители двора привыкли пользоваться обоими переулками и не установили эйрув ни с одним из них, получается, что каждый переулок имеет двор, который не установил эйрув, что запрещает перенос из двора в любой из переулков.

הָיְתָה בְּאֶחָד רְגִילָה, וּבְאֶחָד אֵינָהּ רְגִילָה, זֶה שֶׁרְגִילָה בּוֹ — אָסוּר, וְזֶה שֶׁאֵינָהּ רְגִילָה בּוֹ — מוּתָּר.

If, however, the residents of the courtyard were accustomed to utilizing only one alleyway, while they are not accustomed to utilizing one alleyway, then with regard to the alleyway which they are accustomed to utilizing, it is prohibited to carry there, as the residents of the courtyard did not establish an eiruv with it. But with regard to the alleyway which they are not accustomed to utilizing, it is permitted to carry there, as the residents of the courtyard are not considered residents of that alleyway.

Если же жители двора привыкли пользоваться только одним переулком, а другим не привыкли пользоваться, то что касается переулка, которым они привыкли пользоваться, там запрещено переносить, так как жители двора не установили с ним эйрув. Но что касается переулка, которым они не привыкли пользоваться, там разрешено переносить, так как жители двора не считаются жителями этого переулка.

אָמַר רַבָּה בַּר רַב הוּנָא: עֵירְבָה עִם שֶׁאֵינָהּ רְגִילָה בּוֹ — הוּתַּר רְגִילָה לְעַצְמוֹ.

Rabba bar Rav Huna said: With regard to residents of a courtyard who established an eiruv with the alleyway which they were not accustomed to utilizing, the alleyway which they were accustomed to utilizing is permitted to establish an eiruv on its own without the courtyard. The residents of the courtyard have demonstrated their intention to use the other alleyway, despite their not being accustomed to doing so.

Рабба бар Рав Хуна сказал: Что касается жителей двора, которые установили эйрув с переулком, которым они не привыкли пользоваться, то переулок, которым они привыкли пользоваться, может самостоятельно установить эйрув без двора. Жители двора показали свое намерение пользоваться другим переулком, несмотря на то, что они не привыкли это делать.

וְאָמַר רַבָּה בַּר רַב הוּנָא אָמַר שְׁמוּאֵל: אִם עֵירְבָה רְגִילָה לְעַצְמוֹ, וְזֶה שֶׁאֵינָהּ רְגִילָה בּוֹ לֹא עֵירַב, וְהִיא עַצְמָהּ לֹא עֵירְבָה — דּוֹחִין אוֹתָהּ אֵצֶל שֶׁאֵינָהּ רְגִילָה בּוֹ.

And Rabba bar Rav Huna said that Shmuel said: If the alleyway which the residents of the courtyard were accustomed to utilizing established an eiruv on its own without the courtyard, while the alleyway which they were not accustomed to utilizing did not establish an eiruv, and also the courtyard itself did not establish an eiruv with either alleyway, we divert the residents of the courtyard to use the alleyway which they are not accustomed to utilizing. This is because there is one alleyway in which it is prohibited to carry due to the lack of an eiruv, and a second alleyway in which it is permitted to carry; while it is prohibited for the residents of the courtyard to carry. As explained above, were they to utilize the alleyway which they are accustomed to utilizing, the other residents of the alleyway would also be prohibited to carry from their courtyards into the alleyway, despite having established an eiruv for their own alleyway. However, if they use the other alleyway, the residents of that alleyway will not lose anything; since they did not establish an eiruv, it is prohibited for them to carry in that alleyway regardless.

И Рабба бар Рав Хуна сказал, что Шмуэль сказал: Если переулок, которым жители двора привыкли пользоваться, установил эйрув самостоятельно без двора, а переулок, которым они не привыкли пользоваться, не установил эйрув, и также сам двор не установил эйрув ни с одним из переулков, мы направляем жителей двора пользоваться переулком, которым они не привыкли пользоваться. Это потому, что есть один переулок, в котором запрещено переносить из-за отсутствия эйрува, и второй переулок, в котором разрешено переносить; в то время как жителям двора запрещено переносить. Как объяснено выше, если они будут пользоваться переулком, к которому привыкли, другие жители этого переулка также будут запрещены переносить из своих дворов в переулок, несмотря на то, что они установили эйрув для своего переулка. Однако если они будут пользоваться другим переулком, жители этого переулка ничего не потеряют; поскольку они не установили эйрув, им запрещено переносить в этом переулке в любом случае.

