דף 93
Yevamot 93b
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
אֶלָּא לָאו, כִּי הַאי גַוְונָא. אֲמַר לֵיהּ: וְהָא אַקְרְיוּן בְּחֶלְמָא ״קָנֶה רָצוּץ״, מַאי לָאו, הָכִי קָאָמְרִי לִי: ״הִנֵּה בָטַחְתָּ לְּךָ עַל מִשְׁעֶנֶת הַקָּנֶה הָרָצוּץ הַזֶּה״?
Rather, is it not referring to a case like this, of one who tithed an entity that was not yet in the world, in honor of Shabbat? Rabbi Yannai said to Rabbi Ḥiyya: But they read before me in a dream these two words: Bruised reed. What, is it not the case that they said to me as follows: “Behold you trust upon the staff of this bruised reed” (II Kings 18:21)? In other words, you rely on an unsubstantiated idea.
Разве же это не относится к случаю, как здесь, — к тому, кто отделил десятину за вещь, которая ещё не пришла в мир, в честь Шаббата? Рабби Яннай сказал Рабби Хийе: Но мне во сне прочитали эти два слова: «Надломленный тростник». Разве не так, что мне сказали следующее: «Вот, ты уповаешь на посох этого надломленного тростника» (II Млахим 18:21)? То есть ты полагаешься на неподтверждённую идею.
לָא, הָכִי קָאָמְרִי לָךְ: ״קָנֶה רָצוּץ לֹא יִשְׁבּוֹר וּפִשְׁתָּה כֵהָה לֹא יְכַבֶּנָּה״.
Rabbi Ḥiyya said to him: No; The dream referred to a different verse, one that deals with the Messiah, as they said to you as follows: “A bruised reed he shall not break and the dimly burning wick he shall not quench; according to truth he shall bring forth justice” (Isaiah 42:3). In other words, Rabbi Yannai acted correctly, in accordance with the ways of truth. This exchange shows that both Rabbi Ḥiyya and Rabbi Yannai agree that an entity not in the world can be acquired.
Рабби Хийя сказал ему: Нет; сон относился к другому стиху, связанному с Машиахом, ибо тебе сказали следующее: «Надломленного тростника он не переломит и едва тлеющего фитиля не погасит; по истине он вынесет правосудие» (Йешаягу 42:3). То есть Рабби Яннай поступил правильно, в соответствии с путями истины. Этот обмен показывает, что и Рабби Хийя, и Рабби Яннай согласны: можно приобрести вещь, которой ещё нет в мире.
רַבִּי — דְּתַנְיָא: ״לֹא תַסְגִּיר עֶבֶד אֶל אֲדוֹנָיו״, רַבִּי אוֹמֵר: בְּלוֹקֵחַ עֶבֶד עַל מְנָת לְשַׁחְרְרוֹ הַכָּתוּב מְדַבֵּר. הֵיכִי דָּמֵי? אָמַר רַב נַחְמָן בַּר יִצְחָק: דִּכְתַב לֵיהּ לִכְשֶׁאֶקָּחֲךָ — הֲרֵי עַצְמְךָ קָנוּי לְךָ מֵעַכְשָׁיו.
With regard to Rabbi Yehuda HaNasi, his opinion is as it is taught in a baraita: The verse states: “You shall not deliver a slave to his master” (Deuteronomy 23:16). Rabbi Yehuda HaNasi says: The verse is speaking of one who buys a slave on the condition to free him. This owner may not keep his acquisition as a slave. The Gemara clarifies: What are the circumstances? Rav Naḥman bar Yitzḥak said: It is referring to a case where one wrote to a slave in the document of acquisition: When I acquire you as a slave, you are acquired by yourself from now. In this case, the buyer transfers ownership of an entity not yet in the world, as the slave did not yet belong to him.
