Gittin 12a — Gittin

דִּלְמָא לָא הִיא; עַד כָּאן לָא קָאָמַר רַבִּי אֱלִיעֶזֶר הָתָם, אֶלָּא דְּמִיגּוֹ דְּאִי בָּעֵי מַפְקַר לְהוּ לְנִכְסֵיהּ, וְהָוֵי עָנִי וַחֲזֵי לֵיהּ – וּמִיגּוֹ דְּזָכֵי לֵיהּ לְנַפְשֵׁיהּ זָכֵי לְחַבְרֵיהּ; אֲבָל הָכָא, לָא.

Perhaps that is not so. Perhaps this is not the point of dispute between Rabbi Eliezer and the Rabbis. There are two ways to explain why this might not be the case. First, it is possible that Rabbi Eliezer states his opinion only there, when the person took possession of the pe’a despite not being eligible to collect it for himself, since if the one who collected the produce desired, he could declare his property ownerless and become a poor person, and then the produce would have been fit for him to retain for himself. And since he could have acquired the pe’a for himself, he can likewise acquire it for another as well. However, here, where he seizes property on behalf of a creditor, he cannot seize this property for himself. Consequently, Rabbi Eliezer does not rule that he can do so when it is against the interests of another person.

быть может, это не так. Быть может, спор между рабби Элиэзером и мудрецами вовсе не об этом. Есть два способа объяснить, почему дело может обстоять иначе. Во-первых, возможно, что рабби Элиэзер высказывает своё мнение лишь там, где человек завладел пеа, хотя сам и не имел права собирать её для себя, — ибо, если бы собравший плоды пожелал, он мог бы объявить своё имущество бесхозным и стать бедняком, и тогда эти плоды годились бы ему, чтобы оставить их себе. А коль скоро он мог бы приобрести пеа для себя, он равным образом может приобрести её и для другого. Однако здесь, где он захватывает имущество в пользу заимодавца, он не может захватить это имущество для себя самого. Следовательно, рабби Элиэзер не постановляет, что он вправе так поступать, когда это идёт вразрез с интересами другого человека.

וְעַד כָּאן לָא קָאָמְרִי רַבָּנַן הָתָם, אֶלָּא דִּכְתִיב: ״לֹא תְלַקֵּט לְעָנִי״ – לֹא תְלַקֵּט לוֹ לְעָנִי; אֲבָל הָכָא, לָא.

Second, one can argue from the opposite perspective: The Rabbis state their opinion only there, that one cannot acquire on behalf of the poor person, as it is written: “The corner of your field you shall not reap and the gleaning of your harvest you shall not gather; for the poor you shall leave them” (Leviticus 23:22), and the Sages expounded this verse by reading it as though there were no break in the middle: You shall not gather for the poor, i.e., the poor person must collect the produce for himself. However, here, where one seizes property on behalf of a creditor, this verse does not apply, and therefore the Rabbis did not rule that the action of the third party is ineffective. Consequently, it is possible that the dispute between Rabbi Eliezer and the Rabbis is not with regard to the issue of whether one can seize property on behalf of a creditor in a case where it is to the detriment of others.

Во-вторых, можно рассуждать и с противоположной стороны: мудрецы высказывают своё мнение — что нельзя приобретать от имени бедняка — лишь там, ибо написано: «края поля твоего не дожинай и опавшего при жатве твоей не подбирай; для бедного оставь их» (Ваикра 23:22), и мудрецы истолковали этот стих, читая его так, как будто в середине нет разделения: «не подбирай для бедного», — то есть бедняк должен собирать плоды сам. Однако здесь, где некто захватывает имущество в пользу заимодавца, этот стих неприменим, и потому мудрецы не постановили, что действие третьего лица недейственно. Следовательно, возможно, что спор между рабби Элиэзером и мудрецами вовсе не о том, можно ли захватывать имущество в пользу заимодавца в случае, когда это идёт во вред другим.

וְרַבִּי אֱלִיעֶזֶר, הַאי ״לֹא תְלַקֵּט״ – מַאי עָבֵיד לֵיהּ? מִיבְּעֵי לֵיהּ לְהַזְהִיר לְעָנִי עַל שֶׁלּוֹ.

