דף 5
Shabbat 5b
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
הָיָה קוֹרֵא בַּסֵּפֶר עַל הָאִיסְקוּפָּה וְנִתְגַּלְגֵּל הַסֵּפֶר מִיָּדוֹ — גּוֹלְלוֹ אֶצְלוֹ. הָיָה קוֹרֵא בְּרֹאשׁ הַגָּג וְנִתְגַּלְגֵּל הַסֵּפֶר מִיָּדוֹ, עַד שֶׁלֹּא הִגִּיעַ לַעֲשָׂרָה טְפָחִים — גּוֹלְלוֹ אֶצְלוֹ. מִשֶּׁהִגִּיעַ לַעֲשָׂרָה טְפָחִים — הוֹפְכוֹ עַל הַכְּתָב. וְהָוֵינַן בַּהּ: אַמַּאי הוֹפְכוֹ עַל הַכְּתָב? הָא לָא נָח!
One who was reading a sacred book in scroll form on Shabbat on an elevated, wide threshold and the book rolled from his hand outside and into the public domain, he may roll it back to himself, since one of its ends is still in his hand. However, if he was reading on top the roof, which is a full-fledged private domain, and the book rolled from his hand, as long as the edge of the book did not reach ten handbreadths above the public domain, the book is still in its own area, and he may roll it back to himself. However, once the book has reached within ten handbreadths above the public domain, he is prohibited to roll it back to himself. In that case, he may only turn it over onto the side with writing, so that the writing of the book should face down and should not be exposed and degraded. And we discussed this halakha: Why must he turn it over onto the side with writing, and he is prohibited to bring the book back to himself? Didn’t the book not yet come to rest upon a defined area in the public domain? Even if he brought it back it would not constitute lifting.
Тот, кто читал священную книгу в свитке в Шаббат на приподнятом широком пороге, и книга скатилась из его руки наружу в публичный домен, может скатить её обратно к себе, поскольку один из её концов всё ещё в его руке. Однако если он читал на крыше, которая является полноценным частным доменом, и книга скатилась из его руки, пока край книги не достиг десяти ладоней над публичным доменом, книга всё ещё в своей области, и он может скатить её обратно к себе. Но как только книга достигла в пределах десяти ладоней над публичным доменом, ему запрещено скатывать её обратно к себе. В таком случае он может только перевернуть её на сторону с письмом, чтобы письмо книги было обращено вниз и не было выставлено и оскорблено. И мы обсуждали эту галаху: почему он должен перевернуть её на сторону с письмом, и ему запрещено приносить книгу обратно к себе? Разве книга ещё не остановилась на определённой площади в публичном домене? Даже если он принесёт её обратно, это не будет считаться подъёмом.
וְאָמַר רָבָא: בְּכוֹתֶל מְשׁוּפָּע. אֵימוֹר דְּאָמַר רָבָא בְּסֵפֶר, דַּעֲבִיד דְּנָיַיח, מַיִם מִי עֲבִידִי דְּנָיְיחִי?!
And Rava said: It is referring to the case of an inclined wall. Because it is inclined, the scroll is resting upon it to some degree. However, that answer is not effective in explaining the case of gathering water. Say that Rava said that the legal status of the slanted wall is different, specifically with regard to a book, as it is wont to come to rest upon an inclined wall. In contrast, is water wont to come to rest upon an inclined wall? It continues flowing. Consequently, the question with regard to water remains.
И Рава сказал: речь идёт о случае наклонной стены. Поскольку она наклонная, свиток частично опирается на неё. Однако этот ответ не эффективен для объяснения случая сбора воды. Скажи, что Рава сказал, что правовой статус наклонной стены отличается, особенно в отношении книги, которая обычно останавливается на наклонной стене. В отличие от этого, вода обычно не задерживается на наклонной стене, она продолжает течь. Следовательно, вопрос относительно воды остаётся.
אֶלָּא אָמַר רָבָא: כְּגוֹן שֶׁקָּלַט מֵעַל גַּבֵּי גּוּמָּא. גּוּמָּא פְּשִׁיטָא! מַהוּ דְּתֵימָא מַיִם עַל גַּבֵּי מַיִם לָאו הַנָּחָה הוּא, קָא מַשְׁמַע לַן.