Относительно Рабби Йехуды а-Наси — его мнение таково, как учат в Барайта: стих говорит: «Не выдавай раба господину его» (Дварим 23:16). Рабби Йехуда а-Наси говорит: стих говорит о том, кто покупает раба с условием освободить его. Этот хозяин не может удерживать своё приобретение как раба. Гмара уточняет: каковы обстоятельства? Рав Нахман бар Йицхак сказал: речь о случае, когда он написал рабу в документе приобретения: «Когда я приобрету тебя как раба, ты приобретён самим собой отныне». В этом случае покупатель передаёт владение вещью, которая ещё не пришла в мир, поскольку раб ещё не принадлежал ему.
רַבִּי מֵאִיר — דִּתְנַן, הָאוֹמֵר לְאִשָּׁה: ״הֲרֵי אַתְּ מְקוּדֶּשֶׁת לִי לְאַחַר שֶׁאֶתְגַּיֵּיר״, ״לְאַחַר שֶׁתִּתְגַּיְּירִי״, ״לְאַחַר שֶׁאֶשְׁתַּחְרֵר״, ״לְאַחַר שֶׁתִּשְׁתַּחְרְרִי״, ״לְאַחַר שֶׁיָּמוּת בַּעְלִיךְ״, ״לְאַחַר שֶׁתָּמוּת אֲחוֹתִיךְ״, ״לְאַחַר שֶׁיַּחְלוֹץ לִיךְ יְבָמִיךְ״ — אֵינָהּ מְקוּדֶּשֶׁת. רַבִּי מֵאִיר אוֹמֵר: מְקוּדֶּשֶׁת.
Rabbi Meir, his opinion is as we learned in a mishna (Bava Metzia 16b): One who says to a woman: You are hereby betrothed to me after I convert; after you convert; after I am freed; after you are freed; after your husband dies; after your sister dies; after your yavam performs ḥalitza with you, she is not betrothed. Rabbi Meir says she is betrothed, as the acquisition of a betrothal applies even to an entity not yet in the world, in this case, a woman available for betrothal.
Рабби Меир — его мнение таково, как мы учили в Мишне (Бава Мециа 16б): тот, кто говорит женщине: «Ты обручена мне после того, как я приму гиюр; после того, как ты примешь гиюр; после того, как я буду освобождён; после того, как ты будешь освобождена; после того, как умрёт твой муж; после того, как умрёт твоя сестра; после того, как твой йавам совершит с тобой халицу», — она не обручена. Рабби Меир говорит: она обручена, поскольку приобретение кидушин действует даже в отношении вещи, которая ещё не пришла в мир, — в данном случае, женщины, доступной для кидушин.
רַבִּי אֱלִיעֶזֶר בֶּן יַעֲקֹב — דְּתַנְיָא: יָתֵר עַל כֵּן אָמַר רַבִּי אֱלִיעֶזֶר בֶּן יַעֲקֹב: אֲפִילּוּ אִם אָמַר ״פֵּירוֹת עֲרוּגָה זוֹ תְּלוּשִׁים יְהוּ תְּרוּמָה עַל פֵּירוֹת עֲרוּגָה מְחוּבָּרִים״, אוֹ ״פֵּירוֹת עֲרוּגָה מְחוּבָּרִים עַל פֵּירוֹת זוֹ תְּלוּשִׁין, לִכְשֶׁיָּבִיאוּ שְׁלִישׁ וְיִתָּלְשׁוּ״, וְהֵבִיאוּ שְׁלִישׁ וְנִתְלְשׁוּ — דְּבָרָיו קַיָּימִין.
Rabbi Eliezer ben Ya’akov, his opinion is as it is taught in a baraita: Moreover, Rabbi Eliezer ben Ya’akov said that even if one said: The detached fruit of this garden bed shall be teruma for the currently attached fruit of this garden bed when its fruit will be detached, or if he said: The attached fruit of this garden bed shall be teruma for the currently detached fruit of this garden bed when the fruit reach a third of their growth, i.e., a third of their ripeness, and are detached, and if they actually reached a third and were detached, then his words are upheld and the teruma takes effect, despite the fact that the stipulation was issued before the attached fruit had ripened and before the obligation of teruma applied to the detached fruit. This halakha shows that one can acquire an entity not yet in the world; in this case he acquires the fruit by applying the sanctity of teruma to it.