The Gemara asks: And as for Rabbi Eliezer, with regard to this verse: “You shall not gather,” what does he do with it? How does he interpret this phrase, from which the Rabbis derived that one may not collect pe’a on behalf of a poor person? The Gemara answers: He requires it to warn a poor person with regard to his own field, i.e., if a poor person had a field of his own he is not permitted to gather pe’a from it for himself, his poverty notwithstanding.

Гмара спрашивает: а рабби Элиэзер — что он делает с этим стихом: «не подбирай»? Как он толкует это выражение, из которого мудрецы вывели, что нельзя собирать пеа от имени бедняка? Гмара отвечает: оно нужно ему, чтобы предостеречь бедняка относительно его собственного поля, то есть: если у бедняка есть своё поле, ему не дозволено собирать с него пеа для себя, невзирая на его бедность.

שֶׁאִם יִרְצֶה שֶׁלֹּא לָזוּן כּוּ׳: שָׁמְעַתְּ מִינַּהּ, יָכוֹל הָרַב לוֹמַר לָעֶבֶד: ״עֲשֵׂה עִמִּי וְאֵינִי זָנָךְ״?

§ The mishna taught: As, if the master wishes not to sustain his slave he is allowed to act accordingly. The Gemara comments: Conclude from the mishna that the master is legally able to say to his slave: Work for me but I will not sustain you.

§ В мишне учили: ибо если хозяин пожелает не содержать своего раба, ему дозволено так поступить. Гмара замечает: заключи из мишны, что хозяин по закону вправе сказать своему рабу: «работай на меня, но содержать тебя я не буду».

הָכָא בְּמַאי עָסְקִינַן – דַּאֲמַר לֵיהּ: ״צֵא מַעֲשֵׂה יָדֶיךָ לִמְזוֹנוֹתֶיךָ״.

The Gemara rejects this claim: This is not a conclusive proof, as with what are we dealing here, in the mishna? We are dealing with a case where he said to the slave: Spend your earnings to sustain yourself. In other words, I will not provide for you; rather, you must work and earn money for your sustenance on your own. However, this does not mean that a master can force his slave to work for him without providing him with sustenance.

Гмара отвергает это утверждение: это не решающее доказательство, ибо о чём здесь идёт речь в мишне? Речь о случае, когда он сказал рабу: «расходуй свой заработок на своё содержание», — то есть: я не буду тебя содержать, но ты сам должен работать и зарабатывать себе на пропитание. Однако это не значит, что хозяин может заставить раба работать на себя, не давая ему содержания.

דִּכְווֹתַהּ גַּבֵּי אִשָּׁה – דַּאֲמַר לַהּ: ״צְאִי מַעֲשֵׂה יָדַיִךְ בִּמְזוֹנוֹתַיִךְ״?! אִשָּׁה אַמַּאי לָא? אִשָּׁה – בִּדְלָא סָפְקָא.

The Gemara asks: If so, in the corresponding situation in the mishna with regard to a wife, will one explain that he could have said to her: Spend your earnings to sustain yourself? The mishna rules that one cannot exempt himself from his obligation to provide sustenance for his wife. In the case of a wife, why may he not do so? It is certainly permitted for a husband to stipulate with his wife that she will keep her earnings and not receive sustenance from him, yet it is clear in the mishna that there is a difference between a slave and a wife with regard to his ability to refuse to provide sustenance. The Gemara answers: The wife mentioned in the mishna is one whose earnings are not sufficient for her sustenance, and in that case the husband may not stipulate in this manner.

Гмара спрашивает: если так, то в соответствующем случае мишны — о жене — станут ли объяснять, что он мог бы сказать ей: «расходуй свой заработок на своё содержание»? Мишна постановляет, что человек не может освободить себя от обязанности содержать жену. Почему же в случае жены он не вправе так поступить? Ведь мужу, конечно, дозволено условиться с женой, что она оставляет себе свой заработок и не получает от него содержания; и всё же из мишны ясно, что между рабом и женой есть разница в отношении права отказать в содержании. Гмара отвечает: жена, о которой говорит мишна, — та, чьего заработка не хватает на её содержание, и в таком случае муж не вправе ставить такое условие.