Rather, Rava said: Here, it is referring to a case where he gathered the rainwater from on top of a hole filled with water. The Gemara asks: If he gathered it from on top of a hole, it is obvious that it is considered like lifting from a significant place. The Gemara answers: Lest you say that since the water that comes down from the roof into the hole it is water on top of water and, perhaps, it is not considered placing. Therefore, he taught us that collecting water from on top of a hole filled with water is considered an act of lifting an object from its placement.
Скорее, Рава сказал: здесь речь идёт о случае, когда он собрал дождевую воду сверху ямы, наполненной водой. Гмара спрашивает: если он собрал её сверху ямы, очевидно, что это считается подъёмом с значимого места. Гмара отвечает: чтобы не сказать, что поскольку вода, стекающая с крыши в яму, это вода на воде, возможно, это не считается помещением. Поэтому он учит нас, что сбор воды сверху ямы, наполненной водой, считается актом подъёма предмета с его места.
וְאָזְדָא רָבָא לְטַעְמֵיהּ, דְּאָמַר רָבָא: מַיִם עַל גַּבֵּי מַיִם — הַיְינוּ הַנָּחָתָן. אֱגוֹז עַל גַּבֵּי מַיִם — לָאו הַיְינוּ הַנָּחָתוֹ. בָּעֵי רָבָא: אֱגוֹז בִּכְלִי וּכְלִי צָף עַל גַּבֵּי מַיִם, בָּתַר אֱגוֹז אָזְלִינַן — וְהָא נָיַיח, אוֹ דִילְמָא בָּתַר כְּלִי אָזְלִינַן — וְהָא לָא נָיַיח, דְּנָיֵיד. תֵּיקוּ.
The Gemara comments: And Rava follows his standard line of reasoning, as Rava already said: It is obvious to me that water on top of water, that is its placement, and lifting the water from there is an act of lifting in every sense. It is also obvious that if a nut is floating on top of water, that is not considered its placement, and therefore lifting it from there is not considered an act of lifting. However, Rava raised a dilemma: In a case where a nut is in a vessel, and that vessel is floating on top of water, and one lifted the nut from the vessel, is that considered an act of lifting? The sides of the dilemma are: Do we go according to the nut and the halakha is decided exclusively based on its status, and it is at rest in the vessel? Or perhaps, we go according to the vessel and it is not at rest, as it is moving from place to place on the surface of the water. This dilemma remained unresolved, and therefore let it stand.
Гмара комментирует: и Рава придерживается своей обычной линии рассуждений, как он уже сказал: очевидно для меня, что вода на воде — это её место, и подъём воды оттуда — акт подъёма во всех смыслах. Также очевидно, что если орех плавает на воде, это не считается его местом, и поэтому подъём его оттуда не считается актом подъёма. Однако Рава поднял дилемму: в случае, когда орех находится в сосуде, а сосуд плавает на воде, и кто-то поднял орех из сосуда, считается ли это актом подъёма? Стороны дилеммы таковы: идём ли мы согласно ореху, и галаха решается исключительно по его статусу, и он покоится в сосуде? Или, возможно, идём согласно сосуду, который не покоится, так как движется с места на место по поверхности воды? Эта дилемма осталась нерешённой, и пусть так и остаётся.
שֶׁמֶן שֶׁצָּף עַל גַּבֵּי יַיִן, מַחֲלוֹקֶת רַבִּי יוֹחָנָן בֶּן נוּרִי וְרַבָּנַן. דִּתְנַן: שֶׁמֶן שֶׁצָּף עַל גַּבֵּי יַיִן וְנָגַע טְבוּל יוֹם בַּשֶּׁמֶן — לֹא פָּסַל אֶלָּא שֶׁמֶן בִּלְבַד. רַבִּי יוֹחָנָן בֶּן נוּרִי אוֹמֵר: שְׁנֵיהֶם מְחוּבָּרִים זֶה לָזֶה.
