דף 93
Pesachim 93b
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
קָסָבַר: מְגַדֵּף הַיְינוּ מְבָרֵךְ הַשֵּׁם, וּכְתִיב בִּמְבָרֵךְ אֶת הַשֵּׁם ״וְנָשָׂא חֶטְאוֹ״.
He holds that with regard to the case of the blasphemer mentioned in the verse: “That person blasphemes the Lord and that soul shall be cut off [karet] from among his people” (Numbers 15:30), this is identical to the case of one who blesses the name of God, a euphemism for cursing God’s name. And it is written with regard to one who blesses the name of God: “Whoever curses his God shall bear his sin” (Leviticus 24:15). Therefore, the punishment of karet applies to a sin about which the Torah states: Shall bear his sin.
Он считает, что случай богохульника, упомянутый в стихе: «Тот человек хулит Господа, и отсечена будет душа та из среды народа своего» (Бемидбар 15:30), — это тот же случай, что и «благословляющий Имя», эвфемизм для проклинающего Имя Бога. А о благословляющем Имя написано: «Всякий, кто проклянёт Бога своего, грех свой понесёт» (Ваикра 24:15). Следовательно, наказание каретом применяется к греху, о котором Тора говорит: «грех свой понесёт».
וְגָמַר הַאי ״חֶטְאוֹ״ דְּהָכָא, מֵ״חֶטְאוֹ״ דְּהָתָם: מָה לְהַלָּן כָּרֵת, אַף כָּאן נָמֵי כָּרֵת.
And Rabbi Yehuda HaNasi learned the meaning of this phrase: “And he shall bear his sin,” stated here, with regard to one who did not sacrifice the Paschal lamb, by way of a verbal analogy from the phrase: “Shall bear his sin” stated there, with regard to the blasphemer. Just as later, with regard to the blasphemer, it is referring to the punishment of karet, so too here, with regard to the Paschal lamb, it is referring to the punishment of karet. This concludes the Gemara’s explanation of the opinion of Rabbi Yehuda HaNasi.
И рабби Йеуда а-Наси вывел значение этого выражения «и грех свой понесёт», сказанного здесь о том, кто не принёс корбан песах, посредством гзера шава от выражения «грех свой понесёт», сказанного там, о богохульнике. Как там, о богохульнике, речь идёт о наказании каретом, так и здесь, о корбан песах, речь идёт о наказании каретом. На этом Гмара заканчивает объяснение мнения рабби Йеуды а-Наси.
וְרַבִּי נָתָן סָבַר: ״וְחָדַל לַעֲשׂוֹת הַפֶּסַח וְנִכְרְתָה״, דְּהַאי ״כִּי״ — לְשׁוֹן דְּהָא הוּא, וְהָכִי קָאָמַר רַחֲמָנָא: דְּהָא ״קׇרְבַּן ה׳ לֹא הִקְרִיב בְּמוֹעֲדוֹ״ בָּרִאשׁוֹן.
And Rabbi Natan holds that the verse should be understood differently. In the verse: “And refrains from offering the Paschal lamb, that soul shall be cut off from his people; because [ki] he did not bring the offering of the Lord in its appointed season” (Numbers 9:13), this word ki has the meaning of: Because. And this is what the Torah is saying: “Because he did not bring the offering of the Lord in its appointed season,” referring to participating in the Paschal lamb on the first Pesaḥ, he is liable to receive karet.
А рабби Натан считает, что стих следует понимать иначе. В стихе: «И не совершит песах, — душа та будет отсечена от народа своего; ибо [ки] жертву Господу не принёс он в назначенное для неё время» (Бемидбар 9:13) слово ки имеет значение «потому что». И вот что говорит Тора: «потому что жертву Господу не принёс он в назначенное для неё время», то есть не участвовал в корбан песах в первый песах, — он подлежит карету.
הַאי ״חֶטְאוֹ יִשָּׂא״ מַאי עָבֵיד לֵיהּ? קָסָבַר: מְגַדֵּף לָאו הַיְינוּ מְבָרֵךְ אֶת הַשֵּׁם, וְגָמַר הַאי ״חֶטְאוֹ״ דְּהָתָם מֵהַאי ״חֶטְאוֹ״ דְּהָכָא. מָה הָכָא כָּרֵת — אַף הָתָם כָּרֵת.