עֶבֶד נָמֵי בִּדְלָא סָפֵיק! עַבְדָּא דִּנְהוֹם כְּרֵסֵיהּ לָא שָׁוֵיא, לְמָרֵיהּ וּלְמָרְתֵיהּ לְמַאי מִיתְבְּעֵי?

The Gemara raises a difficulty: If so, the case of the slave also is referring to a situation where his earnings are not sufficient for his sustenance, and he is unable to sustain himself. Nevertheless, his master can refuse to sustain him. Therefore, one can conclude from the mishna that a master can say to his slave: Work for me but I will not sustain you. The Gemara explains: A slave who is not worth the bread that he consumes, for what is he needed by his master or his mistress? If the value of his labor does not even pay for the cost of his sustenance why is he needed at all? The mishna certainly does not refer to a case of this kind. By contrast, with regard to a wife, the marriage does not depend on her ability to provide for herself by means of her earnings. Consequently, one cannot prove from the mishna that a master can say to his slave: Work for me but I will not sustain you.

Гмара выдвигает трудность: если так, то и случай раба говорит о положении, когда его заработка не хватает на его содержание и он не в силах прокормить себя, — и всё же хозяин может отказаться его содержать. Значит, из мишны можно заключить, что хозяин вправе сказать своему рабу: «работай на меня, но содержать тебя я не буду». Гмара объясняет: раб, который не стоит и хлеба, что он съедает, — зачем он вообще нужен своему хозяину или своей хозяйке? Если стоимость его труда не покрывает даже расходов на его содержание, к чему он нужен? Мишна, конечно, не говорит о таком случае. В отличие от этого, что до жены — брак не зависит от того, способна ли она прокормить себя своим заработком. Следовательно, из мишны нельзя доказать, что хозяин вправе сказать своему рабу: «работай на меня, но содержать тебя я не буду».

תָּא שְׁמַע: עֶבֶד שֶׁגָּלָה לְעָרֵי מִקְלָט אֵין רַבּוֹ חַיָּיב לְזוּנוֹ, וְלֹא עוֹד אֶלָּא שֶׁמַּעֲשֵׂה יָדָיו לְרַבּוֹ. שְׁמַע מִינַּהּ, יָכוֹל הָרַב לוֹמַר לָעֶבֶד ״עֲשֵׂה עִמִּי וְאֵינִי זָנָךְ״! הָכָא בְּמַאי עָסְקִינַן, דְּאָמַר לוֹ: ״צֵא מַעֲשֵׂה יָדֶיךָ לִמְזוֹנוֹתֶיךָ״.

The Gemara suggests another proof: Come and hear a baraita (Tosefta, Makkot 2:8): With regard to a slave who unintentionally killed someone and was exiled to one of the cities of refuge, his master is not required to sustain him. And not only that, but his earnings in his city of refuge belong to his master. Conclude from the baraita that a master can say to his slave: Work for me but I will not sustain you, as in the case of a slave exiled to a city of refuge the master is entitled to his earnings despite not providing for him. The Gemara answers: With what are we dealing here? With a case where the master said to him: Spend your earnings to sustain yourself.

Гмара предлагает другое доказательство: приди и услышь барайту (Тосефта, Макот 2:8): что до раба, который неумышленно убил человека и был изгнан в один из городов-убежищ, — его хозяин не обязан его содержать. И более того: его заработок в городе-убежище принадлежит хозяину. Заключи из барайты, что хозяин вправе сказать своему рабу: «работай на меня, но содержать тебя я не буду», — ибо в случае раба, изгнанного в город-убежище, хозяин имеет право на его заработок, хотя и не даёт ему содержания. Гмара отвечает: о чём здесь идёт речь? О случае, когда хозяин сказал ему: «расходуй свой заработок на своё содержание».

אִי הָכִי, מַעֲשֵׂה יָדָיו אַמַּאי לְרַבּוֹ? לְהַעְדָּפָה.

The Gemara raises a difficulty: If so, if the master said this to the slave, then why do his earnings belong to his master? After all, his master stipulated that he should sustain himself. The Gemara answers: This halakha is referring to his surplus earnings, i.e., if the slave works and earns more than the cost of his sustenance, his surplus income belongs to the master.