Рабби Элиэзер бен Яаков — его мнение таково, как учат в Барайта: кроме того, Рабби Элиэзер бен Яаков сказал, что даже если человек сказал: «Отсоединённые плоды этой грядки пусть будут трума за ныне присоединённые плоды этой грядки, когда её плоды будут отсоединены», или если он сказал: «Присоединённые плоды этой грядки пусть будут трума за ныне отсоединённые плоды этой грядки, когда плоды достигнут трети их роста», то есть трети их зрелости, и будут отсоединены, — и если они действительно достигли трети и были отсоединены, тогда его слова сохраняют силу и трума вступает в действие, несмотря на то, что условие было высказано до того, как присоединённые плоды созрели и до того, как обязанность трумы распространилась на отсоединённые плоды. Эта Галаха показывает, что можно приобрести вещь, которой ещё нет в мире; в данном случае он приобретает плоды, накладывая на них святость трумы.
רַבִּי עֲקִיבָא — דִּתְנַן: ״קֻוֽנָּם שֶׁאֲנִי עוֹשָׂה לְפִיךָ״ — אֵינוֹ צָרִיךְ לְהָפֵר. רַבִּי עֲקִיבָא אוֹמֵר: יָפֵר, שֶׁמָּא תַּעֲדִיף עָלָיו יֶתֶר מִן הָרָאוּי לוֹ.
Rabbi Akiva, his opinion is as we learned in the aforementioned mishna, that if a wife says: Konam that I will prepare for your mouth, the husband is not required to nullify the vow. Rabbi Akiva says: He should nullify the vow, lest she exceed more than is fitting for him, as he maintains that the vow applies even to entities not yet in the world.
Рабби Акива — его мнение таково, как мы учили в упомянутой Мишне: если жена говорит: «Конам то, что я приготовлю для твоего рта», муж не обязан аннулировать обет. Рабби Акива говорит: он должен аннулировать обет, lest она добавит сверх того, что подходит ему, ибо он считает, что обет распространяется и на вещи, которые ещё не пришли в мир.
בְּעוֹ מִינֵּיהּ מֵרַב שֵׁשֶׁת: עֵד אֶחָד בִּיבָמָה, מַהוּ? טַעְמָא דְּעֵד אֶחָד — מִשּׁוּם דְּמִילְּתָא דַּעֲבִידָא לְאִיגַּלּוֹיֵי לָא מְשַׁקַּר, וְהָכָא נָמֵי לָא מְשַׁקַּר. אוֹ דִלְמָא: טַעְמָא דְּעֵד אֶחָד מִשּׁוּם — דְּאִיהִי דָּיְיקָא וּמִינַּסְבָא. וְהָכָא, כֵּיוָן דְּזִימְנִין דְּרָחֲמָא לֵיהּ — לָא דָּיְיקָא וּמִינַּסְבָא.
§ They raised a dilemma before Rav Sheshet: In a case of one witness who testifies that a woman’s husband is dead, with regard to a yevama, what is the halakha? Can the court rely on this witness? The Gemara explains the sides of the dilemma: Is the reason that the testimony of one witness in the case of a missing husband is accepted because one does not lie about something that will be discovered, and here, too, he will not lie, in case the husband later arrives? Or, perhaps the reason for the eligibility of one witness is because the woman herself is exacting in her investigation before she marries again. But here, since she sometimes loves the yavam, as she already knew him beforehand, she is not exacting in her investigation before she marries again.
§ Они поставили дилемму перед Рав Шешетом: в случае одного свидетеля, который свидетельствует, что муж женщины умер, — относительно йевамы какова Галаха? Может ли суд полагаться на этого свидетеля? Гмара объясняет стороны дилеммы: причина ли того, что свидетельство одного свидетеля в случае пропавшего мужа принимается, в том, что человек не лжёт о том, что может быть раскрыто, и здесь тоже он не солжёт, на случай если муж потом придёт? Или, возможно, причина пригодности одного свидетеля в том, что сама женщина тщательно проверяет, прежде чем снова выйти замуж. Но здесь, поскольку она иногда любит йавама, так как уже знала его раньше, она не столь тщательно проверяет, прежде чем снова выйти замуж.