The Gemara asks: If so, that part of the verse which says: He shall bear his sin, what does Rabbi Natan do with it? The Gemara answers: Rabbi Natan holds that the case of the blasphemer is not identical with the case of one who blesses the name of God; blasphemy refers instead to one who sings praises to false gods. Thus, the Torah does not specify the punishment of one who curses God. He learned the meaning of that phrase “his sin,” there, with regard to one who curses God, by way of a verbal analogy from this phrase “his sin” here, in the case of one who did not offer the Paschal lamb. Just as here, with regard to the Paschal lamb, the punishment is karet, so too there, with regard to one who curses God, the phrase: He shall bear his sin, is a reference to the punishment of karet.
Гмара спрашивает: если так, то что рабби Натан делает с той частью стиха, которая говорит: «грех свой понесёт»? Гмара отвечает: рабби Натан считает, что случай богохульника — не тот же, что случай благословляющего Имя Бога; богохульство относится к тому, кто поёт хвалы ложным богам. Таким образом, Тора не указывает наказания для проклинающего Бога. Он вывел значение выражения «грех свой» там, о проклинающем Бога, посредством гзера шава от выражения «грех свой» здесь, в случае того, кто не принёс корбан песах. Как здесь, в случае корбан песах, наказание — карет, так и там, в случае проклинающего Бога, выражение «грех свой понесёт» указывает на наказание каретом.
וְרַבִּי חֲנַנְיָא בֶּן עֲקַבְיָא סָבַר: ״וְחָדַל לַעֲשׂוֹת הַפֶּסַח וְנִכְרְתָה״, אִי ״קׇרְבַּן ה׳ לֹא הִקְרִיב בְּמוֹעֲדוֹ״ — בַּשֵּׁנִי.
And Rabbi Ḥananya ben Akavya holds that the word ki in the verse should be rendered: If, as Rabbi Yehuda HaNasi interpreted it, but the verse should be understood as follows: “And refrained from participating in the offering of the Paschal lamb, that soul shall be cut off from his people if he did not bring the offering of the Lord in its appointed season,” which is on the second Pesaḥ.
А рабби Хананья бен Акавья считает, что слово ки в стихе следует понимать как «если», как истолковал его рабби Йеуда а-Наси, но сам стих следует понимать так: «и уклонился от участия в принесении корбан песах, — душа та будет отсечена от народа своего, если он не принёс жертву Господу в назначенное для неё время», то есть во второй песах.
וְהַאי ״חֶטְאוֹ יִשָּׂא״ מַאי עָבֵיד לֵיהּ? כְּדַאֲמַרַן.
The Gemara asks: And with regard to that phrase: “He shall bear his sin,” what does Rabbi Ḥananya ben Akavya do with it? The Gemara answers: He uses it in the same way as Rabbi Natan, as we said above, to derive the punishment for one who curses God.
Гмара спрашивает: а что рабби Хананья бен Акавья делает с выражением «грех свой понесёт»? Гмара отвечает: он использует его так же, как рабби Натан, о чём мы сказали выше, — чтобы вывести наказание для проклинающего Бога.
הִלְכָּךְ: הֵזִיד בָּזֶה וּבָזֶה — דִּבְרֵי הַכֹּל חַיָּיב, שָׁגַג בָּזֶה וּבָזֶה — דִּבְרֵי הַכֹּל פָּטוּר.
Therefore, if one intentionally refrained from offering the Paschal lamb on both the first and second Pesaḥ, all agree that he is liable to receive karet. If one unwittingly forgot on both the first and second Pesaḥ, all agree that he is exempt from karet.
Итак, если человек намеренно уклонился от принесения корбан песах и в первый, и во второй песах, все согласны, что он подлежит карету. Если он по неведению забыл и в первый, и во второй песах, все согласны, что он свободен от карета.
הֵזִיד בָּרִאשׁוֹן וְשָׁגַג בַּשֵּׁנִי, לְרַבִּי וּלְרַבִּי נָתָן — מִחַיְּיבִי, לְרַבִּי חֲנַנְיָא בֶּן עֲקַבְיָא — פָּטוּר.