Гмара выдвигает трудность: если так, если хозяин сказал это рабу, то почему его заработок принадлежит хозяину? Ведь хозяин поставил условие, чтобы тот содержал себя сам. Гмара отвечает: эта галаха говорит об излишке его заработка, то есть: если раб работает и зарабатывает больше, чем стоит его содержание, излишек дохода принадлежит хозяину.

הַעֲדָפָה, פְּשִׁיטָא! מַהוּ דְּתֵימָא, כֵּיוָן דְּכִי לֵית לֵיהּ לָא יָהֵיב לֵיהּ, כִּי אִית לֵיהּ נָמֵי לָא לִישְׁקוֹל מִינֵּיהּ, קָא מַשְׁמַע לַן.

The Gemara asks: Isn’t it obvious that any surplus belongs to the master, as he owns the slave? The Gemara answers: This ruling is necessary, lest you say that since, when he does not work enough the master does not give him all he needs to eat, then when he has a surplus from his work the master should also not take it. Therefore, the baraita teaches us that despite this consideration the surplus belongs to the master.

Гмара спрашивает: разве не очевидно, что всякий излишек принадлежит хозяину, ведь раб — его собственность? Гмара отвечает: это постановление необходимо, чтобы ты не сказал: коль скоро, когда раб работает недостаточно, хозяин не даёт ему всего, что нужно ему для еды, — то и когда у него есть излишек от работы, хозяину не следует его брать. Поэтому барайта учит нас, что вопреки этому соображению излишек принадлежит хозяину.

וּמַאי שְׁנָא לְעָרֵי מִקְלָט? סָלְקָא דַּעְתָּךְ אָמֵינָא: ״וָחָי״ – עָבֵיד לֵיהּ חִיּוּתָא טְפֵי, קָא מַשְׁמַע לַן.

The Gemara asks: And what is different with regard to a slave who was exiled to one of the cities of refuge, concerning whom the baraita was stated? According to this reasoning, the surplus should belong to the master no matter where the slave is located. The Gemara answers: It might enter your mind to say that as the verse states with regard to one who is exiled to a city of refuge: “And that fleeing to one of these cities he might live” (Deuteronomy 4:42), one should act for him so that he has extra life, i.e., in this specific case the slave should be allowed to retain any additional amount he earns. Therefore, the baraita teaches us that no special obligation of this kind applies even if the slave had been exiled to a city of refuge.

Гмара спрашивает: а чем особенен раб, изгнанный в один из городов-убежищ, о котором и была сказана эта барайта? По такому рассуждению излишек должен принадлежать хозяину, где бы раб ни находился. Гмара отвечает: могло бы прийти тебе на ум сказать, что, коль скоро стих говорит об изгнанном в город-убежище: «чтобы, убежав в один из этих городов, он остался жив» (Дварим 4:42), — следует поступать с ним так, чтобы у него была прибавка жизни, то есть именно в этом случае рабу следовало бы позволить оставлять себе всё, что он заработает сверх меры. Поэтому барайта учит нас, что никакой особой обязанности такого рода нет, даже если раб был изгнан в город-убежище.

וְהָא מִדְּקָתָנֵי סֵיפָא: אֲבָל אִשָּׁה שֶׁגָּלְתָה לְעָרֵי מִקְלָט – בַּעְלָהּ חַיָּיב בִּמְזוֹנוֹתֶיהָ; מִכְּלָל דְּלָא אֲמַר לַהּ, דְּאִי אֲמַר לַהּ, בַּעְלַהּ אַמַּאי חַיָּיב?

The Gemara raises another difficulty: But from the fact that the latter clause of that baraita teaches: However, with regard to a woman who was exiled to one of the cities of refuge, her husband is obligated in her sustenance, by inference the baraita is dealing with a case where he did not say to her: Spend your earnings to sustain yourself, which is why he must sustain her. As, if he said this to her, why is her husband obligated to provide her with sustenance?

Гмара выдвигает ещё одну трудность: но из того, что последняя часть той барайты учит: «однако что до женщины, изгнанной в один из городов-убежищ, — её муж обязан её содержать», — следует, что барайта говорит о случае, когда он не сказал ей: «расходуй свой заработок на своё содержание», — потому он и должен её содержать. Ибо если бы он ей это сказал, почему муж был бы обязан давать ей содержание?

