Eruvin 60a — Talmud Bavli — Tractate Eruvin

וְלֹא עֵירְבוּ, אִם יֵשׁ לִפְנֵיהֶם דַּקָּה אַרְבָּעָה — אֵינָהּ אוֹסֶרֶת, וְאִם לָאו — אוֹסֶרֶת.

and did not establish a joint eiruv, if there is a partition four handbreadths wide in front of the entrance to the balcony, the balcony does not prohibit the residents of the courtyard from carrying, as each area is considered to be independent. And if not, the balcony prohibits the residents of the courtyard from carrying in the courtyard. This indicates that a ladder between two courtyards is always considered an entrance, even when that policy leads to a stringent ruling, unless the two areas are separated by a partition.

Гмара отвечает: С чем мы имеем дело здесь? С случаем, когда балкон не возвышается на десять тефахов над землёй. Следовательно, он не считается самостоятельным доменом и является частью двора.

הָכָא בְּמַאי עָסְקִינַן, בִּדְלֹא גְּבוֹהָ מִרְפֶּסֶת עֲשָׂרָה.

The Gemara answers: With what are we dealing here? With a case where the balcony is not ten handbreadths high from the ground. Consequently, it does not constitute a domain in its own right, and it is part of the courtyard.

Гмара спрашивает: Если балкон не возвышается на десять тефахов и поэтому является частью двора, то что значит, если ставят перегородку? Балкон всё равно должен считаться частью двора. Гмара отвечает: Здесь речь идёт о балконе, который полностью ограждён, кроме участка шириной до десяти ам, который служит входом. В таком случае, поскольку жители балкона поставили перегородку у этого входа, они тем самым полностью отделяют себя от двора.

וְאִי לֹא גְּבוֹהָ מִרְפֶּסֶת עֲשָׂרָה, כִּי קָא עָבֵיד דַּקָּה, מַאי הָוֵי? בִּמְגוּפֶּפֶת עַד עֶשֶׂר אַמּוֹת, דְּכֵיוָן דְּעָבֵיד דַּקָּה — אִיסְתַּלּוֹקֵי אִיסְתַּלּוּק לֵיהּ מֵהָכָא.

The Gemara asks: If the balcony is not ten handbreadths high and is therefore part of the courtyard, when one places a partition, what of it? The balcony should nevertheless be considered part of the courtyard. The Gemara answers: We are dealing here with a balcony that is entirely fenced off except for a section up to ten cubits wide, which serves as an entrance. In that case, since the residents of the balcony place a partition at this entrance, they thereby remove themselves entirely from the courtyard.

Рав Йехуда сказал, что Шмуэль сказал: Что касается стены, вдоль которой поставлены лестницы, даже если длина стены превышает десять ам, она всё равно сохраняет статус перегородки. Лестницы не считаются проёмом шириной более десяти ам, который мог бы привести к тому, что стена будет считаться прорванной и потеряет статус перегородки.

אָמַר רַב יְהוּדָה אָמַר שְׁמוּאֵל: כּוֹתֶל שֶׁרְצָפָהּ בְּסוּלָּמוֹת, אֲפִילּוּ בְּיָתֵר מֵעֶשֶׂר — תּוֹרַת מְחִיצָה עָלָיו.

Rav Yehuda said that Shmuel said: With regard to a wall that one lined with ladders, even along a length of more than ten cubits, it still retains the status of a partition. The ladders do not constitute an opening that is more than ten cubits wide, which would cause the wall to be regarded as breached and would invalidate the wall as a partition.

Рав Беруна привёл противоречие к Рав Йехуде в винодельне у дома Рав Ханина: Действительно ли Шмуэль сказал, что такая стена имеет статус перегородки? Разве Рав Нахман не сказал, что Шмуэль сказал: Что касается жителей балкона и жителей двора, которые забыли и не установили совместный эйрув, если перед входом на балкон есть перегородка шириной четыре тефаха, балкон не запрещает жителям двора переносить; если же нет, балкон запрещает жителям двора переносить? Это указывает на то, что лестница считается входом, поскольку двор и балкон считаются связанными.