A similar dilemma was raised with regard to oil that was floating on top of wine. Oil does not mix with wine. Rather, it floats on top of it in a separate layer. Resolution of this dilemma is dependent on a dispute between Rabbi Yoḥanan ben Nuri and the Rabbis. Is oil considered a discrete entity placed on the wine? Or, perhaps it is considered to be connected to the wine? As we learned in a mishna: Oil that was floating on top of wine and one who immersed himself during the day touched the oil, he disqualified only the oil alone and not the wine, as he only touched the oil and the oil does not render the wine impure. And Rabbi Yoḥanan ben Nuri says: They both are considered connected to each other, and therefore they are both rendered impure through the same contact. The consideration of whether the oil and the wine are considered connected is the determining factor with regard to the laws of Shabbat as well.
Подобная дилемма была поднята относительно масла, плавающего на вине. Масло не смешивается с вином, а плавает сверху в отдельном слое. Решение этой дилеммы зависит от спора между Рабби Йохананом бен Нури и раввинами. Считается ли масло отдельным объектом, помещённым на вино? Или, возможно, считается связанным с вином? Как мы учили в мишне: масло, плавающее на вине, и тот, кто окунулся в течение дня, коснулся только масла, он оскверняет только масло, а не вино, так как он коснулся только масла, и масло не делает вино нечистым. А Рабби Йоханан бен Нури говорит: они оба считаются связанными друг с другом, и поэтому оба оскверняются при том же контакте. Рассмотрение того, считаются ли масло и вино связанными, является определяющим фактором и в законах Шаббата.
אָמַר רַבִּי אָבִין אָמַר רַבִּי אִילְעַאי אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: הָיָה טָעוּן אוֹכְלִים וּמַשְׁקִין, וְנִכְנָס וְיוֹצֵא כׇּל הַיּוֹם כּוּלּוֹ — אֵינוֹ חַיָּיב עַד שֶׁיַּעֲמוֹד.
Rabbi Avin said that Rabbi Elai said that Rabbi Yoḥanan said: One who was standing in the private domain or the public domain laden with food and drinks on Shabbat, and his intention was to carry them to another corner of the same domain, if once he began walking he changed his mind and exited that domain, and he enters and exits from domain to domain, even if he does so all day long, he is exempt by Torah law for carrying out on Shabbat until he stands still. Moving the object is not considered carrying out, since he did not intend from the outset to move himself in order to carry out. Therefore, only after he stands still can it be considered a bona fide placement, and only when he subsequently moves and walks would he incur liability.
Рабби Авин сказал, что Рабби Элай сказал, что Рабби Йоханан сказал: Тот, кто стоял в частном или в публичном решуте, нагруженный едой и напитками в Шаббат, и намеревался перенести их в другой угол того же решута, если, начав идти, он изменил своё намерение и вышел из этого решута, и входит и выходит из решута в решут, даже если он делает это весь день, он освобождается по закону Торы от ответственности за оцаа в Шаббат до тех пор, пока не остановится. Перемещение предмета не считается оцаа, поскольку изначально он не намеревался перемещать себя для оцаа. Поэтому только после того, как он остановится, это может считаться настоящим размещением, и только когда он затем переместит и пойдёт, он понесёт ответственность.
אָמַר אַבָּיֵי: וְהוּא שֶׁעָמַד לָפוּשׁ. מִמַּאי — מִדְּאָמַר מָר תּוֹךְ אַרְבַּע אַמּוֹת עָמַד לָפוּשׁ — פָּטוּר, לְכַתֵּף — חַיָּיב. חוּץ לְאַרְבַּע אַמּוֹת, עָמַד לָפוּשׁ — חַיָּיב. לְכַתֵּף — פָּטוּר.