וּמִדְּסֵיפָא דְּלָא אֲמַר לַהּ, רֵישָׁא נָמֵי דְּלָא אֲמַר לֵיהּ!

And from the fact that the latter clause of the baraita is speaking about a case where he did not say this to her, it may be inferred that the first clause is also dealing with a situation where he did not say to the slave: Spend your earnings to sustain yourself. The two clauses of the baraita must be referring to similar cases or they would not be taught together.

А из того, что последняя часть барайты говорит о случае, когда он ей этого не сказал, можно вывести, что и первая часть говорит о положении, когда он не сказал рабу: «расходуй свой заработок на своё содержание». Ведь обе части барайты должны говорить о сходных случаях, иначе их не учили бы вместе.

לְעוֹלָם דַּאֲמַר לֵיהּ, וְאִשָּׁה בִּדְלָא סָפְקָה.

The Gemara rejects this claim: Actually, the baraita is referring to a case where the master said to the slave: Spend your earnings to sustain yourself, and the husband issued a similar statement to his wife. However, in the case of a woman it is referring to a situation when her earnings are not sufficient for her sustenance.

Гмара отвергает это утверждение: на самом деле барайта говорит о случае, когда хозяин сказал рабу: «расходуй свой заработок на своё содержание», и муж сказал жене нечто подобное. Однако в случае женщины речь идёт о положении, когда её заработка не хватает на её содержание.

וְהָא מִדְּקָתָנֵי סֵיפָא: וְאִם אָמַר לָהּ ״צְאִי מַעֲשֵׂה יָדַיִךְ בִּמְזוֹנוֹתַיִךְ״ – רַשַּׁאי, מִכְּלָל דְּרֵישָׁא דְּלָא אֲמַר לַהּ! הָכִי קָאָמַר: וְאִם מַסְפֶּקֶת, וְאָמַר לַהּ: ״צְאִי מַעֲשֵׂה יָדַיִךְ בִּמְזוֹנוֹתַיִךְ״ – רַשַּׁאי.

The Gemara raises an objection: But from the fact that the last clause teaches: And if the husband said to her: Spend your earnings to sustain yourself, he is permitted to act accordingly, it may be inferred that the first half of the last clause is referring to a case where he did not say this to her. The Gemara explains that this is what the baraita is saying: And if her earnings suffice to pay for her sustenance, and he said to her: Spend your earnings to sustain yourself, it is permitted for him to say that.

Гмара возражает: но из того, что последняя часть учит: «а если муж сказал ей: „расходуй свой заработок на своё содержание“, — ему дозволено так поступить», — можно вывести, что первая половина последней части говорит о случае, когда он ей этого не сказал. Гмара объясняет: вот что говорит барайта: а если её заработка хватает на её содержание и он сказал ей: «расходуй свой заработок на своё содержание», — ему дозволено так сказать.

מַסְפֶּקֶת, מַאי לְמֵימְרָא? מַהוּ דְּתֵימָא: ״כׇּל כְּבוּדָּה בַת מֶלֶךְ פְּנִימָה״, קָא מַשְׁמַע לַן.

The Gemara asks: If the baraita is referring to a case where her earnings suffice, what is the purpose of stating this halakha with regard to one who was exiled to a city of refuge? The same halakha applies to all wives. The Gemara answers: It is necessary, lest you say that in light of the verse: “All glorious is the king’s daughter within the palace” (Psalms 45:14), from which it is derived that it is improper for a wife to spend too much time outside her home, this woman’s husband should be concerned that while his wife is in a city of refuge she should not work out of the home, but only in the home. Therefore, the baraita teaches us that there is no need to be concerned about this matter, and her husband may say to her: Spend your earnings to sustain yourself, even in a city of refuge.