If one intentionally refrained from offering the Paschal lamb on the first Pesaḥ and unwittingly forgot on the second, according to the opinions of Rabbi Yehuda HaNasi and Rabbi Natan he is liable to receive karet, because he intentionally refrained from offering the sacrifice on the first Pesaḥ and did not rectify his mistake on the second Pesaḥ; however, according to the opinion of Rabbi Ḥananya ben Akavya he is exempt, because he holds that one is liable only if he intentionally refrained both times from offering the Paschal lamb.
Если человек намеренно уклонился от принесения корбан песах в первый песах, а во второй забыл по неведению, то по мнению рабби Йеуды а-Наси и рабби Натана он подлежит карету, поскольку намеренно уклонился от жертвоприношения в первый песах и не исправил свою ошибку во второй песах; однако по мнению рабби Хананьи бен Акавьи он свободен, ибо тот считает, что человек подлежит карету лишь в том случае, если оба раза намеренно уклонился от принесения корбан песах.
שָׁגַג בָּרִאשׁוֹן וְהֵזִיד בַּשֵּׁנִי, לְרַבִּי — חַיָּיב. לְרַבִּי נָתָן וּלְרַבִּי חֲנַנְיָא בֶּן עֲקַבְיָא — פָּטוּר.
If one unwittingly forgot on the first Pesaḥ and intentionally refrained from bringing the offering on the second Pesaḥ, according to the opinion of Rabbi Yehuda HaNasi he is liable, because Rabbi Yehuda HaNasi considers the second Pesaḥ an independent Festival that is mandatory for all those who did not offer the Paschal lamb on the first Pesaḥ. According to the opinions of Rabbi Natan and Rabbi Ḥananya ben Akavya, who hold that the second Pesaḥ is a chance to redress the sin of the first Pesaḥ, since he did not intentionally fail to offer the Paschal lamb on the first Pesaḥ, he is exempt from the punishment of karet even if he intentionally failed to offer the Paschal lamb on the second Pesaḥ.
Если человек по неведению забыл в первый песах, а во второй песах намеренно уклонился от принесения жертвы, то по мнению рабби Йеуды а-Наси он подлежит карету, поскольку рабби Йеуда а-Наси считает второй песах самостоятельным праздником, обязательным для всех тех, кто не принёс корбан песах в первый песах. А по мнению рабби Натана и рабби Хананьи бен Акавьи, которые считают, что второй песах — это возможность возместить упущение первого песаха, поскольку он не намеренно не принёс корбан песах в первый песах, он свободен от наказания каретом, даже если намеренно не принёс корбан песах во второй песах.
מַתְנִי׳ אֵיזוֹ הִיא דֶּרֶךְ רְחוֹקָה? מִן הַמּוֹדִיעִים וְלַחוּץ, וּכְמִדָּתָהּ לְכׇל רוּחַ, דִּבְרֵי רַבִּי עֲקִיבָא. רַבִּי אֱלִיעֶזֶר אוֹמֵר: מֵאִיסְקוּפַּת הָעֲזָרָה וְלַחוּץ. אֲמַר לֵיהּ רַבִּי יוֹסֵי: לְפִיכָךְ נָקוּד עַל ה׳, לוֹמַר: לָא מִפְּנֵי שֶׁרָחוֹק וַדַּאי, אֶלָּא מֵאִיסְקוּפַּת הָעֲזָרָה וְלַחוּץ.
MISHNA: What is the definition of a distant journey that exempts one from observing the first Pesaḥ? Anywhere from the city of Modi’im and beyond, and from anywhere located an equal distance from Jerusalem and beyond in every direction; this is the statement of Rabbi Akiva. Rabbi Eliezer says: From the threshold of the Temple courtyard and beyond is considered a distant journey; therefore, anyone located outside the courtyard at the time that the Paschal lamb is slaughtered is exempt from observing the first Pesaḥ. Rabbi Yosei said to him: Therefore, the word is dotted over the letter heh in the word “distant [reḥoka]” to say that the meaning of the word should be qualified: It should be understood that it is not because he is really distant; rather, it includes anyone located from the threshold of the Temple courtyard and beyond.