וּכְגוֹן זֶה כּוֹפִין עַל מִדַּת סְדוֹם.

In a case such as this, one compels another to refrain from behavior characteristic of Sodom. We force a person to waive his legal rights in order to prevent him from acting in a manner characteristic of the wicked city of Sodom. If one denies another use of his possessions, even though he would incur no loss or damage by granting use of his property, his conduct is considered to be characteristic of Sodom. The courts may sometimes compel such a person to waive his legal rights.

В таком случае принуждают другого воздерживаться от поведения, характерного для Содома. Мы заставляем человека отказаться от своих законных прав, чтобы предотвратить его действия, характерные для злого города Содома. Если кто-то отказывает другому в использовании его имущества, хотя не понесет убытков или вреда, предоставив использование своей собственности, его поведение считается характерным для Содома. Суды иногда могут принудить такого человека отказаться от своих законных прав.

אָמַר רַב יְהוּדָה אָמַר שְׁמוּאֵל: הַמַּקְפִּיד עַל עֵירוּבוֹ — אֵין עֵירוּבוֹ עֵירוּב. מָה שְׁמוֹ — עֵירוּב שְׁמוֹ.

Rav Yehuda said that Shmuel said: With regard to one who is particular about his eiruv, i.e., that the other people should not eat of the food he contributed, his eiruv is not a valid eiruv. After all, what is its name? Joining [eiruv] is its name, indicating that it must be jointly owned [me’urav] by all the participants in the eiruv. If one person does not allow the other participants to eat of it, it does not belong to all of them and cannot be called an eiruv.

Рав Йехуда сказал, что Шмуэль сказал: Что касается того, кто придирчив к своему эйруву, то есть чтобы другие люди не ели из пищи, которую он внес, его эйрув не является действительным эйрувом. Ведь каково его название? Эйрув — это название, указывающее, что он должен быть совместной собственностью всех участников эйрува. Если один человек не позволяет другим участникам есть из него, он не принадлежит всем им и не может называться эйрувом.

רַבִּי חֲנִינָא אָמַר: עֵירוּבוֹ עֵירוּב, אֶלָּא שֶׁנִּקְרָא מֵאַנְשֵׁי וַרְדִּינָא.

Rabbi Ḥanina said: Even in that case, his eiruv is a valid eiruv, however, that person is called one of the men of Vardina. The men of Vardina were renowned misers, meaning that he is considered to be like them.

Рабби Ханина сказал: Даже в таком случае его эйрув является действительным эйрувом, однако такого человека называют одним из людей Вардины. Люди Вардины были известны скупцами, то есть он считается подобным им.

אָמַר רַב יְהוּדָה אָמַר שְׁמוּאֵל: הַחוֹלֵק אֶת עֵירוּבוֹ — אֵינוֹ עֵירוּב.

Rav Yehuda also said that Shmuel said: With regard to one who divides his eiruv into two parts, his eiruv is not a valid eiruv. This is for the aforementioned reason that, by definition, an eiruv needs to be indicative of joining, and this eiruv is separated into different parts.

Рав Йехуда также сказал, что Шмуэль сказал: Что касается того, кто разделяет свой эйрув на две части, его эйрув не является действительным эйрувом. Это по вышеуказанной причине, что по определению эйрув должен указывать на объединение, а этот эйрув разделен на разные части.

כְּמַאן? כְּבֵית שַׁמַּאי, דְּתַנְיָא: חֲמִשָּׁה שֶׁגָּבוּ אֶת עֵירוּבָן וּנְתָנוּהוּ בִּשְׁנֵי כֵלִים, בֵּית שַׁמַּאי אוֹמְרִים: אֵין זֶה עֵירוּב, וּבֵית הִלֵּל אוֹמְרִים: הֲרֵי זֶה עֵירוּב!