Гмара спрашивает: если барайта говорит о случае, когда её заработка хватает, для чего нужно излагать эту галаху применительно к изгнанной в город-убежище? Ведь та же галаха относится ко всем жёнам. Гмара отвечает: это необходимо, чтобы ты не сказал, что в свете стиха «вся слава дочери царя — внутри» (Теилим 45:14), из которого выводится, что жене не подобает много времени проводить вне дома, мужу этой женщины следовало бы озаботиться тем, чтобы, пока его жена в городе-убежище, она работала не вне дома, а только в доме. Поэтому барайта учит нас, что об этом заботиться не нужно и муж вправе сказать ей: «расходуй свой заработок на своё содержание», — даже в городе-убежище.

לֵימָא כְּתַנָּאֵי – רַבָּן שִׁמְעוֹן בֶּן גַּמְלִיאֵל אוֹמֵר: יָכוֹל הָעֶבֶד לוֹמַר לְרַבּוֹ בִּשְׁנֵי בַצּוֹרֶת: ״אוֹ פַּרְנְסֵנִי, אוֹ הוֹצִיאֵנִי לְחֵירוּת״. וַחֲכָמִים אוֹמְרִים: הָרְשׁוּת בְּיַד רַבּוֹ.

With regard to the question of whether a master can decide to cease providing sustenance for his slave while the slave continues to serve him, the Gemara suggests: Let us say that this matter is the subject of a dispute between tanna’im, as it was taught that Rabban Shimon ben Gamliel says: A slave can say to his master in years of famine: Either sustain me from your property or emancipate me. And the Rabbis say: His master has permission to retain his ownership over him without sustaining him.

Что до вопроса о том, может ли хозяин перестать содержать своего раба, тогда как раб продолжает ему служить, Гмара предлагает: скажем, что этот вопрос — предмет спора танаим, ибо учили: раббан Шимон бен Гамлиэль говорит: раб вправе сказать своему хозяину в голодные годы: «либо содержи меня из своего имущества, либо освободи меня». А мудрецы говорят: хозяин вправе сохранять своё владение им, не содержа его.

מַאי, לָאו בְּהָא קָמִיפַּלְגִי – דְּמָר סָבַר: יָכוֹל, וּמָר סָבַר: אֵינוֹ יָכוֹל?

What, is it not correct to say that they disagree about this issue, that one Sage, the Rabbis, holds that a master can say to his slave that he should work for him and he will not sustain him. Consequently, he is not required to emancipate him even when he cannot provide for him. And one Sage, Rabban Shimon ben Gamliel, holds that the master cannot say this, and therefore he is required to free him.

Разве не верно сказать, что расходятся они именно в этом: один мудрец, то есть мудрецы, считает, что хозяин вправе сказать своему рабу, чтобы тот работал на него, а содержать его он не будет, — и потому он не обязан освобождать его даже тогда, когда не может его прокормить. А другой мудрец, раббан Шимон бен Гамлиэль, считает, что хозяин не вправе так сказать, и потому он обязан его освободить.

וְתִיסְבְּרָא?! הַאי ״אוֹ פַּרְנְסֵנִי אוֹ הוֹצִיאֵנִי לְחֵירוּת״?! ״אוֹ פַּרְנְסֵנִי אוֹ תֵּן לִי מַעֲשֵׂה יָדַי בְּפַרְנָסָתִי״ מִיבְּעֵי לֵיהּ! וְעוֹד: מַאי שְׁנָא בִּשְׁנֵי בַצּוֹרֶת?

The Gemara responds: And can you understand the dispute that way? If so, this expression: Either sustain me or emancipate me, is inaccurate, as the baraita should have said: Either sustain me or give me my earnings for my sustenance. And furthermore, if the dispute concerns this general issue, what is different about years of famine? The same dispute should apply in all years.

Гмара отвечает: и можешь ли ты понять этот спор так? Если бы это было так, то выражение «либо содержи меня, либо освободи меня» неточно, ибо барайте следовало бы сказать: «либо содержи меня, либо отдай мне мой заработок на моё содержание». И более того: если спор идёт об этом общем вопросе, чем особенны голодные годы? Тот же спор должен был бы вестись обо всех годах.

אֶלָּא הָכָא בְּמַאי עָסְקִינַן – דְּאָמַר לוֹ ״צֵא מַעֲשֵׂה יָדֶיךָ לִמְזוֹנוֹתֶיךָ״, וּבִשְׁנֵי בַצּוֹרֶת לָא סָפֵק;

Rather, with what are we dealing here? This baraita is referring to a case where the master said to the slave: Spend your earnings to sustain yourself, and subsequently, during years of famine, the slave’s earnings do not suffice to provide himself with sustenance, as prices are higher than usual.