МИШНА: что такое дальняя дорога, освобождающая от соблюдения первого песаха? Всё, что от города Модиин и далее, и от всякого места, отстоящего от Иерусалима на такое же расстояние, и далее — во все стороны; таково мнение рабби Акивы. Рабби Элиэзер говорит: от порога азары и далее считается дальней дорогой; поэтому всякий, кто в час шхиты корбан песах находится вне азары, свободен от соблюдения первого песаха. Сказал ему рабби Йосей: потому-то и стоит точка над буквой «эй» в слове «дальняя [рехока]» — чтобы сказать, что значение слова следует уточнить: понимать надо не так, что он действительно далеко; напротив, это включает всякого, кто находится от порога азары и далее.
גְּמָ׳ אָמַר עוּלָּא: מִן הַמּוֹדִיעִים לִירוּשָׁלַיִם חֲמִשָּׁה עָשָׂר מִילִין הָוְיָא. סָבַר לַהּ כִּי הָא דְּאָמַר רַבָּה בַּר בַּר חָנָה אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: כַּמָּה מַהֲלַךְ אָדָם בַּיּוֹם — עֲשָׂרָה פַּרְסָאוֹת: מֵעֲלוֹת הַשַּׁחַר וְעַד הָנֵץ הַחַמָּה חֲמֵשֶׁת מִילִין, מִשְּׁקִיעַת הַחַמָּה וְעַד צֵאת הַכּוֹכָבִים חֲמֵשֶׁת מִילִין. פָּשׁוּ לֵהּ תְּלָתִין: חֲמֵיסַר מִצַּפְרָא לְפַלְגָא דְיוֹמָא, וַחֲמֵיסַר מִפַּלְגָא דְיוֹמָא לְאוּרְתָּא.
GEMARA: Ulla said: The distance from the city of Modi’im to Jerusalem is fifteen mil. He held like this following opinion that Rabba bar bar Ḥana said that Rabbi Yoḥanan said: How far can an average person walk on an average day? One can walk ten parasangs [parsaot], which are forty mil. This is divided in the following way: From dawn until sunrise one can walk a distance of five mil, and from sunset until the emergence of the stars one can walk another five mil. There are thirty mil remaining that one can walk in a day: Fifteen from the morning until midday, and fifteen from midday until evening.
ГМАРА: Ула сказал: расстояние от города Модиин до Иерусалима — пятнадцать миль. Он держался следующего мнения, которое сказал Раба бар бар Хана от имени рабби Йоханана: сколько может пройти обычный человек за обычный день? Он может пройти десять парса, что составляет сорок миль. Делится это так: от рассвета до восхода солнца можно пройти пять миль, и от захода солнца до появления звёзд — ещё пять миль. Остаётся тридцать миль, которые можно пройти за день: пятнадцать от утра до полудня и пятнадцать от полудня до вечера.
עוּלָּא לְטַעְמֵיהּ, דְּאָמַר עוּלָּא: אֵי זֶה הוּא דֶּרֶךְ רְחוֹקָה? כֹּל שֶׁאֵין יָכוֹל לִיכָּנֵס בִּשְׁעַת שְׁחִיטָה.
The Gemara explains that Ulla conforms to his standard line of reasoning below, as Ulla said: What is the definition of a distant journey? It is any distance from which one is unable to reach Jerusalem and enter the Temple by the earliest time of the slaughter of the Paschal lamb. The obligation to slaughter the Paschal lamb begins at noon; therefore, if one is a distance of fifteen mil from the Temple in the morning, he will not be able to arrive there before the time that the offering may be slaughtered.
Гмара объясняет, что Ула следует здесь своей обычной линии рассуждения, приводимой ниже, ибо Ула сказал: что такое дальняя дорога? Это всякое расстояние, с которого человек не в состоянии достичь Иерусалима и войти в Храм к самому раннему сроку шхиты корбан песах. Обязанность резать корбан песах начинается в полдень; поэтому если человек утром находится в пятнадцати милях от Храма, он не сумеет добраться туда прежде того времени, когда жертву уже можно резать.