The Gemara asks: In accordance with whose opinion did Shmuel state this teaching? Could it be in accordance with the opinion of Beit Shammai, as it was taught in a baraita: With regard to five people who collected their eiruv and placed it in two separate utensils, Beit Shammai say: This is not a valid eiruv, whereas Beit Hillel say: This is an eiruv. It does not stand to reason that Shmuel would follow Beit Shammai, whose opinion is not accepted as normative law.

Гмара спрашивает: Согласно чьему мнению Шмуэль высказал это учение? Не может ли это быть согласно мнению Бейт Шаммай, как учено в барайте: Что касается пяти человек, которые собрали свой эйрув и поместили его в два отдельных сосуда, Бейт Шаммай говорят: Это не действительный эйрув, тогда как Бейт Гилель говорят: Это эйрув. Нелогично, чтобы Шмуэль следовал Бейт Шаммай, чье мнение не принято как нормативная галаха.

אֲפִילּוּ תֵּימָא בֵּית הִלֵּל: עַד כָּאן לָא קָאָמְרִי בֵּית הִלֵּל הָתָם אֶלָּא דְּמָלְיָין לְמָנָא וְאִיַּיתַּר, אֲבָל הֵיכָא דְּפַלְגֵיהּ מִיפְלָג — לָא.

The Gemara answers: Even if you say that Shmuel stated his opinion in accordance with the opinion of Beit Hillel, Beit Hillel stated their opinion only there, where the first utensil was filled and there was still some food left over, and therefore, some of the leftover food had to be placed in a second utensil. But where they divided it from the outset, even Beit Hillel agree that the eiruv is not valid.

ГМАРА отвечает: Даже если сказать, что Шмуэль высказал своё мнение в соответствии с мнением Бейт Гилель, Бейт Гилель высказали своё мнение только там, где первый сосуд был наполнен, и ещё оставалась пища, и поэтому часть оставшейся пищи нужно было положить во второй сосуд. Но там, где они разделили это с самого начала, даже Бейт Гилель соглашаются, что эйрув недействителен.

וְתַרְתֵּי, לְמָה לִי? צְרִיכִי, דְּאִי אַשְׁמְעִינַן הָתָם — מִשּׁוּם דְּקָפֵיד. אֲבָל הָכָא — אֵימָא לָא.

The Gemara asks: Why do I need two rulings that are based on the same principle, i.e., that an eiruv must demonstrate joining? The Gemara answers: Both rulings were necessary. As, had the Gemara taught us the ruling only there, with regard to one who is particular about his eiruv, one might have said that the eiruv is not valid because the person is particular and expressly does not desire that his eiruv be eaten by others. However here, with regard to one who divides the eiruv into different parts, one might say that his portion should not be considered as separated from the rest.

ГМАРА спрашивает: Зачем мне два постановления, основанных на одном и том же принципе, а именно, что эйрув должен демонстрировать объединение? ГМАРА отвечает: Оба постановления были необходимы. Ведь если бы Гмара учила нас постановление только там, относительно того, кто придирчив к своему эйруву, можно было бы сказать, что эйрув недействителен, потому что человек придирчив и явно не желает, чтобы его эйрув ели другие. Однако здесь, относительно того, кто разделяет эйрув на разные части, можно было бы сказать, что его часть не должна считаться отделённой от остального.

וְאִי אַשְׁמְעִינַן הָכָא — מִשּׁוּם דְּפַלְגֵיהּ מִיפְלָג, אֲבָל הָתָם — אֵימָא לָא, צְרִיכָא.

And had the Gemara taught us the ruling only here, with regard to one who divides his eiruv, one might have said that the eiruv is not valid because he divided it up, thereby physically separating himself from the others. However there, with regard to one who is particular about his eiruv, one might say that his portion should not be considered as separated from the rest, since no act of separation was performed. Consequently, both rulings were necessary.

И если бы Гмара учила нас постановление только здесь, относительно того, кто разделяет свой эйрув, можно было бы сказать, что эйрув недействителен, потому что он разделил его, тем самым физически отделяя себя от других. Однако там, относительно того, кто придирчив к своему эйруву, можно было бы сказать, что его часть не должна считаться отделённой от остального, поскольку не было совершено никакого акта разделения. Следовательно, оба постановления были необходимы.