Abaye added and said: And that is specifically if he stopped to rest; then it is considered placement. However, if he stopped to adjust his burden, it is not considered placement. The Gemara comments: From where did Abaye arrive at this conclusion? From that which the Master said with regard to the laws of carrying in the public domain: Although, by Torah law, one who transfers an object four cubits in the public domain is liable, if while transferring the object he stopped to rest within four cubits, he is exempt. By stopping to rest, he performed an act of placement in the middle of the transfer. As a result, he did not carry the object four complete cubits. However, if he stopped to adjust the burden on his shoulders, he is liable, as stopping in order to adjust his burden is not considered an act of placement. It is considered an action required to facilitate the continued carrying of that burden. On the other hand, after he walked beyond four cubits, if he stopped to rest, he thereby performed an act of placement and completed the prohibited labor, and he is liable; if he stopped to adjust the burden on his shoulders, he is exempt. From this halakha, Abaye learned that only when one stops to rest is it considered an act of placement in terms of the prohibited labor of carrying on Shabbat.
Абая добавил и сказал: И это именно если он остановился отдохнуть; тогда это считается размещением. Однако если он остановился, чтобы поправить ношу, это не считается размещением. Гмара комментирует: Откуда Абая пришёл к этому выводу? Из того, что сказал Учитель относительно законов оцаа в публичном решуте: Хотя по закону Торы тот, кто переносит предмет на четыре амы в публичном решуте, несёт ответственность, если во время переноса он остановился отдохнуть в пределах четырёх ам, он освобождается. Остановка для отдыха считается актом размещения посреди переноса. В результате он не перенёс предмет на полные четыре амы. Однако если он остановился, чтобы поправить ношу на плечах, он несёт ответственность, так как остановка для поправки ноши не считается актом размещения. Это считается действием, необходимым для облегчения продолжения переноса. С другой стороны, если он прошёл более четырёх ам и остановился отдохнуть, он тем самым совершил акт размещения и завершил запрещённую мелаху, и несёт ответственность; если же остановился, чтобы поправить ношу, он освобождается. Из этой галахи Абая узнал, что только когда человек останавливается, чтобы отдохнуть, это считается актом размещения в контексте запрещённой мелахи оцаа в Шаббат.
מַאי קָא מַשְׁמַע לַן? — שֶׁלֹּא הָיְתָה עֲקִירָה מִשָּׁעָה רִאשׁוֹנָה לְכָךְ? הָא אַמְרַהּ רַבִּי יוֹחָנָן חֲדָא זִימְנָא! דְּאָמַר רַב סָפְרָא אָמַר רַבִּי אַמֵּי אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: הַמַּעֲבִיר חֲפָצִים מִזָּוִית לְזָוִית, וְנִמְלַךְ עֲלֵיהֶן וְהוֹצִיאָן — פָּטוּר, שֶׁלֹּא הָיְתָה עֲקִירָה מִשָּׁעָה רִאשׁוֹנָה לְכָךְ. אָמוֹרָאֵי נִינְהוּ, מָר אָמַר לַהּ בְּהַאי לִישָּׁנָא, וּמָר אָמַר לַהּ בְּהַאי לִישָּׁנָא.
With regard to the essence of Rabbi Yoḥanan’s halakha about entering and exiting all day long, the Gemara asks: What principle is he teaching us with this halakha? Is it to teach that one is exempt from bringing a sin-offering for performing the prohibited labor of carrying out on Shabbat when the lifting of the object from its place from the first moment was not for that purpose of carrying out, but for another purpose? Didn’t Rabbi Yoḥanan already say it once? As Rav Safra said that Rabbi Ami said that Rabbi Yoḥanan said: One who transfers objects from corner to corner in a private domain, and, while carrying them, he changed his mind about them and took them out to the public domain, he is exempt because the lifting at the first moment was not for that purpose of carrying out to another domain. Why, then, was it necessary to repeat the same halakha? The Gemara answers: They are different amora’im who transmitted this matter. One Sage said it in this language and one Sage said it in that language. They chose different halakhot to relate the principle that Rabbi Yoḥanan stated a single time.