רָמֵי לֵיהּ רַב בְּרוֹנָא לְרַב יְהוּדָה בְּמַעְצַרְתָּא דְּבֵי רַב חֲנִינָא: מִי אָמַר שְׁמוּאֵל תּוֹרַת מְחִיצָה עָלָיו? וְהָאָמַר רַב נַחְמָן אָמַר שְׁמוּאֵל: אַנְשֵׁי מִרְפֶּסֶת וְאַנְשֵׁי חָצֵר שֶׁשָּׁכְחוּ וְלֹא עֵירְבוּ, אִם יֵשׁ לְפָנֶיהָ דַּקָּה אַרְבָּעָה אֵינָהּ אוֹסֶרֶת, וְאִם לָאו — אוֹסֶרֶת.

Rav Beruna raised a contradiction to Rav Yehuda in the winepress at Rav Ḥanina’s house: Did Shmuel actually say that such a wall has the status of a partition? Didn’t Rav Naḥman say that Shmuel said: With regard to the residents of a balcony and the residents of a courtyard who forgot and did not establish a joint eiruv, if there is a partition four handbreadths wide in front of the entrance to the balcony, the balcony does not prohibit the residents of the courtyard to carry; and if not, it prohibits the residents of the courtyard from carrying? This indicates that a ladder is considered an entrance, as the courtyard and the balcony are considered connected.

Рав Брона задал противоречие Рав Йеуде на давильне дома Рав Ханины: разве Шмуэль сказал, что к нему применяется закон перегородки? Ведь сказал Рав Нахман от имени Шмуэля: жители балкона и жители двора, которые забыли и не установили эрув, — если перед ней [балконом] есть столбик [шириной] четыре [тефахим], она не запрещает [двор жителям двора]; а если нет — запрещает.

הָכָא בְּמַאי עָסְקִינַן, דְּלֹא גְּבוֹהָ מִרְפֶּסֶת עֲשָׂרָה. וְאִי לֹא גְּבוֹהָ מִרְפֶּסֶת עֲשָׂרָה, כִּי עָבֵיד דַּקָּה מַאי הָוֵי? בִּמְגוּפֶּפֶת עַד עֶשֶׂר אַמּוֹת, דְּכֵיוָן דְּעָבֵיד דַּקָּה — אִיסְתַּלּוֹקֵי אִיסְתַּלַּק מֵהָכָא.

Rav Yehuda replied in the same manner as above: With what are we dealing here? We are dealing with a case where the balcony is not ten handbreadths high, and that is why it is regarded as connected to the courtyard. The Gemara asks: If the balcony is not ten handbreadths high, when he places a partition, what of it? The balcony should nevertheless be considered part of the courtyard. The Gemara answers: We are dealing here with a balcony that is entirely fenced off except for a section up to ten cubits wide, which serves as an entrance. In that case, since the residents of the balcony place a partition at this entrance, they thereby remove themselves entirely from the courtyard.

Рав Йехуда ответил так же, как и выше: С чем мы имеем дело здесь? Мы имеем дело со случаем, когда балкон не достигает десяти тефахов в высоту, и поэтому он считается связанным с двором. Гмара спрашивает: Если балкон не достигает десяти тефахов в высоту, когда он ставит перегородку, что с того? Балкон всё равно должен считаться частью двора. Гмара отвечает: Здесь речь идёт о балконе, который полностью ограждён, кроме участка шириной до десяти ам, который служит входом. В таком случае, поскольку жители балкона ставят перегородку у этого входа, они тем самым полностью отделяют себя от двора.

הָנְהוּ בְּנֵי קָקוּנָאֵי דְּאָתֵי לְקַמֵּיהּ דְּרַב יוֹסֵף, אֲמַרוּ לֵיהּ: הַב לַן גַּבְרָא דְּלִיעָרֵב לַן מָאתִין. אֲמַר לֵיהּ לְאַבָּיֵי: זִיל עָרֵב לְהוּ, וַחֲזִי דְּלָא מְצַוְוחַתְּ עֲלַהּ בְּבֵי מִדְרְשָׁא. אֲזַל, חֲזָא לְהָנְהוּ בָּתֵּי דִּפְתִיחִי לְנַהֲרָא. אָמַר: הָנֵי לֶהֱוֵי שִׁיּוּר לְמָתָא.

The Gemara relates that certain residents of the city of Kakunya came before Rav Yosef and said to him: Provide us with someone who will establish an eiruv for our city. The city had originally been a public city and had turned into a private one, requiring that part of the city be excluded from the eiruv. Rav Yosef said to Abaye: Go, establish an eiruv for them, and see to it that there is no outcry against it in the study hall, i.e., make sure the eiruv is valid beyond any doubt. He went and saw that certain houses opened to the river and not to the city. He said: Let these houses serve as the section excluded from the eiruv for the city.