אֲמַר לֵיהּ רַבִּי אַבָּא לְרַב יְהוּדָה בְּבֵי מַעְצַרְתָּא דְּבֵי רַב זַכַּאי: מִי אָמַר שְׁמוּאֵל ״הַחוֹלֵק אֶת עֵירוּבוֹ — אֵינוֹ עֵירוּב״? וְהָאָמַר שְׁמוּאֵל: בַּיִת שֶׁמַּנִּיחִין בּוֹ עֵירוּב — אֵינוֹ צָרִיךְ לִיתֵּן אֶת הַפַּת. מַאי טַעְמָא, לָאו מִשּׁוּם דְּאָמַר דְּכֵיוָן דְּמַנַּח בְּסַלָּא — כְּמַאן דְּמַנַּח הָכָא דָּמֵי? הָכִי נָמֵי: כֵּיוָן דְּמַנַּח בְּסַלָּא — כְּמַאן דְּמַנַּח הָכָא דָּמֵי!

Rabbi Abba said to Rav Yehuda in the olive press in Rav Zakkai’s house: Did Shmuel actually say that in the case of one who divides his eiruv, it is not a valid eiruv? Didn’t Shmuel say elsewhere: The house in which the eiruv is placed need not contribute bread for the eiruv. The Gemara asks: What is the reason for this ruling? Is it not because Shmuel maintains that since there is bread lying in a basket somewhere in the house, it is regarded as if it were placed here with the rest of the eiruv? Here too, one should say that since the bread is placed in a basket, i.e., in one of the two utensils containing the eiruv, it is regarded as if it were placed here with the rest of the eiruv.

Рабби Абба сказал Раву Йехуде в маслобойне в доме Рава Закая: Действительно ли Шмуэль сказал, что в случае того, кто разделяет свой эйрув, это недействительный эйрув? Разве Шмуэль не сказал в другом месте: Дом, в котором помещён эйрув, не обязан вносить хлеб для эйрува? ГМАРА спрашивает: Какова причина этого постановления? Не потому ли, что Шмуэль считает, что поскольку в корзине где-то в доме лежит хлеб, это считается так, будто он помещён здесь вместе с остальным эйрувом? Здесь тоже можно сказать, что поскольку хлеб помещён в корзину, то есть в один из двух сосудов, содержащих эйрув, это считается так, будто он помещён здесь вместе с остальным эйрувом.

אֲמַר לֵיהּ: הָתָם — אַף עַל פִּי שֶׁאֵין פַּת, מַאי טַעְמָא — דְּכוּלְּהוּ הָכָא דָּיְירִי.

Rav Yehuda said to him: There Shmuel validates the eiruv although there is no bread in the house in which the eiruv is deposited. And what is the reason for his ruling? It is because by placing food in a particular house, all the residents of the courtyard are regarded as living here. Therefore, those living in that house need not contribute bread for the eiruv, as they are certainly residents of the house.

Рав Йехуда сказал ему: Там Шмуэль утверждает эйрув, хотя в доме, где помещён эйрув, нет хлеба. И какова причина его постановления? Потому что, помещая пищу в конкретный дом, все жители двора считаются живущими здесь. Поэтому те, кто живёт в этом доме, не обязаны вносить хлеб для эйрува, так как они безусловно являются жителями дома.

אָמַר שְׁמוּאֵל: עֵירוּב מִשּׁוּם קִנְיָן.

Shmuel said: An eiruv that is deposited in a house is effective due to the principle of acquisition, as each person who contributes a portion of food acquires the right to a certain use of the residence and is considered one of its residents.

Шмуэль сказал: Эйрув, помещённый в доме, действует по принципу приобретения, поскольку каждый, кто вносит часть пищи, приобретает право на определённое использование жилья и считается одним из его жителей.

וְאִם תֹּאמַר: מִפְּנֵי מָה אֵין קוֹנִין בְּמָעָה — מִפְּנֵי שֶׁאֵינָהּ מְצוּיָה בְּעַרְבֵי שַׁבָּתוֹת.

And if you say: Why then can one not acquire this right through payment of a coin such as a ma’a, but rather only through bread? It is because a ma’a is not always available on Shabbat eve, as many people spend all of their available money for the necessities of Shabbat, and it is difficult to find money available at that hour.