Что касается сути галахи Рабби Йоханана о входе и выходе весь день, Гмара спрашивает: Какой принцип он учит нас этой галахой? Учить ли, что человек освобождается от принесения корбан хата за совершение запрещённой мелахи оцаа в Шаббат, если поднятие предмета с места изначально не было с целью оцаа, а с другой целью? Разве Рабби Йоханан не сказал это уже однажды? Как сказал Рав Сафра, что Рабби Ами сказал, что Рабби Йоханан сказал: Тот, кто переносит предметы из угла в угол в частном решуте, и, держа их, изменил мнение и вынес их в публичный решут, освобождается, потому что поднятие в первый момент не было с целью оцаа в другой решут. Зачем тогда было необходимо повторять ту же галаху? Гмара отвечает: Это разные аморы передавали этот вопрос. Один мудрец сказал это в одних словах, другой — в других. Они выбрали разные галахот, чтобы передать принцип, который Рабби Йоханан изложил однажды.
תָּנוּ רַבָּנַן: הַמּוֹצִיא מֵחֲנוּת לִפְלַטְיָא דֶּרֶךְ סְטָיו — חַיָּיב. וּבֶן עַזַּאי פּוֹטֵר.
Since the issue of interruptions in the performance of the prohibited labor of carrying out was mentioned above, the Gemara proceeds to discuss a more complex related issue. The Sages taught in a baraita: One who carries an object out from a store, which is a private domain, to a plaza [pelatia], which is a public domain, by way of a colonnade [setav], which is situated between the store and the public domain and whose legal status is that of a karmelit, is liable, as he carried out from the private domain to the public domain. And ben Azzai deems him exempt.
Поскольку вопрос прерываний при совершении запрещённой мелахи оцаа был упомянут выше, Гмара переходит к обсуждению более сложного связанного вопроса. Учёные учили в барайте: Тот, кто выносит предмет из магазина, который является частным решутом, на площадь (пелатия), являющуюся публичным решутом, через колоннаду (сетав), расположенную между магазином и публичным решутом и юридический статус которой — кармелит, несёт ответственность, так как он вынес из частного решута в публичный. А бен Аззай считает его освобождённым.
בִּשְׁלָמָא בֶּן עַזַּאי, קָסָבַר מְהַלֵּךְ כְּעוֹמֵד דָּמֵי. אֶלָּא רַבָּנַן, נְהִי נָמֵי דְּקָסָבְרִי מְהַלֵּךְ לָאו כְּעוֹמֵד דָּמֵי, הֵיכָא אַשְׁכַּחְנָא כְּהַאי גַּוְונָא דְּחַיָּיב?
The Gemara clarifies the opinions. Granted, the opinion of ben Azzai makes sense, as he holds that walking is considered like standing. In other words, with each step, he is considered as if he came to a complete stop. Therefore, as he walked through the colonnade, which is neither a public domain nor a private domain, he came to rest there. Consequently, he did not carry from a private domain to a public domain; he carried into and out of a karmelit. However, the Rabbis, although they hold that walking is not considered like standing, their opinion is difficult. Where do we find a comparable case where one is liable? There is no direct transfer from domain to domain. The transfer is via a domain where there is no Torah prohibition. Where do we find that the Torah deemed one who carried out in that manner liable?
Гмара разъясняет мнения. Мнение бен Аззая разумно, поскольку он считает, что ходьба приравнивается к стоянию. Другими словами, с каждым шагом считается, что он полностью остановился. Следовательно, проходя через колоннаду, которая не является ни публичным, ни частным решутом, он останавливается там. Следовательно, он не вынес из частного решута в публичный, а вынес в кармелит и из него. Однако Раввины, хотя и считают, что ходьба не приравнивается к стоянию, их мнение трудно понять. Где мы найдём подобный случай, когда человек несёт ответственность? Нет прямого переноса из решута в решут. Перенос происходит через решут, где нет запрета Торы. Где мы найдём, что Тора признала ответственность за такой перенос?
אָמַר רַב סָפְרָא אָמַר רַבִּי אַמֵּי אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן:
Rav Safra said that Rabbi Ami said that Rabbi Yoḥanan said: That is not an exceptional case,
Рав Сафра сказал, что Рабби Ами сказал, что Рабби Йоханан сказал: Это не исключительный случай,