Гмара рассказывает, что некоторые жители города Какуния пришли к Рав Йосефу и сказали ему: Обеспечь нам кого-нибудь, кто установит эйрув для нашего города. Город изначально был общественным, а затем стал частным, что требовало исключения части города из эйрува. Рав Йосеф сказал Абая: Иди, установи для них эйрув и проследи, чтобы не было возмущения в учебном зале, то есть убедись, что эйрув действителен без всяких сомнений. Он пошёл и увидел, что некоторые дома выходят к реке, а не к городу. Он сказал: Пусть эти дома служат участком, исключённым из эйрува для города.

הֲדַר אָמַר: ״אֵין מְעָרְבִין אֶת כּוּלָּהּ״ תְּנַן, [מִכְּלָל] דְּאִי בָּעֵי לְעָירוֹבֵי, מָצֵי מְעָרְבִי. אֶלָּא אֶיעְבֵּיד לְהוּ כַּוֵּוי, דְּאִי בָּעוּ לְעָירוֹבֵי דֶּרֶךְ חַלּוֹנוֹת מָצוּ מְעָרְבִי.

Abaye subsequently retracted and said: This cannot be done, as we learned in the mishna: One may not establish an eiruv for all of it; by inference, if they wanted to establish an eiruv for the entire city, they would have been able to establish such an eiruv, if not for the requirement to exclude a section of the city from the eiruv. However, these houses, which do not open to the city, could not have joined in an eiruv with the rest of the city in any case, and therefore they cannot serve as the excluded section. Rather, I will create windows for them between the courtyards of their houses and the rest of the city, so that if they want to establish an eiruv with the rest of the city by way of the windows, they can establish such an eiruv, and then these houses will be fit to serve as the excluded section.

Позже Абая отозвал своё мнение и сказал: Это нельзя делать, как мы выучили в мишне: Нельзя устанавливать эйрув для всего города; из этого следует, что если бы они хотели установить эйрув для всего города, они могли бы это сделать, если бы не требовалось исключать часть города из эйрува. Однако эти дома, которые не выходят на город, в любом случае не могли бы присоединиться к эйруву с остальным городом, и поэтому они не могут служить исключённым участком. Вместо этого я создам для них окна между дворами их домов и остальной частью города, чтобы если они захотят установить эйрув с остальным городом через окна, они могли бы это сделать, и тогда эти дома будут пригодны для служения исключённым участком.

הֲדַר אָמַר: לָא בָּעֵי, דְּהָא רַבָּה בַּר אֲבוּהּ מְעָרֵב לַהּ לְכוּלַּהּ מָחוֹזָא עַרְסְיָיתָא עַרְסְיָיתָא מִשּׁוּם פֵּירָא דְּבֵי תוֹרֵי, דְּכׇל חַד וְחַד הָוֵי שִׁיּוּר לְחַבְרֵיהּ. וְאַף עַל גַּב דְּאִי בָּעוּ לְעָרוֹבֵי בַּהֲדֵי הֲדָדֵי, לָא מָצוּ מְעָרְבִי.

He subsequently retracted again and said: This is not necessary, as Rabba bar Avuh established an eiruv for the entire city of Meḥoza, which was a public city that had become a private one, neighborhood by neighborhood, due to the fact that the neighborhoods were separated by ditches from which the cattle would feed. In other words, Rabba bar Avuh established a separate eiruv for each neighborhood without excluding any of them, as he maintained that each one was an excluded section for the other. And although the neighborhoods would not have been able to establish an eiruv together even if they wanted to, due to the ditches separating them, the neighborhoods were still able to serve as excluded areas for each other.

Позже он снова отозвал своё мнение и сказал: Это не нужно, поскольку Рабба бар Авух установил эйрув для всего города Мехоза, который был общественным городом, ставшим частным по районам из-за того, что районы были отделены рвами, из которых коровы пили воду. Иными словами, Рабба бар Авух установил отдельный эйрув для каждого района, не исключая ни одного, поскольку он считал, что каждый район является исключённым участком для другого. И хотя районы не могли бы установить эйрув вместе, даже если бы хотели, из-за рвов, разделяющих их, районы всё же могли служить исключёнными зонами друг для друга.