אָמַר מָר: מֵעֲלוֹת הַשַּׁחַר עַד הָנֵץ הַחַמָּה חֲמֵשֶׁת מִילִין, מְנָא לַן? דִּכְתִיב: ״וּכְמוֹ הַשַּׁחַר עָלָה וַיָּאִיצוּ הַמַּלְאָכִים וְגוֹ׳״, וּכְתִיב: ״הַשֶּׁמֶשׁ יָצָא עַל הָאָרֶץ וְלוֹט בָּא צוֹעֲרָה״. וְאָמַר רַבִּי חֲנִינָא: לְדִידִי חֲזֵי לִי הָהוּא אַתְרָא וְהָוְיָא חֲמִשָּׁה מִילִין.
The Gemara addresses the previously mentioned discussion: The Master said that from dawn until sunrise one can walk a distance of five mil. From where do we derive this? As it is written: “And when the morning arose, the angels hastened Lot, saying: Arise, take your wife and your two daughters that are here, lest you be swept away in the iniquity of the city” (Genesis 19:15), and it is written: “The sun was risen upon the earth when Lot came to Zoar” (Genesis 19:23). Therefore, the distance between Sodom and Zoar is the distance one can walk between dawn and sunrise, and Rabbi Ḥanina said: I myself saw that place, and it is a distance of five mil. This serves as a biblical proof that one can walk five mil between dawn and sunrise.
Гмара обращается к упомянутому выше обсуждению: Мастер сказал, что от рассвета до восхода солнца можно пройти пять миль. Откуда мы это выводим? Ибо написано: «Когда взошла заря, ангелы стали торопить Лота, говоря: встань, возьми жену твою и двух дочерей твоих, находящихся здесь, чтобы не погибнуть тебе за беззаконие города» (Берешит 19:15), и написано: «Солнце взошло над землёю, и Лот пришёл в Цоар» (Берешит 19:23). Значит, расстояние между Сдомом и Цоаром — это расстояние, которое можно пройти между рассветом и восходом солнца, а рабби Ханина сказал: я сам видел то место, и это расстояние в пять миль. Это служит библейским доказательством того, что между рассветом и восходом солнца можно пройти пять миль.
גּוּפָא, אָמַר עוּלָּא: אֵיזֶה הוּא דֶּרֶךְ רְחוֹקָה? כֹּל שֶׁאֵין יָכוֹל לִיכָּנֵס בִּשְׁעַת שְׁחִיטָה. וְרַב יְהוּדָה אָמַר: כֹּל שֶׁאֵין יָכוֹל לִיכָּנֵס בִּשְׁעַת אֲכִילָה.
The Gemara discusses the matter of the above statement itself. Ulla said: What is the definition of a distant journey; any journey of a distance from which one is unable to reach Jerusalem and enter the Temple by the earliest time of the slaughter of the Paschal lamb. And Rav Yehuda said: Any journey of a distance from which one is unable to reach Jerusalem, where the Paschal lamb is eaten, and enter during the time of the eating, the following night.
Гмара разбирает само это высказывание. Ула сказал: что такое дальняя дорога? Всякий путь такой длины, с которого человек не в состоянии достичь Иерусалима и войти в Храм к самому раннему сроку шхиты корбан песах. А рав Йеуда сказал: всякий путь такой длины, с которого человек не в состоянии достичь Иерусалима, где едят корбан песах, и войти туда во время его еды, в наступающую ночь.
אֲמַר לֵיהּ רַבָּה לְעוּלָּא: לְדִידָךְ קַשְׁיָא וּלְרַב יְהוּדָה קַשְׁיָא. לְדִידָךְ קַשְׁיָא, דְּאָמְרַתְּ: כֹּל שֶׁאֵין יָכוֹל לִיכָּנֵס בִּשְׁעַת שְׁחִיטָה, וְהָא טְמֵא שֶׁרֶץ — דְּאֵין יָכוֹל לִיכָּנֵס בִּשְׁעַת שְׁחִיטָה, וְקָאָמְרַתְּ: שׁוֹחֲטִין וְזוֹרְקִין עַל טְמֵא שֶׁרֶץ.