אֲמַר לְהוּ רַב שֵׁשֶׁת: תְּנֵיתוּהָ, אָמְרוּ לָהּ: מֵת בְּנֵךְ וְאַחַר כָּךְ מֵת בַּעְלִיךְ וְנִתְיַיבְּמָה, וְאַחַר כָּךְ אָמְרוּ לָהּ חִילּוּף הַדְּבָרִים — תֵּצֵא, וְהַוָּלָד רִאשׁוֹן וְאַחֲרוֹן מַמְזֵר. הֵיכִי דָמֵי: אִילֵּימָא תְּרֵי וּתְרֵי — מַאי חָזֵית דְּסָמְכַתְּ אַהָנֵי, סְמוֹךְ אַהָנֵי!
Rav Sheshet said to him: You learned the answer to this question in the mishna: If they said to her: Your child died and afterward your husband died, and she entered into levirate marriage, and afterward they said to her that the matters were reversed, she must leave her husband, and the first child and the last one are each a mamzer. Rav Sheshet analyzes this case: What are the circumstances? If we say they are two and two, i.e., two witnesses came first and said one account, followed by two other witnesses who claimed the reverse, what did you see to make you rely on these second witnesses when you can equally rely on the first pair? The first witnesses do not lose their credibility merely due to the testimony of the second pair, so why should she have to leave the yavam?
Рав Шешет сказал ему: Ты выучил ответ на этот вопрос в Мишне: если сказали ей: «Твой ребёнок умер, а затем умер твой муж», и она вступила в йибум, а затем сказали ей, что всё было наоборот, — она должна уйти от своего мужа, и первый ребёнок и последний — каждый мамзер. Рав Шешет анализирует этот случай: каковы обстоятельства? Если скажем, что это «двое и двое», то есть сначала пришли два свидетеля и сказали одну версию, а затем пришли два других свидетеля и заявили обратное, — что ты увидел, чтобы полагаться на этих вторых свидетелей, когда можно в равной мере полагаться на первую пару? Первые свидетели не теряют доверия лишь из-за показаний второй пары, так почему же она должна уйти от йавама?
וְעוֹד, מַמְזֵר? סְפֵק מַמְזֵר הוּא. וְכִי תֵּימָא לָא דָּק, וְהָא מִדְּקָתָנֵי סֵיפָא: הָרִאשׁוֹן מַמְזֵר וְהָאַחֲרוֹן אֵינוֹ מַמְזֵר, שְׁמַע מִינַּהּ דַּוְקָא קָתָנֵי.
And furthermore, why should the child be a definite mamzer? At worst he is an individual whose status as a mamzer is uncertain, as there are two conflicting sets of testimonies. And if you would say that the tanna of the mishna was not precise in his failure to distinguish between a definite mamzer and one of uncertain status, but from the fact that it teaches in the latter clause of the mishna: The first is a mamzer and the last is not a mamzer, one can learn from here that the mishna was taught specifically in this manner, i.e., the mamzer the tanna referred to is a definite mamzer.
И далее, почему ребёнок должен быть несомненным мамзером? В худшем случае он — человек, статус которого как мамзера сомнителен, ведь есть два противоречащих набора свидетельств. А если ты скажешь, что тана Мишны был неточен, не различив между несомненным мамзером и мамзером сомнительного статуса, — то из того факта, что в последней части Мишны учат: «первый — мамзер, а последний — не мамзер», можно вывести отсюда, что Мишна была сформулирована именно так, то есть мамзер, о котором говорил тана, — несомненный мамзер.
אֶלָּא לָאו שְׁמַע מִינַּהּ: חַד. וְטַעְמָא דַּאֲתוֹ בֵּי תְרֵי אַכְחֲשׁוּהּ, הָא לָאו הָכִי — מְהֵימַן.