הֲדַר אָמַר: לָא דָּמֵי. הָתָם, אִי בָּעֵי — לְעָרוֹבֵי דֶּרֶךְ גַּגּוֹת, וְהָנֵי לָא מְעָרְבִי, הִילְכָּךְ נַעְבְּדַן כַּוֵּוי.

He subsequently retracted once again and said: The two cases are not really comparable. There, in Meḥoza, if they wanted, they could have established a single eiruv by way of the roofs; but these houses cannot establish an eiruv with the other houses of the city, and therefore we must create windows for them.

Позже он снова отозвал своё мнение и сказал: Эти два случая на самом деле не сопоставимы. Там, в Мехозе, если бы они захотели, они могли бы установить единый эйрув через крыши; но эти дома не могут установить эйрув с другими домами города, и поэтому мы должны создать для них окна.

הֲדַר אָמַר: כַּוֵּוי נָמֵי לָא בָּעֵי, דְּהָהוּא בֵּי תִיבְנָא דַּהֲוָה לֵיהּ לְמָר בַּר פּוֹפִידְתָּא מִפּוּמְבְּדִיתָא, וְשַׁוְּיַהּ שִׁיּוּר לְפוּמְבְּדִיתָא.

He subsequently retracted yet again and said: Windows are also not necessary. As, that storehouse of straw which belonged to Mar bar Pofidata from Pumbedita was designated as the section excluded from the eiruv arranged for the city of Pumbedita, which proves that it is not necessary for the excluded section to be one that could have been included in an eiruv with the rest of the city.

Позже он снова отозвал своё мнение и сказал: Окна тоже не нужны. Поскольку тот амбар со соломой, который принадлежал Мару бар Пофидате из Пумбедиты, был назначен исключённым участком эйрува, устроенного для города Пумбедита, что доказывает, что исключённый участок не обязательно должен быть тем, что могло бы быть включено в эйрув с остальным городом.

אֲמַר, הַיְינוּ דְּאָמַר לִי מָר: ״חֲזִי דְּלָא מְצַוְוחַתְּ עֲלַהּ בְּבֵי מִדְרְשָׁא״.

Abaye said to himself: This is what the Master meant when he said to me: See to it that there is no outcry against it in the study hall. Abaye now understood the many factors that had to be considered and how wary one must be of reaching a hasty conclusion.

Абая сказал себе: Вот что имел в виду Мастер, когда сказал мне: Проследи, чтобы не было возмущения в учебном зале. Абая теперь понял множество факторов, которые нужно учитывать, и насколько осторожным нужно быть, чтобы не прийти к поспешному выводу.

אֶלָּא אִם כֵּן עָשָׂה חוּצָה לָהּ כָּעִיר חֲדָשָׁה. תַּנְיָא, אָמַר רַבִּי יְהוּדָה: עִיר אַחַת הָיְתָה בִּיהוּדָה וַחֲדָשָׁה שְׁמָהּ, וְהָיוּ בָּהּ חֲמִשִּׁים דָּיוֹרִים אֲנָשִׁים וְנָשִׁים וָטַף, וּבָהּ הָיוּ מְשַׁעֲרִים חֲכָמִים, וְהִיא הָיְתָה שִׁיּוּר.

The mishna stated that if a public city becomes a private city, one may not establish an eiruv for all of it unless he maintains an area outside the eiruv which is like the size of the city of Ḥadasha in Judea. It was taught in a baraita that Rabbi Yehuda said: There was a certain city in Judea and its name was Ḥadasha, and it had fifty residents including men, women, and children. And the Sages would use it to measure the size of the section that must be excluded from an eiruv, and it itself was the excluded section of the eiruv of a larger city that was adjacent to it.

В мишне сказано, что если общественный город становится частным, нельзя устанавливать эйрув для всего города, если не выделена территория вне эйрува, размером как город Хадаша в Иудее. В барайте сказано, что Рабби Йехуда сказал: Был определённый город в Иудее, и его имя было Хадаша, и в нём было пятьдесят жителей, включая мужчин, женщин и детей. Мудрецы использовали его для измерения размера участка, который должен быть исключён из эйрува, и он сам был исключённым участком эйрува более крупного соседнего города.