Скорее, о чём здесь идёт речь? Эта барайта говорит о случае, когда хозяин сказал рабу: «расходуй свой заработок на своё содержание», — а затем, в голодные годы, заработка раба не хватает, чтобы прокормить себя, ибо цены выше обычного.

רַבָּן שִׁמְעוֹן בֶּן גַּמְלִיאֵל סָבַר: אוֹ פַּרְנְסֵנִי אוֹ הוֹצִיאֵנִי לְחֵירוּת, כִּי הֵיכִי דְּחָזוּ לִי אִינָשֵׁי וּמְרַחֲמִין עֲלַי. וְרַבָּנַן סָבְרִי: מַאן דִּמְרַחֵם אַבְּנֵי חָרֵי, אַעֶבֶד נָמֵי רַחוֹמֵי מְרַחֵם.

And Rabban Shimon ben Gamliel holds that in this case the slave can say to his master: Either sustain me or emancipate me, so that people will see me in my helpless state, and they will have mercy on me and provide me with charity. And the Rabbis hold that this is not a justification for emancipating a slave, as those who have mercy on freemen will also have mercy on a slave. Consequently, it is not necessary for the slave to be emancipated for him to receive help from generous people. According to this interpretation, the baraita has no bearing on the question as to whether a master can say to his slave: Work for me but I will not sustain you.

И раббан Шимон бен Гамлиэль считает, что в таком случае раб вправе сказать своему хозяину: «либо содержи меня, либо освободи меня», — чтобы люди увидели меня в моей беспомощности, сжалились надо мной и подали мне милостыню. А мудрецы считают, что это не основание освобождать раба, ибо те, кто милосерден к свободным, будут милосердны и к рабу. Следовательно, рабу нет нужды быть освобождённым, чтобы получать помощь от щедрых людей. По этому толкованию барайта не имеет касательства к вопросу, вправе ли хозяин сказать своему рабу: «работай на меня, но содержать тебя я не буду».

תָּא שְׁמַע, דְּאָמַר רַב: הַמַּקְדִּישׁ יְדֵי עַבְדּוֹ, אוֹתוֹ הָעֶבֶד לֹוֶה וְאוֹכֵל, וְעוֹשֶׂה וּפוֹרֵעַ. שְׁמַע מִינַּהּ, יָכוֹל הָרַב לוֹמַר לָעֶבֶד: ״עֲשֵׂה עִמִּי וְאֵינִי זָנָךְ״!

The Gemara offers another suggestion: Come and hear a proof from a statement that Rav said: In the case of one who consecrates the hands of his slave, so that all the work he does becomes Temple property, preventing the slave from working on his own behalf, then that slave borrows and eats, and afterward performs work and repays what he borrowed, as will be explained. Conclude from Rav’s statement that the master is able to say to his slave: Work for me but I will not sustain you. In this case the master has prevented his slave from working for himself, and yet he is not required to provide for him.

Гмара предлагает иное: приди и услышь доказательство из того, что сказал Рав: тот, кто посвятил Храму руки своего раба, так что вся работа, которую тот делает, становится храмовым имуществом, и раб тем самым лишён возможности работать на себя, — такой раб занимает и ест, а после выполняет работу и возвращает занятое, как будет объяснено. Заключи из слов Рава, что хозяин вправе сказать своему рабу: «работай на меня, но содержать тебя я не буду». Ведь в этом случае хозяин лишил раба возможности работать на себя, и всё же не обязан его содержать.

הָכָא בְּמַאי עָסְקִינַן – בְּמַעֲלֶה לוֹ מְזוֹנוֹת. אִי הָכִי, לְמַאי

The Gemara answers: With what are we dealing here? This is referring to a case where the master provides sustenance for him. The Gemara raises a difficulty: If so, for what reason

Гмара отвечает: о чём здесь идёт речь? Речь о случае, когда хозяин даёт ему содержание. Гмара выдвигает трудность: если так, то по какой причине

דף 13

Display Settings

Bookmarks