И если скажешь: Почему тогда нельзя приобрести это право через оплату монетой, например маа, а только через хлеб? Потому что маа не всегда доступна в канун Шаббата, так как многие люди тратят все свои доступные деньги на необходимые вещи для Шаббата, и трудно найти деньги в этот час.

הֵיכָא דְּעֵירַב, מִיהוּ לִקְנֵי!

The Gemara asks: If so, according to Shmuel’s opinion, in a case where he established an eiruv with money, it should nonetheless acquire, i.e., be valid. According to his opinion, there is no fundamental reason to invalidate the acquisition of rights in the residence through the payment of money, yet there is no indication that this position is valid.

ГМАРА спрашивает: Если так, согласно мнению Шмуэля, в случае, когда он установил эйрув с помощью денег, он всё равно должен приобретать, то есть быть действительным. По его мнению, нет фундаментальной причины отменять приобретение прав на жильё через оплату денег, однако нет указаний, что эта позиция верна.

גְּזֵירָה שֶׁמָּא יֹאמְרוּ מָעָה עִיקָּר, וְזִמְנִין דְּלָא שְׁכִיחַ מָעָה, וְלָא אָתֵי לְאִיעָרוֹבֵי בְּפַת, דְּאָתֵי עֵירוּב לְאִיקַלְקוֹלֵי.

The Gemara answers: Even Shmuel did not permit one to establish an eiruv with money, due to a decree lest people say that a ma’a is essential, and sometimes a ma’a will not be available, and they will not come to prepare an eiruv with bread, and the halakhic category of eiruv will be forgotten.

ГМАРА отвечает: Даже Шмуэль не разрешал устанавливать эйрув с помощью денег, из-за указа, чтобы люди не говорили, что маа необходима, а иногда маа не будет доступна, и они не будут готовить эйрув с хлебом, и категория эйрува в галахе будет забыта.

רַבָּה אָמַר: עֵירוּב מִשּׁוּם דִּירָה.

Rabba disagreed with Shmuel and said: An eiruv is effective due to the principle of residence. Each person who contributes a portion of food is considered as if he resides, for that Shabbat, in the residence in which the food is deposited.

Рабба не согласился с Шмуэлем и сказал: Эйрув действует по принципу проживания. Каждый, кто вносит часть пищи, считается как будто он проживает в жилье, в котором помещена пища, на этот Шаббат.

מַאי בֵּינַיְיהוּ? אִיכָּא בֵּינַיְיהוּ: כְּלִי,

The Gemara asks: What is the practical, halakhic difference between these two understandings? The Gemara answers: There is a practical difference between them with regard to the question of whether an eiruv may be established with a utensil. If an eiruv is effective based on the principle of acquisition, in accordance with the opinion of Shmuel, then one should be able to establish an eiruv with a utensil; whereas, this would not constitute a valid eiruv, according to the opinion of Rabba.

ГМАРА спрашивает: В чём практическая, галахическая разница между этими двумя пониманиями? ГМАРА отвечает: Практическая разница между ними касается вопроса, можно ли устанавливать эйрув с помощью сосуда. Если эйрув действует на основании принципа приобретения, согласно мнению Шмуэля, тогда можно установить эйрув с помощью сосуда; тогда как по мнению Раббы это не будет действительным эйрувом.

וּפָחוֹת מִשָּׁוֶה פְּרוּטָה,

And another practical difference between them is with regard to whether an eiruv may be established with food that is less than the value of a peruta. According to Shmuel’s opinion, this would not be a valid eiruv, as there is no acquisition with something less than the value of a peruta; whereas according to Rabba’s opinion, since an eiruv is effective by establishing a person’s residence, this can be done even with an amount of food worth less than a peruta.

И другая практическая разница между ними касается вопроса, можно ли устанавливать эйрув с пищей, стоимость которой меньше ператы. По мнению Шмуэля, это не будет действительным эйрувом, так как приобретение не совершается с чем-то стоимостью меньше ператы; тогда как по мнению Раббы, поскольку эйрув действует через установление проживания, это можно сделать даже с количеством пищи стоимостью меньше ператы.

Group None

Display Settings

Bookmarks