אִיבַּעְיָא לְהוּ: חֲדָשָׁה מַהוּ? חֲדָשָׁה, כִּי הֵיכִי דְּאִיהִי הָוְיָא שִׁיּוּר לִגְדוֹלָה — גְּדוֹלָה נָמֵי הָוְיָא שִׁיּוּר לִקְטַנָּה.

A dilemma was raised before the Sages: As for Ḥadasha, what is the halakha? Is it permissible to establish an eiruv for Ḥadasha itself without excluding a section of the city from the eiruv? The Gemara answers: With regard to Ḥadasha, just as it was the excluded section of the larger city, the larger city was also the excluded section of the smaller city.

Перед мудрецами возникла дилемма: Что касается Хадаши, какова галаха? Можно ли устанавливать эйрув для самой Хадаши без исключения участка города из эйрува? Гмара отвечает: Что касается Хадаши, так же как она была исключённым участком большого города, так и большой город был исключённым участком для меньшего города.

אֶלָּא כְּעֵין חֲדָשָׁה, מַהוּ? רַב הוּנָא וְרַב יְהוּדָה, חַד אָמַר: בָּעֲיָא שִׁיּוּר, וְחַד אָמַר: לָא בָּעֲיָא שִׁיּוּר.

Rather, the question pertains to a small city like Ḥadasha that stands by itself, not in proximity to a larger city: What is the halakha? Does a small city require an excluded section or not? Rav Huna and Rav Yehuda disagreed about this issue. One said: It requires an excluded section; and one said: It does not require an excluded section.

Вопрос касается маленького города, подобного Хадаше, который стоит сам по себе, не рядом с большим городом: Какова галаха? Требуется ли маленькому городу исключённый участок или нет? Рав Хуна и Рав Йехуда расходились во мнении по этому вопросу. Один сказал: Требуется исключённый участок; другой сказал: Исключённый участок не требуется.

רַבִּי שִׁמְעוֹן אוֹמֵר שָׁלֹשׁ חֲצֵירוֹת וְכוּ׳. אָמַר רַב חָמָא בַּר גּוּרְיָא אָמַר רַב: הֲלָכָה כְּרַבִּי שִׁמְעוֹן. רַבִּי יִצְחָק אָמַר: אֲפִילּוּ בַּיִת אֶחָד וְחָצֵר אַחַת. חָצֵר אַחַת סָלְקָא דַּעְתָּךְ?! אֶלָּא אֵימָא: בַּיִת אֶחָד בְּחָצֵר אַחַת.

It is stated in the mishna that Rabbi Shimon says: The excluded area must be large enough to include at least three courtyards with two houses each. Rav Ḥama bar Gurya said that Rav said: The halakha is in accordance with the opinion of Rabbi Shimon. However, Rabbi Yitzḥak said: Even one house and one courtyard suffice. The Gemara expresses surprise at the wording of this statement: Can it enter your mind that one courtyard even without a house is sufficient? Rather, correct it and say as follows: One house in one courtyard.

В мишне сказано, что Рабби Шимон говорит: Исключённый участок должен быть достаточно большим, чтобы включать по крайней мере три двора с двумя домами в каждом. Рав Хама бар Гурия сказал, что Рав сказал: Галаха согласно мнению Рабби Шимона. Однако Рабби Ицхак сказал: Достаточно даже одного дома и одного двора. Гмара выражает удивление по поводу формулировки этого утверждения: Можно ли представить, что один двор даже без дома достаточен? Скорее, исправьте и скажите так: Один дом в одном дворе.

אֲמַר לֵיהּ אַבָּיֵי לְרַב יוֹסֵף: הָא דְּרַבִּי יִצְחָק, גְּמָרָא אוֹ סְבָרָא? אֲמַר לֵיהּ: מַאי נָפְקָא לַן מִינַּהּ? אֲמַר לֵיהּ: גְּמָרָא גְּמוֹר, זְמוֹרְתָּא תְּהֵא?!

Abaye said to Rav Yosef: Is that ruling of Rabbi Yitzḥak based on oral tradition or his own logic? Rav Yosef said to him: What practical difference does Rabbi Yitzḥak’s source make to us? Abaye said to him, quoting a well-known adage: When you study Talmud is it merely a song?; Is the material you study like the lyrics of a song that you do not understand? It is proper to investigate all aspects of the statements of the Sages, regardless of the practical ramifications.