Rather, isn’t it correct to conclude from here that only one witness testified at first, and the reason for the halakha is that two people came and contradicted him, as the testimony of two witnesses certainly overrules that of a single witness? It may be inferred from this that if it were not so, the lone witness is deemed credible. This shows that the court will accept the testimony of one witness even to allow a woman to enter into levirate marriage.
Но разве не правильно заключить отсюда, что вначале свидетельствовал только один свидетель, а причина этой Галахи в том, что пришли двое и опровергли его, ведь показание двух свидетелей, несомненно, перевешивает показание одного свидетеля? Из этого можно вывести, что если бы дело было не так, то одинокий свидетель считается достоверным. Это показывает, что суд принимает показание одного свидетеля даже для того, чтобы разрешить женщине вступить в йибум.
וְאִיכָּא דְּאָמַר: הָא לָא תִּיבְּעֵי לָךְ דַּאֲפִילּוּ אִיהִי נָמֵי מְהֵימְנָא, דִּתְנַן: הָאִשָּׁה שֶׁאָמְרָה מֵת בַּעְלִי — תִּנָּשֵׂא. מֵת בַּעְלִי — תִּתְיַיבֵּם. כִּי תִּיבְּעֵי לָךְ לְמִישְׁרֵי יְבָמָה לְעָלְמָא:
The Gemara provides an alternative version of the discussion. And some Sages maintain another version that says: Let the dilemma not be raised, as even a wife herself is also deemed credible when she says her husband is dead, as we learned in a mishna (114b): With regard to a woman who said: My husband is dead, she may marry. Likewise, if she claimed: My husband is dead, she should enter into levirate marriage. If so, one witness is certainly deemed credible when he says her husband has died. The case where you could raise the dilemma is with regard to permitting a yevama to all other men, if a witness claims that the yavam is dead.
Гмара приводит другую версию обсуждения. И некоторые мудрецы передают другую версию, которая говорит: не следует поднимать эту дилемму, ибо даже сама жена также считается достоверной, когда говорит, что её муж умер, как мы учили в Мишне (114b): относительно женщины, которая сказала: «Мой муж умер» — она может выйти замуж. Так же, если она заявила: «Мой муж умер», — она должна вступить в йибум. Если так, то один свидетель, конечно, считается достоверным, когда он говорит, что её муж умер. Случай, в котором можно поднять дилемму, — это относительно разрешения йевамы всем прочим мужчинам, если свидетель утверждает, что йавам умер.
מַאי טַעְמָא דְּעֵד אֶחָד — מִשּׁוּם דְּמִילְּתָא דַּעֲבִידָא לְאִיגַּלּוֹיֵי לָא מְשַׁקַּר, הָכָא נָמֵי לָא מְשַׁקַּר. אוֹ דִלְמָא: טַעְמָא דְּעֵד אֶחָד, מִשּׁוּם דְּאִיהִי דָּיְיקָא וּמִינַּסְבָא, וְהָא לָא דָּיְיקָא וּמִינַּסְבָא — דְּמִיסְנָא הוּא
In this case as well, the Gemara clarifies the sides of this dilemma: What is the reason that one witness is deemed credible? Is it because one does not lie about something that will be discovered, and therefore here too he would not lie? Or, perhaps the reason for accepting the testimony of one witness is because the wife is exacting in her investigation before she marries again, but this yevama is not exacting in her investigation before she marries again. Why not? Because she
И в этом случае тоже Гмара разъясняет стороны этой дилеммы: какова причина, что один свидетель считается достоверным? Потому ли, что человек не лжёт о том, что будет раскрыто, и потому здесь тоже он не будет лгать? Или, быть может, причина принятия свидетельства одного свидетеля в том, что жена тщательно проверяет, прежде чем снова выйти замуж, а эта йевама не тщательна в своей проверке, прежде чем снова выйти замуж. Почему нет? Потому что она