Rabba said to Ulla: According to your opinion it is difficult, and according to Rav Yehuda’s opinion it is difficult. According to your opinion it is difficult, as you said that any journey of a distance from which one is unable to reach Jerusalem and enter the Temple courtyard by the time of the slaughter of the Paschal lamb is considered a distant journey. Yet with regard to one who is ritually impure due to contact with a dead creeping animal, who is unable to enter the Temple courtyard at the time of the slaughter due to his impurity, you said: One may slaughter the Paschal lamb and sprinkle its blood on behalf of one who is ritually impure due to contact with a dead creeping animal, even though he will only become pure after nightfall, when the Paschal lamb is eaten.
Сказал Раба Уле: и по твоему мнению трудно, и по мнению рава Йеуды трудно. По твоему мнению трудно, ибо ты сказал, что дальней дорогой считается всякий путь такой длины, с которого человек не в состоянии достичь Иерусалима и войти в азару ко времени шхиты корбан песах. Но ведь о том, кто тамей от прикосновения к мёртвому ползучему (шерец) и потому не может войти в азару во время шхиты из-за своей тум'ы, ты сказал: можно резать корбан песах и кропить его кровью за того, кто тамей от прикосновения к шерецу, хотя он станет таор лишь после наступления ночи, когда корбан песах едят.
וּלְרַב יְהוּדָה קַשְׁיָא, דְּאָמַר: כֹּל שֶׁאֵין יָכוֹל לִיכָּנֵס בִּשְׁעַת אֲכִילָה, וְהָא טְמֵא שֶׁרֶץ — דְּיָכוֹל לִיכָּנֵס בִּשְׁעַת אֲכִילָה, וְקָאָמַר: אֵין שׁוֹחֲטִין וְזוֹרְקִין עַל טְמֵא שֶׁרֶץ!
And according to Rav Yehuda’s opinion it is difficult, as he said that any journey of a distance from which one is unable to enter Jerusalem during the time of the eating is considered a distant journey; yet with regard to one who is ritually impure due to contact with a dead creeping animal, who is able to enter Jerusalem and participate in consuming the offering at the time of the eating, he said the opposite: One may not slaughter the Paschal lamb and sprinkle its blood on behalf of one who is ritually impure due to contact with a dead creeping animal, even though he will be able to immerse and become ritually pure by nightfall, when the offering is to be eaten.
И по мнению рава Йеуды трудно, ибо он сказал, что дальней дорогой считается всякий путь такой длины, с которого человек не в состоянии войти в Иерусалим ко времени еды; но ведь о том, кто тамей от прикосновения к шерецу и способен войти в Иерусалим и участвовать в еде жертвы во время её еды, он сказал противоположное: нельзя резать корбан песах и кропить его кровью за того, кто тамей от прикосновения к шерецу, хотя он сможет окунуться и стать таор к наступлению ночи, когда жертву должно есть.
אֲמַר לֵיהּ: לָא לְדִידִי קַשְׁיָא וְלָא לְרַב יְהוּדָה קַשְׁיָא. לְדִידִי לָא קַשְׁיָא: דֶּרֶךְ רְחוֹקָה לַטָּהוֹר, וְאֵין דֶּרֶךְ רְחוֹקָה לַטָּמֵא.
Ulla said to him: According to my opinion it is not difficult, and according to Rav Yehuda’s opinion it is not difficult. According to my opinion it is not difficult because I hold that the concept of a distant journey applies only to one who is ritually pure, and the principle of a distant journey does not apply to one who is ritually impure. If one is ritually impure at the time of the slaughter, his obligation is immediately deferred to the second Pesaḥ regardless of the fact that he will become ritually pure in time to eat the offering at nightfall.
Сказал ему Ула: и по моему мнению нетрудно, и по мнению рава Йеуды нетрудно. По моему мнению нетрудно, ибо я считаю, что понятие дальней дороги относится лишь к тому, кто таор, а к тому, кто тамей, принцип дальней дороги не применяется. Если человек тамей во время шхиты, его обязанность немедленно переносится на второй песах, независимо от того, что он станет таор вовремя, чтобы есть жертву с наступлением ночи.