Абая сказал Рав Йосефу: Основано ли это постановление Рабби Ицхака на устной традиции или на его собственной логике? Рав Йосеф ответил ему: Какое практическое значение имеет для нас источник Рабби Ицхака? Абая сказал ему, цитируя известную пословицу: Когда ты изучаешь Талмуд, разве это просто песня? Материал, который ты изучаешь, похож на слова песни, которые ты не понимаешь? Правильно исследовать все аспекты высказываний мудрецов, независимо от практических последствий.

מַתְנִי׳ מִי שֶׁהָיָה בַּמִּזְרָח וְאָמַר לִבְנוֹ: ״עָרֵב לִי בַּמַּעֲרָב״, בַּמַּעֲרָב וַאֲמַר לִבְנוֹ: ״עָרֵב לִי בַּמִּזְרָח״, אִם יֵשׁ הֵימֶנּוּ וּלְבֵיתוֹ אַלְפַּיִם אַמָּה, וּלְעֵירוּבוֹ יוֹתֵר מִכָּאן — מוּתָּר לְבֵיתוֹ, וְאָסוּר לְעֵירוּבוֹ.

MISHNA: One who was to the east of his home when Shabbat began, and he had said to his son before Shabbat: Establish an eiruv for me to the west; or, if he was to the west of his home and he had said to his son: Establish an eiruv for me to the east, the halakha is as follows: If there is a distance of two thousand cubits from his current location to his house, and the distance to his eiruv is greater than this, he is permitted to walk to his house, and from there he may walk two thousand cubits in every direction, but it is prohibited for him to walk to the spot where his son had deposited his eiruv.

МИШНА: Тот, кто находился к востоку от своего дома, когда наступил Шаббат, и он сказал своему сыну до Шаббата: Установи для меня эйрув на запад; или если он был к западу от своего дома и сказал сыну: Установи для меня эйрув на восток, галаха такова: Если расстояние от его текущего местоположения до дома составляет две тысячи ам, а расстояние до эйрува больше этого, ему разрешено идти к дому, а оттуда он может пройти две тысячи ам во всех направлениях, но ему запрещено идти к месту, где его сын положил эйрув.

לְעֵירוּבוֹ אַלְפַּיִם אַמָּה, וּלְבֵיתוֹ יָתֵר מִכָּאן — אָסוּר לְבֵיתוֹ, וּמוּתָּר לְעֵירוּבוֹ.

If the distance from one’s current location to his eiruv is two thousand cubits, and the distance to his house is greater than this, he is prohibited from walking to his house, and he is permitted to walk to the spot of his eiruv, and from there he may walk two thousand cubits in every direction. In other words, with regard to the Shabbat limit, one’s place of residence for Shabbat cannot be more than two thousand cubits from his physical location when Shabbat begins.

Если расстояние от текущего местоположения до эйрува составляет две тысячи ам, а расстояние до дома больше этого, ему запрещено идти к дому, и разрешено идти к месту эйрува, а оттуда он может пройти две тысячи ам во всех направлениях. Иными словами, с точки зрения ограничения Шаббата, место проживания на Шаббат не может находиться дальше двух тысяч ам от физического местоположения человека в момент наступления Шаббата.

הַנּוֹתֵן אֶת עֵירוּבוֹ בְּעִיבּוּרָהּ שֶׁל עִיר, לֹא עָשָׂה וְלֹא כְלוּם.

One who places his eiruv in the outskirts of the city, i.e., within an area of slightly more than seventy cubits surrounding the city, it is as though he has not done anything. The two thousand cubits of one’s Shabbat limit are measured from the edge of the outskirts of the city even if there is no eiruv, and one therefore gains nothing from placing an eiruv within this area.

Тот, кто размещает свой эйрув на окраине города, то есть в пределах области чуть более семидесяти ам вокруг города, как будто он ничего не сделал. Две тысячи ам ограничения Шаббата измеряются от края окраины города, даже если эйрува нет, и поэтому человек не получает никакой выгоды от установки эйрува в этой области.

נְתָנוֹ חוּץ לַתְּחוּם, אֲפִילּוּ אַמָּה אַחַת —

If, however, he placed his eiruv outside the city’s boundary, even if he placed it only one cubit beyond the city,

Если же он поместил свой эйрув за пределами границы города, даже если он поместил его всего на одну аму за городом,

Group None

Display Settings

Bookmarks